Прощение
Шрифт:
–Нет, попить пришла.– Лина открыла холодильник.– Вы что, всё выпили?
– Есть там, лучше смотри.– Ответил я.– Там внизу.
Мишка смотрел на неё тоскливо, Прохор усмехнулся. Он знал, Мишке давно нравится Лина. А Лине нравится он, Прохор.
***
К обеду гости разъехались, я вызвал клининг, на кухне мелочь наводила порядок, зашёл, Катя мыла посуду, увлеклась, даже меня не заметила. Как всегда серьёзная, сосредоточенная. Хотелось сказать ей что то такое, чтобы она рассердилась.
– А ну брысь отсюда.– Высокомерно сказал Прохор. – Не крутись под ногами. Что ты вообще здесь делаешь?
Она повернулась ко нему и глядя в глаза сказала.
– Я тебе не кошка и нечего здесь брыськать. Убираю комнату, после твоих гостей.
Ты посмотри, какая хозяйственная, Прохор наблюдал как она ловко управлялась с посудой.
– Да-а-а-а, вот как мы, оказывается, говорить умеем. – Насмешливо протянул он.– Ещё и готовить и убирать. Да тебе цены нет.
– Ещё и не так умеем.– Сказала Катя.– И вообще, хватит вести себя по хамски. Самому не надоело?
– Что ты мелочь строишь из себя? Ты здесь вообще никто. Никому не нужна, тебя мать родная не любит, вообще не обращает на тебя внимания. – Издевательски глядя на неё, сказал Прохор.
– А тебя, твоя мать любит? Внимания много видишь от неё? – Глаза сверкают, обиделась.– Я пока её не видела и не слышала…
– Ты… ты… что себе позволяешь?– Я даже задыхаться начал, не думал что так заденут меня её слова.– Ты что сейчас сказала?
– А ты что себе позволяешь?– Ничуть не смутившись спросила Катя.– Что слышал, то и сказала.
Мелочь быстро вышла из кухни и ушла к себе.
Мама, моя боль, я её не помню, она сбежала от нас с отцом, давно, обиднее всего сбежала с бывшим партнёром отца, прихватив деньги, живут за границей, двоих детей родили, обо мне и не вспоминала.
Мне очень её не хватало когда маленький был, сейчас как то всё равно, только иногда тоска нападала, я ведь и не помню её, уехали они мне и двух лет не было.
Как отец тогда поднялся, практически ведь без капитала остался, но всё-таки сумел. После такого предательства, двойного, другой человек руки бы опустил, а он нет, поднялся, да, ещё и баллотируется сейчас в депутаты.
Время прошло, женился на Зое, но из неё мать- то никудышная, а уж мачеха, тем более, она не обижала меня но и внимания не оказывала, и дивиться нечему, если уж дочь родная не нужна, то пасынок тем более.
Так и рос, сначала с няньками, а после и няньки не нужны стали… Вырос.
Отец порвал и выкинул все её фотографии, только у меня хранилась одна, кухарка наша, тётя Варя мне отдала, наверное, как то спрятала, а может мать сама ей подарила, а она мне.
Д-а-а-а… Катя, жёстко ты подняла мне нерв, сам виноват, первый начал, видно надоело ей молча сносить обиды. Один – ноль, сегодня в твою пользу, мелочь.
Так мне и надо, подумал Прохор, чтобы не заносился высоко. Выходит что у богатых и у не богатых одинаковые проблемы и переживания, я на своих зациклился, думал только у меня сердце есть, а тут и девчонка тоже переживает по поводу своей ненужности.
Глава 3. Катя.
Всё, достал меня этот мажор. Больше я молчать не буду. Маму ещё упомянул, что не любит она меня, я и сама это знаю, нечего лишний раз напоминать.
И у него мать не лучше, сбежала, а его с отцом оставила, бабушка мне говорила, а ей мама рассказывала. Вот ведь, не стерпела, что теперь будет? Как он ещё сдержался, думала ударит меня. Катя сидела в комнате, она слышала как внизу шла уборка, надо было, она и сама бы убрала, всё равно делать нечего, лето, каникулы.
Поговорить не с кем, Соня, единственная подружка, в деревню к бабушке и дедушке уехала, связь там плохая, практически не дозвониться, а больше подружек у Кати не было, так сложилось.
Она перешла в девятый класс, теперь в своей школе учиться не будет, мама Зоя сказала, что в гимназию её определит, а она хочет к бабушке Глаши, в Новосибирск.
В доме Филатовых жить Катя не хотела, теперь Прохор её совсем сживёт со света, посмела перечить ему. Чёрт с ним, в сердцах выругалась Катя.
Что будет то и будет, не убьёт же, пусть говорит что хочет, только вот молчать она больше не будет… Хватит терпеть обиды, а то совсем заклюёт, он вроде и не со зла, а так, издевательски, а всё равно не приятно. Ещё и нищебродкой называет. Какая она нищебродка?
В деньгах Катя стеснена не была, получала пособие по потери кормильца, дедушка помогал, баба Глаша, та вообще ежемесячно ей на карточку перевод делала. Так что ей хватало.
Почему он её нищебродкой называет? Впрочем, по сравнению с ними, конечно, куда нам до них. Миллионеры. И снова мелькнула мысль, уехать, собраться и уехать.
Вот прямо сейчас, вещи собрать и самой уехать в Новосибирск. Собрать и уехать. Эта мысль не давала покоя, засела в голове. Катя, как будто, чувствовала опасность, каждую минуту ожидала что с ней, что то нехорошее случится в этом доме. Тут ещё Прохор, как с цепи сорвался, цепляется по любому поводу, то не там сидит она, то зачем вышла из комнаты.
Думая об этом, Катя не заметила как уснула, ещё бы, ночь почти не спала, из- за этого разгула.
Проснулась от стука в дверь . Мама соизволила на ужин позвать.
Вышла на кухню, семья ужинала, ничего себе, уже семь часов. Наверное разогрели еду, что вчера тётя Варя приготовила.
Прохор сидел за столом безучастный ко всему, мама и отчим сосредоточенные, Катя заметила, что здесь мало с друг другом общаются. Больше молчат.
Катя сначала удивлялась, такие богачи а пища простая у них, она думала у миллионеров совсем другой рацион, но нет, они уплетали тёть Варины борщи, блинчики, котлеты, пироги, да просто омлет или глазунью.
Спросила как то у тёть Вари, а та ей говорит, только когда вечеринки у взрослых, тогда еду из ресторана заказывают, а так нет.