Шрифт:
Предисловие
«Прощай, Фикус» – продолжение романа «Инверсия Фикуса», действие которого разворачивается во второй половине девяностых годов.
Его можно читать и отдельно. Вот краткая предыстория героев для тех, кто пропустил или подзабыл первую часть.
Маленький провинциальный городок Глуховецк. Поздним вечером к таксисту, а в недавнем прошлом – талантливому молодому инженеру Фёдору Савченко, оставшемуся из-за закрытия предприятия без работы и без жены, садится странный пассажир. Он приехал из Москвы, очень нервничает и, когда Фёдор хочет заправить машину у себя в гараже, неожиданно направляет на него пистолет. В завязавшейся драке Фёдор случайно убивает незнакомца и лишь только после этого узнаёт причину его агрессии: в чемоданах попутчика лежит 5 миллионов долларов.
Как потом выяснится, это деньги московского криминального авторитета Клима, а убитый Фёдором пассажир – его племянник по кличке Слон. С этого момента жизнь Савченко превращается в череду кошмарных событий. Он и его подруга Марьиванна, дочь местного авторитета Борисыча, вынуждены бежать. Деньги и беглецов ищут бандиты Клима, местная коррумпированная милиция во главе с начальником ОВД Гулевским, а также фээсбэшник Астахов и его помощник. За месяц в тихом, мирном Глуховецке и его окрестностях происходит череда убийств. Жители в панике, по городу ползут невероятные слухи о кровавом убийце по кличке Фикус. Через какое-то время погибает и сам Клим, а его преступная империя начинает разваливаться. Многие считают, что убийцей Клима тоже является неуловимый Фикус. На самом деле в жёсткого убийцу Фикуса превратился сам Фёдор, вынужденный спасать себя и свою возлюбленную.
Фёдору и Марьиванне удаётся получить новые надёжные документы. Теперь они Сергей Клюев и Виктория Долина. С деньгами Клима и новыми документами Фёдор и Марьиванна решают уехать во Владивосток. Там Савченко надеется осуществить свою давнюю мечту – создать собственную производственную фирму по ремонту судовой электроники. Молодым людям кажется, что всё худшее уже позади. У них достаточно денег, новые надёжные документы, хорошая квартира и впереди нормальная счастливая жизнь. Но так ли это?
Неугомонному начальнику глуховецкого ОВД Гулевскому, сидящему в тюрьме по обвинению в связях с бандой Клима, удаётся выйти на свободу. В течении года, проведённого за решёткой, он лелеял надежду отыскать климовские миллионы. С помощью Виталика Иноземцева, который в своё время увёл у Фёдора жену, он напал на след беглецов.
Какой будет их встреча?
Только большие проблемы
создают большие возможности.
Старинная китайская поговорка
Глава 1
«До чего же противен Глуховецк поздней осенью! Всё как всегда. Темень, грязь, дороги – словно после бомбёжки. За год моей отсидки ничего не изменилось. Да, наверно, никогда и не изменится. Ну и чёрт с ним! Я не задержусь», – усмехнулся Сергей Дмитриевич Гулевский, бывший начальник глуховецкого ОВД, и направился с перрона на слабо освещённую привокзальную площадь.
Рядом со старым маленьким зданием вокзала, как и прежде, стояли торговые палатки, подсвеченные разноцветными китайскими гирляндами. Сергей Дмитриевич решительно подошёл к одной из них, купил бутылку водки с золотистой надписью на немецком языке, а также вакуумную упаковку какой-то непонятной импортной закуски.
«Ну и видок!» – пронеслось в голове, когда в мутном стекле торговой палатки он увидел своё отражение. Вместо когда-то гладко выбритого розовощёкого лица с аккуратной причёской на него смотрела физиономия бомжеватого незнакомца. Клочковатый ёжик, небритые щёки, нездоровая бледность и беспокойный взгляд впалых глаз.
«Маньяк из фильма ужасов», – усмехнулся Сергей Дмитриевич, разглядывая своё отражение в слабом свете привокзальных фонарей. Часы на задании вокзала показывали одиннадцать часов. Быстро добраться до дома теперь было возможно только на такси.
Заметив несколько машин с шашечками, Сергей Дмитриевич не спеша подошёл к ближайшей из них и назвал молодому водителю адрес.
«Наверно, вот таким же мрачным вечером два года назад дурашка Слон сошёл здесь с поезда, таща два здоровенных чемодана с пятью миллионами долларов. Затем он сел в такси и навсегда пропал. Хотя нет, не пропал. Через год этого мелкорослого бандюгана всё же нашли… В одном из его же чемоданов на дне старого дачного пруда. Кажется, все эти события произошли лишь вчера, и два года пролетели как один день. Но, с другой стороны, кажется, что год, проведённый в тюрьме, тянулся вечность и поделил жизнь на «до» и «после», – продолжил размышлять Сергей Дмитриевич, глядя на мелькающие за запотевшим стеклом автомобиля знакомые улицы.
Через несколько минут Гулевский был дома. Он сразу заметил, что в квартире уже давно никто не был. Вид пустых комнат создавал ощущение многолетнего запустения. На мебели лежал толстый слой пыли, дверцы шкафчиков были распахнуты, словно при поспешном бегстве. Весь пол усеян старыми газетами и обрывками упаковочной ленты. В люстре горела лишь одна тусклая лампочка, и её слабый свет создавал ощущение унылой бесприютности. Жена восемь месяцев назад ушла к какому-то армянину, который держал несколько заправок в Подмосковье. Об этом она уведомила Гулевского письмом. За год заключения она даже ни разу не навестила его.
«Тупая, злобная сука! Почему я раньше не развёлся с ней? На что надеялся? Да, похрену! Всё, что ни делается, – всё к лучшему!» – пробормотал Гулевский, вспомнив жену.
На кухне он нашёл единственную оставшуюся кружку со слегка выщербленным краем и плеснул в неё водку. Затем выдохнул, одним махом проглотил содержимое, откусил кусок безвкусной датской ветчины из вакуумной упаковки и зажмурился. Через минуту, уже слегка повеселев, Сергей Дмитриевич подошёл к стоящему на полу телефону и без особой надежды поднял трубку. В ней послышался уверенный гудок.
«Ух ты! Работает! Отлично!» – пронеслась в голове Гулевского радостная мысль. – «Как его только не отключили за год? Да здравствует наше национальное раздолбайство!»
Покопавшись в столе, Сергей Дмитриевич нашёл старый тупой нож и направился в ванную комнату. Там он встал на унитаз, отвинтил ножом четыре небольших шурупа вентиляционной решётки и с замиранием сердца засунул руку в образовавшееся отверстие. Нащупал небольшой крюк, затем тонкий капроновый шнур. Облегчённо вздохнул и медленно начал тянуть его на себя. В отверстии появился увесистый пыльный пластиковый пакет. Гулевский осторожно вытащил его и уселся на холодный кафельный пол рядом с унитазом. Дрожащими руками он высыпал содержимое пакета на пол. Сорок тысяч долларов в виде четырёх аккуратно перевязанных резинками пачек и куча небрежно сваленных рублёвых банкнот мягко рассыпались по полу. Бывший начальник Глуховецкого отделения внутренних дел удовлетворённо закрыл глаза и откинулся на холодную кафельную стену, со злорадством подумав о жене: «Эта глупая тварь перетрясла всю квартиру, но найти заначку ума так и не хватило. А раз заначка цела, можно спокойно и вдумчиво приступить к поиску нашего дражайшего господина Фикуса, а также бабок, которые он со Слоном подрезал у Клима».