Чтение онлайн

– Иногда. Когда меня никто не слышал.

– Да-а, я тоже.

Какое-то время спустя Рэнди вышел из своей летаргической эйфории. Он наклонился и насчитал рядом с собой семь пивных банок. Он рыгнул, пес проснулся, потянулся дрожа, вскочил с дивана и вытряхнул на ковер новую партию собачьей шерсти. Вскоре то же сделал и Скиппер. Оба они обнюхали Берни, глаза которого были такими красными, словно он побывал на пожаре.

Рэнди дал себе какое-то время, чтобы очухаться. Было за полночь, по радио передавали программу «Ситиз-97», а ему надо вставать в шесть. Вообще-то ему изрядно надоела и эта программа, и эта вонючая работа на складе. И этот свинарник у Берни, и растущие цены на марихуану. И сам Берни, у которого на нее никогда не было денег. Что, черт возьми, он делает в этом кособоком кресле-качалке с трубкой, обжигающей руки, рассматривая большой нос Берни и считая банки из-под пива?

Кому он пытается таким образом что-то доказать?

Отцу, кому же еще.

Проблема-то в том, что старику на все это глубоко наплевать.

Бесс получила от Майкла в понедельник план квартиры. Он прислал его вместе с запиской. Знакомый почерк на бланке фирмы.

«Бесс, это план квартиры, как я обещал. Я обдумал идею зеркал в галерее. Действуй. Я думаю, мне понравится. Я думал о том, что ты мне сказала перед уходом, и, кажется, понял, что во многом должен был измениться и не сделал этого. Может быть, мы поговорим об этом еще. Был рад тебя снова увидеть. Майкл».

Она почувствовала, как у нее затрепетало сердце при виде его почерка. Странно, но она чувствовала то же самое и при виде его мокрой зубной щетки, мокрого полотенца – вещей, которых он касался, держал, с которыми работал. Она перечитала записку четыре раза, представляя, как его красивые руки держат ручку, когда он пишет. «Может быть, мы поговорим об этом еще». Предложение было не слишком настойчивым. Правда ли, что он был рад увидеть ее снова? Был ли он так же напряжен, как и она, когда они сидели вместе в одной комнате? Хотелось ли ему, как и ей, поскорее остаться одному?

Майклу позвонила Лиза. – Привет, папа. Как дела?

– Все в порядке. А у тебя?

– Очень занята. Горю синим пламенем. Мне и в голову не приходило, что перед свадьбой нужно так много сделать. Ты в субботу свободен?

– Если тебе это нужно.

– Вы, мужчины, должны встретиться в «Джингисс формэл уэр» и выбрать смокинги.

– Смокинги?

– Ты в нем будешь сногсшибателен, папа.

Майкл улыбнулся:

– Ты так думаешь, хм… Где и во сколько?

– В два часа, в Нейплвуд.

– Я там буду.

Рэнди не думал увидеть отца в «Джингисс формэл уэр», когда входил туда в два часа в субботу. Майкл беседовал с Марком и Джейком Пэдгеттами. Рэнди остановился. Марк, увидев, поспешил к нему, протянул руку:

– Ну, вот последний. Привет, Рэнди, спасибо, что пришел.

– Ну, вот еще. Джейк пожал ему руку:

– Привет, Рэнди.

– Мистер Пэдгетт…

Остался лишь Майкл. Он тоже протянул руку:

– Рэнди.

Рэнди заглянул в темные глаза отца и почувствовал, что ему делается плохо: так хочется, чтобы они обнялись и он мог сказать: «Привет, папа». Но он не называл Майкла отцом слишком долго. Слово просто рвалось у него из горла. Глаза Майкла были так похожи на его собственные, что казалось, он смотрится в зеркало, пока отец ждет с протянутой рукой.

Наконец он пожал руку Майклу и сказал:

– Привет.

Майкл покраснел и крепко стиснул руку сына. Рэнди еще долго чувствовал это прикосновение отцовской руки.

Подскочил молодой светловолосый продавец:

– Все здесь, джентльмены? Пожалуйста, сюда.

Они прошли за ним в примерочную с зеркалом и ковром на полу. Сначала Марк и его отец, оставив Майкла и Рэнди за собой. Они неловко замешкались, прежде чем Майкл вежливо пропустил Рэнди вперед. Комната была полна смокингов самых различных цветов – от черного до розового. В ней пахло горячим портновским утюгом.

– Невесты тоже часто приходят. Но раз вы один, то, наверное, уже договорились о цвете.

– Платье подружки невесты абрикосового цвета. Она сказала, что я сам могу решать, какого цвета должен быть смокинг.

– А-а, хорошо. Тогда я предлагаю слоновую кость с абрикосовой розеткой в петлице, слоновая кость – это всегда элегантно, а сейчас это модный цвет. У нас несколько фасонов, самый популярный – Кристиан Диор.

Продавец продолжал болтать. Майкл и Рэнди напряженно ощущали присутствие друг друга, с трудом приходя в себя от неожиданной встречи.

Им выбрали смокинги с атласными отворотами, гофрированные рубашки, галстуки-бабочки и открытые кожаные туфли.

Они сняли свои пиджаки, встали перед зеркальной стеной, и с них сняли мерки – шея, руки, грудь, плечи, талия, внешние швы. Они примеряли брюки с атласными полосками по бокам, стояли в одних носках перед зеркалом, застегивали молнии и бросали тайком взгляды друг на друга, быстро отводя глаза.

Они примеряли самые разные рубашки, пробовали к ним различные галстуки, и оба вспоминали то время, когда Рэнди был мальчиком, а Майкл – молодым отцом. Как Рэнди мазал лицо кремом для бритья и брился бритвой без лезвий, а он, отец, стоял за его спиной и брился настоящей. Вспоминали время, когда стояли рядом и Рэнди задумчиво говорил: «Ты думаешь, папа, что я когда-нибудь стану выше тебя?» И вот он стал выше, на целый дюйм, совсем взрослый. И испытывал к отцу, мягко говоря, недоброжелательность.

– Длина сорок два, сэр, – сказал продавец.

Майкл натянул на себя смокинг, пахнущий жидкостью для сухой чистки, оправил манжеты и воротник. Продавец кругами ходил вокруг него. Марк отпустил какую-то шутку, и Рэнди засмеялся. Джейк сказал:

– Никогда раньше не носил этой обезьяньей одежды, а вы, Майкл?

– Только один раз.

«На своей собственной свадьбе».

Когда примерка была закончена, они надели свою одежДу, застегнули поплотнее пальто и вышли из примерочной. Сновали субботние покупатели. Из кондитерского отдела напротив шел запах свежеиспеченных булочек. Марк и Джейк пробирались к выходу, оставив отца и сына позади. Каждый новый шаг отдавался болью в груди Майкла, по мере того как уменьшались его шансы. С его губ был готов слететь вопрос, но он боялся нарваться на грубость.

Возле стеклянных дверей он все-таки решился:

– Послушай, я не обедал. А ты?

Он попытался сказать это небрежно, но слова застревали в горле.

– Я перехватил гамбургер, – соврал Рэнди.

– Точно? Смотри, я угощаю.

На какой-то момент их взгляды сомкнулись. Возникла надежда. Майкл почувствовал, что Рэнди колеблется.

– Спасибо. Я встречаюсь с друзьями.

Майкл ничем не выдал своего разочарования:

– Ну что ж, может быть, в другой раз.

– Да, конечно.