Чтение онлайн

– Вопрос закрыт, – Бондарев слегка улыбнулся. – Как вы здесь очутились, товарищ сержант?

– Ждал вас, – Кравченко тоже улыбнулся. – С вечера, как ребяток до Батрацкой Дачи проводил, душа не на месте была. Не поехал назад, решил там заночевать. А под утро вижу, кочевники потянулись в вашу сторону. Вот и рискнул подъехать поближе, понаблюдать, вдруг чего? Так, стало быть, и вышло.

Сержант кивком поинтересовался у скаута, закончил ли он отжимать носки.

– Все, я готов! – Артем вскочил на ноги.

– Прошу за мной, – Кравченко сделал шаг назад. – Наше транспортное средство в вашем полном распоряжении.

– Транспорт? – заинтересовался Бондарев. – А какой?

– Тигра! – гордо ответил Кравченко.

– «Тигр», – вырвалось у Артема.

– Всех «тигров» под Прохоровкой пожгли в сорок третьем, – парировал сержант назидательным тоном. – А это – «тигра». До Черновки за час домчим!

– Годится, – Бондарев наконец спрятал пистолет в кобуру. – Одна просьба. Мы сможем подъехать к Черновке с той стороны, где вашу колонну атаковал противник?

– Рассказал, да? – Кравченко взглядом указал на Артема. – Молодец парень. Правильно я его выбрал посыльным. Подъедем, где скажете. Все там на месте. Как неделю назад было, почти так и осталось. И коробка моя, и БМП, «семнадцатый» борт, и танк, и все остальное, кроме «тигры» и двух грузовиков. Больше ничего починить не вышло. Жалко. Такая техника была, а теперь, стало быть, вторчермет. Вон моя «тигра» греется на солнышке, Пахоменко заждался уже. Рядовой Пахоменко за рулем, тоже из бывших патрульных. Прошу быстрее! Кажется, гости у нас!

Бондарев и сам заметил, что безлюдный пять минут назад берег озера становится довольно оживленным местом. Какая-то из групп кочевников, вероятнее – северная, обогнула озеро и теперь в среднем темпе двигалась точно к месту привала ходоков. Никакого желания встречаться с этими «гостями» у майора не было. Стоило, конечно, поблагодарить их за помощь, но поскольку Бондарев не понимал, ради чего кочевники ввязались в драку на стороне военных – событие практически уникальное, – решил держаться от них подальше. Помощь из особого интереса – штука коварная, и благодарить за нее не всегда есть резон. Не благодарит же дичь охотника, который пристрелил тварь, напавшую на эту дичь. Охотник всего-то устранил конкурента и следующий выстрел непременно сделает по дичи.

Майор легонько подтолкнул Артема, и ходоки побежали следом за Кравченко. Рядовой Пахоменко уже завел «Тигра» и сидел за баранкой. По-хорошему, в теории, он должен был прикрывать, а на деле вел себя, как профессиональный шофер. Причем из тех, что возят начальство. Лишние телодвижения для них – почти унижение.

Взгляд Бондарева почему-то переместился на Кравченко. Пожилой сержант в отличие от водителя не чурался движения, наверное, потому и выглядел подтянутым. И все же он казался каким-то… чересчур солидным для отставного сержанта ППС. Пожалуй, даже более солидным, чем целый майор. Оба наблюдения сейчас не имели отношения к делу, но впоследствии могли пригодиться, поэтому Бондарев прочно зафиксировал их в памяти…

…Выбранный водителем «Тигра» маршрут оказался не из простых. Дорог в этих местах не было и в прежние времена – одни направления. Теперь же грунтовки вовсе заросли травой, а редкие участки асфальтированных когда-то отрезков пути превратились в череду ям и смешанного с грязью серо-черного крошева. Но армейский внедорожник уверенно и даже эффектно преодолевал все препятствия. Рядовому Пахоменко определенно нравилось форсировать большие лужи на приличной скорости. Волны поднимались выше крыши. Азарт водителя разделял только Артем. Сержанту Кравченко и Бондареву лихие заезды были не так интересны, даже мешали. Каждая встряска болезненно отдавалась у Бондарева в голове, а сержанту она мешала вести разговор. Кравченко то и дело щелкал зубами и прерывал очередную фразу.

– Вот я и говорю, – возвращаясь в очередной раз к теме беседы, сказал сержант. – Стало быть, ждали нас кочевники в Черновке. Предупредил их кто-то. Заранее предупредил, за сутки, не меньше. А кто мог это сделать, если мы все на базе сидели, к прорыву готовились? Получается, только майор Савенко, больше некому.

– Вы в курсе, что уцелели не только вы и тринадцать бойцов? – Бондарев задал вопрос нейтральным тоном.

– Да ну?! – вполне правдоподобно «удивился» Кравченко. – К вам, что ли, вышли? А кто?

– Котов, Тунгус и Князев.

– Ай, красавцы! – сержант хлопнул по спинке сиденья. – И чего, вы решили их слова проверить, поэтому к нам пожаловали, да? Ну, правильно. Доверяй, но проверяй. Тем более такая петрушка с попыткой прорыва вышла. Некрасиво получилось, понимаю.

– Не в этом дело. Очень уж разное говорят ваши товарищи. Многое не складывается.

– Разное? – сержант озадаченно почесал макушку. – А о чем тут можно по-разному сказать? Они с разных точек все видели, это да, но ведь одно и то же.

– Вы убитых похоронили?

– Убитых? – теперь Кравченко удивился по-настоящему. – Так точно. Кого успели. Кто ближе к Лесу пал смертью храбрых, того не смогли. Зверье вмиг тела растащило. Наших, стало быть, мы всего с десяток собрали, на баррикаде и ближе к деревне. А кочевников… вон, скауты закапывали, мои бойцы отказались мараться. Артем, много кочевников зажмурилось?

– Трое, – Артем неохотно оторвал восторженный взгляд от дороги.

Он сидел сзади, справа от Бондарева, но взгляд его был устремлен вперед, над спинкой кресла и плечом Кравченко. Скаут так редко «гонял на тачках», что не хотел сейчас упустить ни секунды, ни кадра захватывающего «Белгород-трофи».

– Кочевники Лютого? – обращаясь как бы и к сержанту, и к Артему, уточнил Бондарев.

– Они, – скаут коротко кивнул. – Двух мы не узнали. Новенькие, наверное, были. А вот третьего, Джойстика, я сразу опознал. Он у Лютого вроде писаря был, вместе с ним часто к нам заглядывал.

– Получается, сержант, это Черный Рынок вас остановил и артефакт перехватил, – сделал вывод Бондарев. – И Савенко им помог?

– Продался Савенко, уж извините за прямоту, – сказал сержант. – Видать, давно планировал переметнуться к Хану, да с пустыми руками не хотел уходить. А теперь, с особо ценным артефактом, он на коне. Сразу в Ставку путь себе проложил. Кулдык покойный говорил, очень ценный артефакт.