Чтение онлайн

Джон продолжал тихим, но твердым голосом, пристально глядя на губернатора:

– Образ рухнет, и человек, прятавшийся за ним, съежится от стыда.

И, не давая губернатору времени ответить, Джон добавил:

– А вот как вы поймете, что моими устами говорил Господь. Прежде чем вы отправитесь домой сегодня вечером, вы прольете на себя кофе.

Губернатор закатил глаза и откинулся на спинку кресла, не веря своим ушам. Мистер Дэвин громко, презрительно расхохотался. Голос Слэйтера вздрагивал от смеха, когда он спросил:

– Всего-то? Никаких молний? Никаких землетрясений? Джону пришло еще одно послание. Даже он сам удивился.

– И еще. По возвращении домой сегодня вечером вы получите в подарок пару новых кроссовок. М-м-м... темно-синего цвета.

Мистер Дэвин подошел поближе к столу, явно забавлГясь и не желая ничего пропустить.

– Господин губернатор, нам следовало организовать продажу билетов. Грандиозное представление.

– И еще, – сказал Джон, и теперь даже Мэл, оператор, подступил поближе, весь обратившись в слух. – В среду вы обнаружите, что глава вашей администрации лгал вам.

Мистер Дэвин ни в коей мере не нашел это забавным.

– Вы говорите обо мне, Баррет? На вашем месте я был бы осторожнее.

Джон посмотрел Дэвину прямо в глаза и сказал:

– Вы не уничтожили пленку с записью звонка Шэннон Дюплиес в «службу спасения». Вы хранили ее в своем столе, надеясь использовать в будущем для усиления своей власти. Но Эд Лэйк украл кассету из вашего стола, надеясь использовать ее в своих интересах, а когда вы выгнали его, он отдал пленку моему отцу... – Джон перевел взгляд на губернатора, – и именно так началась вся история с сюжетом.

Дэвин громко выругался, отвергая обвинение, и схватил Джона за руку.

– Довольно, приятель, убирайся отсюда!

– Подожди, Мартин! – приказал губернатор. Дэвин остановился и вдруг широко ухмыльнулся.

– Господин губернатор, он просто чокнутый! Он мелет чистый вздор! Его нужно выдворить отсюда поскорее.

Лицо Хирама Слэйтера исказила гримаса ярости и отвращения. Он свирепо уставился на пророка и спросил:

– Что еще?

Сильными пальцами Дэвин сжимал руку Джона, готовый выдернуть его из кресла, но Джон продолжал:

– В среду вы узнаете также, что Хэйли, ваша вторая дочь, беременна. – Джон увидел, как четырехфутовый человечек с обезумевшим от страха взглядом отскочил к столу и запрыгал, завизжал, словно взбесившийся карлик.

– Вон! Вон! Убирайся прочь от меня!

Хирам Слэйтер вскочил на ноги и пронзительно выкрикнул:

– Неслыханная наглость! Неслыханная самонадеянность! Дэвин покрепче стиснул руку Джона. Он просто ждал приказа губернатора.

– Сначала твой отец, – в бешенстве прохрипел губернатор, побагровев от ярости и трясясь всем телом. – А теперь ты! – Он взглянул на Дэвина. Вышвырни отсюда этого психа!

Джон взмыл с кресла в воздух. Железные пальцы Дэвина едва не раздробили ему плечевую кость, пока глава администрации тащил его к двери.

Дэвин толчком распахнул дверь, буквально пронес Джона вокруг стола мисс Роудс и отпустил, выпихнув за массивные дубовые двери.

Джон привел в порядок одежду и оглянулся, обеспокоенный судьбой Мэла.

Дверь офиса губернатора снова с треском распахнулась, и из нее вылетел Мэл с видом человека, спасающегося из горящего дома.

– И можете не сомневаться, Лорен Харрис обо всем узнает! – послышались заключительные слова губернатора, брошенные в спину Мэлу. С лихорадочной суетливостью Мэл выволок за дверь всю свою аппаратуру, надеясь, что мистер Дэвин увидит, что он больше не нуждается ни в какой помощи. Джон бросился к нему на подмогу, и Мэл только пропыхтел:

– Ну, на этот раз ты точно заварил кашу! Дэвин распахнул массивную дверь и на мгновение придержал створку.

– Всего доброго, джентльмены.

Напоследок Джон еще раз взглянул Дэвину в глаза, – а потом они с Мэлом вышли в холл и двинулись прочь из величественных покоев Царя.

На фоне фальшивых мониторов с приклеенными к экранам фотографиями сидела Эли Даунс, готовая к съемке и выглядящая, как всегда, сногсшибательно. Ведущий ночного выпуска Уолт Брюкнер – мужчина с крупными зубами и редеющими волосами – выглядел вполне прилично в своем строгом костюме, тщательно загримированный и готовый сообщать новости. Фотограф Марвин, круглолицый, бородатый и суетливый, снова возился со своими стробами, отражателями и прожекторами и снова смотрел в видоискатель большой фотокамеры, установленной на треноге, и пытался добиться нужной реакции у объектов съемки.

– Хорошо, хорошо, дайте мне новости, дайте мне действие, дайте мне старую добрую напряженность, – тараторил он.

Эли и Уолт посмотрели в фальшивые сценарии, которые держали в руках.

– Эли, – сказал Марвин, помахав им рукой. – Ты консультируешься с Уолтом относительно достоверности сообщения. Эли протянула свой сценарий Уолту.

– Джон... то есть Уолт, что ты думаешь об этом? Я сомневаюсь в достоверности источника. И посмотри, как написано это слово! Вспышка.

– Х-м-м-м... – протянул Уолт. – А как, собственно, пишется слово «суперэпинтезосуккулентноксеногамный»? – Потом он расплылся в улыбке. Он любил свои шутки. Вспышка.

– Эй, давайте-ка посерьезнее! – попросил Марвин. Уолт прочитал текст сценария.

– Ежегодное соревнование по метанию страусовых яиц проводилось вчера в парке Ветеранов, и, как всегда, победителей не было...

– Ага, хорошо, хорошо. – Марвин продолжал смотреть в видоискатель камеры. Они видели только его макушку. – Теперь посмотрите на меня. Заставьте меня поверить вам.

– Я никогда не солгу тебе, – с комичной серьезностью сказала Эли. Вспышка.

Оба улыбаются. Вспышка.

Они позируют рядом с телекамерой. Вспышка.

Уолт в рубашке, без пиджака. Вспышка.

Эли что-то записывает, крупный план. Вспышка.

– Оближите губы и улыбнитесь. – Вспышка. – Подайся чуть вперед, Уолт. Эли, пододвинься ближе. – Вспышка. – 0'кей, чуть повернитесь в сторону. Ближе друг к другу. – Вспышка. Вспышка. Вспышка.

Потом видеосъемка. Камеры на операторских тележках, ручные камеры, ракурсы сверху, ракурсы снизу, кадры, снятые с движения. Процесс работы над выпуском новостей. Предельно сосредоточенные, серьезные лица; если мы не дадим этот репортаж, наступит конец света; редактирование сценария, стремительные проходы между столами; кадры отдела новостей, снятые ручной камерой с движения, короткие деловые переговоры; наезд камеры на Уолта, крупный план, потом с переменой фокуса изображение расплывается, затем в фокус берется Эли, наезд камеры, крупный план. Напряженность, напряженность и еще раз напряженность. Уолт в рубашке с засученными рукавами колотит по клавиатуре компьютера, не вынимает, но вырывает распечатку сценария из принтера, одобрительно кивает, не обращаясь ни к кому в отдельности. Эли поглощена работой, потом консультируется с репортером (кадр, снятый из-за плеча последнего), потом сухо, проницательно улыбается кому-то, находящемуся за кадром.