Чтение онлайн

– Как хорошо пахнет, – сказала она. – Что это?

– Вот. – Он показал на ветку.

Рэнди поехал к Уайт-Бер-авеню. По шоссе «1-95» было короче, можно было объехать озеро с западной стороны, но он поехал по восточному берегу со скоростью двадцать миль в час, хотя можно было в этом курортном районе дать и тридцать.

Когда они проехали полпути, он сказал:

– Могу я тебя кое о чем спросить?

– О чем?

– Тебе сколько лет?

– Я школу заканчиваю. Семнадцать.

– Ты с кем-нибудь встречаешься?

– У меня времени нет. Я играю в школьной баскетбольной команде, мы выпускаем стенгазету, и я много занимаюсь. Я хочу стать врачом или юристом и подала заявление в университет Хамлайн. Мои родители не могут платить за учебу, мне нужно получить стипендию, поэтому я должна иметь хорошие отметки.

Если бы Рэнди сказал ей, как он окончил школу, она бы попросила остановить машину и вышла из нее тут же.

– А ты? – спросила она.

– Нет, я ни с кем не встречаюсь.

– Колледж?

– Нет, просто школа.

– Но ты хочешь стать барабанщиком?

– Да.

– В рок-группе?

– Да.

– А пока?

– Пока я работаю в сумасшедшем доме.

– Где?! – Она была поражена.

– Вообще-то это склад. Я пакую свежеподжаренные орехи – арахис, кедровые, фисташки. Это большой торговый дом. Заказы идут со всей Америки. Рождество – самый сезон. Мы просто с ума все сходим на Рождество.

Марианна засмеялась, как все, когда он это говорил. Но их планы так разительно отличались друг от друга, что он сознавал, как жалко и нелепо выглядит.

Они ехали молча, пока Рэнди не сказал:

– Иисус, я произвожу впечатление неудачника, да?

– Рэнди, я должна тебе кое-что сказать прямо.

– Скажи.

– Прошу тебя, не говори так «Иисус». Это меня очень обижает.

Рэнди меньше всего ожидал этого. Он и не заметил, что так говорит.

– О'кей, – ответил он. – Понял.

– А что касается того, неудачник ли ты… Ведь это все состояние души. Я всегда думала, что, если кто-то чувствует себя неудачником, он должен что-то предпринять: пойти в школу, найти другую работу, сделать что-то для самоутверждения. Это первый шаг.

Они приехали к ее дому, он остановился на улице, не выключая мотора. Подъезд к дому был забит машинами – ее родителей, Лизы, Марка. Дом был весь освещен. Занавески в гостиной были раздвинуты, и было видно, что там полно народу.

Рэнди расправил плечи, обнял руками колени и посмотрел прямо перед собой через ветровое стекло.

– Послушай. Я знаю, что ты обо мне думаешь из-за того, что я в контрах с отцом, но, может быть, ты выслушаешь почему.

– Конечно. Я умею слушать.

– Когда мне было тринадцать лет, он завел роман, разошелся с моей матерью и женился йа другой. Все как бы распалось после этого. Дом, школа. Особенно школа. Я вообще-то кончил ее с грехом пополам.

– И ты себя по-прежнему жалеешь?

Рэнди внимательно посмотрел на нее:

– Он наплевал на всю семью.

– Ты так думаешь?

Он молчал, осторожно ее разглядывая.

– Тебе не понравится то, что я скажу. Но это правда. Каждый из нас отвечает за себя сам. Если ты сам забросил школу, ты не должен винить в этом его. Тебе просто легче все свалить на него.

– Иисус, какие мы самодовольные, – произнес он.

– Ты опять сказал «Иисус». Скажешь еще раз – я уйду.

– Ну хорошо. Извини.

– Я предупредила, что тебе не понравится то, что я скажу. Твоя сестра справилась с этим. И твоя мать справилась. Почему ты не сумел?

Он откинулся на спинку сиденья, почесал переносицу:

– Иисус, не знаю.

Она выскочила из машины, захлопнула дверь, перепрыгнула через сугроб и побежала к дому, прежде чем он понял, что случилось. Рэнди открыл дверь и крикнул:

– Марианна, извини! Нечаянно выскочило! – Когда дверь захлопнулась, он ударил по крыше машины обоими кулаками и крикнул:

– Иисус Христос, Куррен, чего это ты мечешь бисер перед этой честной проституткой!

Он схватился за руль, включил мотор на полную мощность, проехал четверть квартала, опустил стекло, сдернул еловую ветку, уколов палец, и выбросил ее на улицу. Заехал за угол, чуть не врезавшись в столб, проскочил на два красных света и заорал во всю мочь:

– Пошла ты на… Марианна Пэдгетг. Получила? Пошла ты…

Он остановился у какого-то дома, вытащил свою марихуану, пару раз затянулся и ждал, пока по нему разольются покой и блаженство.

Он улыбался, когда то ли. крикнул, то ли нет последний раз:

– Да-а, пошла ты на… Марианна Пэдгетт…

Пока Рэнди провожал Марианну, Лиза прощалась с матерью и отцом.

Сначала она обняла Майкла:

– До завтра, папа.

– Точно.

Он чувствовал необычайную нежность. Одно из последних объятий, перед тем как она будет носить имя другого мужчины.

– Как я понял, ты сегодня ночуешь у мамы?

– Угу. Сегодня мы перевезли все мои вещи к Марку.

– Я рад. Мне приятно, что ты сегодня будешь с ней.

– Эй, пап, знаешь что? – Она прошептала ему в ухо:

– Действуй дальше. Я думаю, у тебя с мамой получается. Всем спокойной ночи!

Майкл постарался скрыть свое удивление, пока Лиза и Марк выходили на улицу. Подавая пальто Бесс, он сказал:

– Лиза кажется абсолютно счастливой.

– Я думаю, что так и есть.

Пэдгетты пожелали всем спокойной ночи и удалились. У стеклянной двери остались лишь Майкл и Бесс. Они оба медлили, старательно натягивая перчатки, застегивая пальто.