Чтение онлайн

– Это случилось больше из-за того, что я растяпа, – уверила его Даня и задергала ручку. Та, как назло, решила срочно заклинить. – Поверьте, я переживу. И мне уже надо спешить. Если ко мне никаких претензий, то спасибо за все.

– Погодите…

Умученный мобильный Дани издал серию кашляющих трелей. Похоже, одним поврежденным экраном он все-таки не отделался. Девушка хотела выскочить за дверь, но, увидев на дисплее имя, немедленно ответила.

– Ты что, дрыхнешь, Шацкая? – проорали ей в ухо. – На отдельные звонки стоит отвечать быстро – так, словно тебе сам Господь Бог звонит!

– Господь Бог точно был бы повежливее, – съязвила Даня. – Давно твой голос не слышала, Василина. Этак часиков шестнадцать?

– Ты языком-то хорош молоть, Шацкая. Марья Николаевна требует подтверждение твоего официального устройства на работу. По срочняку.

– Срочно? Что у вас там горит?

– Слушай, тебе веры нет. Ты семь лет дома не показывалась. Марья Николаевна прежде, чем тебя окончательно в опекуны пустила, отправила меня по адресу вашего с мальчиками прежнего места жительства. Так соседи там не признали тебя нынешнюю по фотке из личного дела. Говорят, не знаем, не видели никогда такую.

– Жесть какая. – Даня отняла телефон от уха и ошалело уставилась на разбитый дисплей. – Вы мою фотографию соседям показывали?! Что за оперативно-розыскные мероприятия? Алле, геосфера, вы же опека, а не следственный отдел!

– Начальница моя бдит. Чему удивляешься, Шацкая? Она лажанулась пару раз с такими нерадивыми опекунами как ты, так по ней при проверках прокуратура так проехалась, что она точно век не забудет. Лишение премии – это еще цветочки.

– Эй, нельзя причислять меня к числу нерадивых опекунов без каких-либо оснований!

– Хорошо. Без проблем. Притащи нам справку от своего нового работодателя, подтверждающую твое трудоустройство, и моя начальница тут же уменьшит уровень своей истеричности. Заметь, не копию трудового договора просим, а справочку.

Даня бесшумно заскрежетала зубами.

– Ладно.

– Сегодня.

– Э?!

– Сегодня пришли по электронке. До вечера, а точнее, до конца нашего рабочего дня. Шацкая, предупреждаю сто пятисотый раз: ты у Марь Николаевны на маленьком черненьком карандашике. Ее аж трясет, как она жаждет посодействовать отмене постановлений о возложении на тебя обязанности опекуна и попечителя.

– Накапай ей корвалола, – пробурчала Даня и нажала на «отбой».

«Твою мать! – Она врезала телефоном прямо по двери. Гаджет отозвался удрученным треском. – Да за восемь часов я максимум об одном собеседовании успею договориться! И какой дурак мне сразу справку такую выдаст?!»

За спиной девушки раздалось деликатное покашливание. Даня сильнее вжала телефон в дверь. Лучше не бывает. Сорвалась при посторонних.

– Все в порядке? – участливо спросил Глеб.

«Ни хрена не в порядке».

Даня посмотрела через плечо. Гендиректор Левин казался искренне обеспокоенным. Шушу глядела слегка испуганно. Похоже, она совершенно не переносила любое проявление насилия и агрессии. И только Яков смотрел на нее бесстрастно.

«Думай, думай, думай».

Почему-то образ Принцессы на фоне приглушенного утреннего света успокаивал. Хотя на душе и было паршиво, мысли Дани оставались ясными.

«Думай, думай, думай»

Если бы только можно было уцепиться за малюсенькую возможность. Крошечный временный шансик.

«Думай, женщина. Паникуй, женши…»

Даня вскинула голову и хищно уставилась на Глеба. Тот, уловив перемену в ее настроении, настороженно заморгал.

– Вам же некогда заниматься Левицким? – вкрадчиво спросила она, начиная наступление.

– Да, – прищуриваясь, осторожно подтвердил Глеб.

– Может вам пригодился бы тот, кто присмотрит за вашей драгоценной будущей звездой? – Рывок вперед. Даня, отбросив все сомнения, выпалила: – Я могу стать его личным Цербером! Охранять его, э-э, что-то планировать… может, организовывать! Хотя бы временно!

Брови Глеба медленно поползли вверх. Лицо разгладилось. И что-то очень хитрющее промелькнуло в темных глазах.

– Глеб-ш Валентинович-ш, – прошипела Шушу. Как только тот повернулся к ней, она многозначительно очертила воздух вокруг своего лица, потом прижала кулачки к щекам и резко раскрыла пальцы, будто изображая взрыв фейерверков. И наконец энергично подергала головой в сторону устроившегося на краю кровати Якова.

– Хмм… – не менее многозначительно отозвался гендиректор.

Не сговариваясь, оба синхронно уставились на Якова. Тот побледнел.

– Да ни за что!

Уже перевалило за полдень, а Даня все еще ощущала себя путником, затерявшимся в тумане. Все произошло слишком быстро. Она не позволила себе слишком уж задумываться о правильности своего поступка и нырнула в омут с головой.

Пару минут назад ей перезвонила Василина. Девушка была полностью выбита из колеи. Убито сообщив, что справка получена и новый работодатель Дани самолично в этом удостоверился, она отключилась, не попрощавшись. Даже ничего язвительного напоследок не ляпнула.

Догадаться о причине аморфного состояния специалиста опеки не составило особого труда.

Звонок Глеба. Голос гендиректора Левина.

После своего поступка, который во многом скорее походил на помешательство, Даня стремительно ретировалась из гостиницы. Гораздо позднее, когда уже спускалась в метро, вспомнила, что не проведала Агафью. А пять минут спустя ее телефон-инвалид принял звонок с незнакомого номера.

– Я лишь хотел удостовериться, что на этот раз вы сохраните мой номер, – вкрадчиво пояснил глубокий голос на том конце.