Прости – люблю

Коль твои б не пустели года,

Не нуждался в моей ты подмоге,

Я бы просто молилась тогда,

А не шла бы по этой дороге.

Вот опять книгу я собрала,

Снарядила ее в долгий путь.

Каждой буквой ее я жила,

В ней пыталась раскрыть свою суть.

Как в миру приживется она?

Может, кто-то полюбит, поймет,

Иль на полке лишь будет нужна,

Чтоб заполнить какой-то пролет?

Достучится ль она в твою дверь,

Или ждет ее участь других?

Ведь я только тебе, друг, поверь,

Рассказать о любви спешу в них.

Мне говорили: «Ты забудь!

Быть вместе вам не суждено!

Потом поймешь когда-нибудь:

Любовь лишь вечная – в кино!»

Но не хочу я понимать

И покориться злой судьбе!

Себя сумели вы предать –

Зачем же мерить по себе?!

Вы правы: будет и конец,

Но только жизни – не любви!

Благослови ее, Творец!

Ты навсегда благослови!

Ты боишься меня, что открою ту дверь,

За которой страданья таятся.

Убеждаешь себя, что их нет уж теперь,

Но без воздуха раны гноятся.

Ты закрылся в себе, как не стало надежд,

Молвил чайке ключи бросить в море.

Не увидел никто боль любви из-под вежд,

Только в песне кричал ты от горя.

Ее ветер донес, и пошла я на зов,

Ища тропку к двери, что закрыта.

Чрез обрывы плела я мосточки из слов,

И была я отчаяньем бита.

Наконец, перед дверью я этой стою,

Так давай ее вместе откроем!

Что бы ни было там, разделю жизнь твою,

Все печали с тобой мы разгоним!

Нет надежд, что поймешь ты меня,

Хотя мне это кажется странным:

Ты же чувствовал то же, что я,

Ей впоследствии не был желанным.

И вот так же горели мечты,

До сих пор не залечишь ожоги.

Поделись, как справляешься ты,

Без надежды идя по дороге?

Где находишь ты силы, чтоб жить?

Поделись, брат по боли и счастью!

только лет безответно любить!

Так подарим друг другу участье!

Как женщину себя я схороню,

Чтоб быть твоей, хоть без тебя навек!

О, свято верь: тебе не изменю -

Ты мой единственный любимый человек!

Пусть безразлична я тебе – мне все равно!

Моя слеза ведь для тебя – вода!

Но раз любить тебя мне было суждено,

Теперь не отрекусь, туманная звезда!

Я выполню свой нравственный обет –

Напрасной верности несбывшимся мечтам!

Свети, лети, любовь, сквозь бесконечность лет

На счастие ему, назло моим слезам!

Что я могу, о Господи, просить,

Не смея от стыда в Глаза Твои смотреть?

Дерзну лишь об одном: меня простить

И с правосудным приговором потерпеть.

Я исказила естество свое грехом,

В гордыне утонув, страстям своим служа.

Дай мне раскаяться в деянии плохом,

Чтоб Благодать принять смогла душа.

Желаю, но слаба. Ты укрепи меня,

Омыть Твои Слова слезами мне позволь!

Хочу забыть, что есть на свете я,

Другими жить, деля их радость, боль.

Мой. Господь! Я бессильна помочь!

Нет страшней для меня наказанья!

Он уходит все далее в ночь

От Тебя, от вершины познанья!

Ты мне тихо внушаешь: «Молись!

Я верну его к Жизни и Свету!»

Но порой нужен крик: «Оглядись!» -

Чтоб скорей встал на тропочку эту.

Да, Ты прав: он сейчас не поймет,

А иначе бы встречу устроил.

Коль душой вновь меня позовет,

Помолюсь, чтобы Ты успокоил!

Мне нечего сказать – и не идут стихи…

Мне жаль тебя, мой друг, но Господу виднее:

Дает нам трудный час за многие грехи

Иль испытания, чтоб сделать нас сильнее.

Порою кажется: несправедлив итог,

Хоть за любовь дарили невниманье.

Давал Бог время, но ты им пренебрег

И не очистился слезою покаянья.

Так не гневи Творца – смиренно принимай!

Мы заслужили, верь мне, не такого!

Молись и кайся, Бога призывай,

И солнце жизни воссияет снова!

Сильней еще на боли миг

Я стала, милый мой.

Ни стон не вырвался, ни крик,

Не истекла слезой.

Лишь видел Бог кровавый след,

Агонию души,

Но если слов таких здесь нет,

Поди-ка опиши!

Не лучше ли смолчать, мой друг,

Чтоб чувств – не упростить?!

А потому не выдаст звук,

Как без тебя мне жить!