Просто 1
Шрифт:
Приехали. Дед с Сашей сразу стали опекать алмаатинцев, повели их на берег и всё время что-то рассказывали. Все весело о чём-то хохотали. Оксана мимоходом мне сказала, что давно не видала Яна таким живым и
Шлюпку отцу подарили моряки, она была шестивёсельная, с рулём. Можно было на борту сидеть, и она почти даже не наклонялась. Была надёжная и устойчивая. Достали самовар. Мы самовар и стол поставили в шлюпку, прекрасный водный развлекательный комплекс. Все загрузились и тронулись. Погода стояла прекрасная, хотя, в камышах вдоль берегов и островов стоял лёд. Солнце, небольшой ветерок, но, у всех были плотные куртки, самосвязанные шапки. Северные люди умеют беречь тепло. Сашина мама прекрасно вязала. Свитеров и шапок хватало всем.
Мужчины сели на вёсла, женщины накрывали на стол. Вначале попросили моего папу рассказать про свой эксперимент, что у него случилось, как он попал в Яна, и каково им было вдвоём. Рассказывал он, конечно, смешно, но, смешного, по всей видимости, было мало. Он мог остаться с Яном навсегда. Дед рассказывал о своих былых охотничьих приключениях. О Вышнем Волочке, о своей свадьбе, о том, как родился Григорий, и как его привезли в Вышний Волочёк. Рассказывал про институт, про Ленинград, как они со своей женой Леной там жили, про тётю Валю. Рассказывал о первом приезде в Алма-Ату. Да, этот город раньше так назывался. Рассказывал о рождении Вали. Лена слушала его с таким удивлением, что на неё было очень смешно смотреть. Рассказывал, как купал Валю в первый раз и как боялся что-то сделать не так. Рассказывал про своих тестя и тёщу, про их дачу. Я слушал его и понимал, что в его устах все эти рассказы приобретают совсем другой оттенок, чем мои воспоминания. Это он тогда их пережил и, рассказывая, переживает их сейчас.
Рассказывали все, и Валя, и Гриша, и мой отец, и Ян. И всем было интересно. Выпили чая уже не один самовар. Воду для самовара набирали сразу из озера. Вода – чистейшая! Надоело заниматься обжорством, и женщины попросили покатать их по заливу.
Турбаза стояла в устье небольшой речки. Почти на самом слиянии реки с заливом была поставлена рубленая баня. Сразу после парилки можно было бросить своё разгорячённое тело в речку. Она была довольно глубокая, плавая, дна было невозможно достать. Дед со смехом рассказал, как они с отцом ловили здесь у бани озёрную форель, за одну ночь взяли штук пять по семь килограмм. После такого рассказа Сашин отец чуть не побежал в сарай за сеткой. Потом дед ему сказал, что это только осенью, а сейчас идёт щука у берега вдоль камыша. Рассказал также, как его отец в азарте вытаскивал щук из сетки, и нырнул по пояс. И как ему потом врачи хотели отрезать одно из двух семенных органов. А мама Алла после такого рассказа сказала, что рыбачить он теперь будет только под одеялом. От смеха шлюпку чуть не опрокинуло, Гена еле удержал самовар. Смеялась даже Лена, которая, ничего не поняла, но, реакция всех была очень смешная. Дед рассказывал про охоту в Карелии на зайцев, как он убил глухаря под Новый Год. Потом рассказывал про охоту в Вышнем Волочке. На кабанов, на лосей и волков. Закончил тем, что не советует родителям уезжать из Карелии. Рассказывал, что и отец, и мать в то время сильно жалели о переезде.
Мужчины гребли сильно, ход у шлюпки был хороший. Когда сидишь на берегу и смотришь за залив, впечатления одни, но, когда обходишь залив и заглядываешь за каждый остров, впечатления трёхмерные. Есть острова, на которые только палатку поставить можно, очень маленькие. А вокруг каждого острова пояс из камыша. Это любимые места для уток. Они даже не боятся нас, знают, что уже не сезон охоты. Все в восторге. Выходили на острова, берег скалистый, деревья как будто из камня растут, ни алмаатинцы, ни итальянцы такой северной дикой красоты никогда не видели.
Высаживались почти на каждом острове, где был хороший подход на шлюпке. На одном острове мальчишки зажгли даже костёр, жарили хлеб и колбасу. Лена была в восторге! Я подумал, как жаль, что мы не взяли остальных алмаатинцев, но, мы собрались так стихийно, без планов, без сборов. Просто взялись за руки – и уже в Карелии. Ладно, это только пробная поездка. Я смотрел на деда, он был весел, балагурил, что-то рассказывал и все смеялись.
Пора было собираться на турбазу, начинался холодный ветерок. Шлюпка лихо рассекала волны, Гена сидел за рулём. Папа обнял маму. Я показал на них Вале. Мама как будто уснула в объятиях отца. Лицо её было спокойное. Отец смотрел на воду впереди лодки, было видно, что он устал и о чём-то думал. И только сейчас я вспомнил, что у меня день рождения! И у меня, и у Саши, и у деда. Саша даже подскочил от такой новости. Наверное, это в первый раз в нашей с Сашей жизни все забыли о наших днях рождениях. Правда, дед сказал, что это не последний раз. А после пятидесяти земных лет о них лучше не вспоминать.
Высадились на базе, мальчишки стали готовить баню, женщины – готовить комнаты ко сну. Попарились, напились чаю из самовара с шишками, и тихо все заснули. Здесь уже кроватей было много. Только дед ещё сидел с Валей у самовара. Она ему что-то рассказывала, он смотрел на неё и молча кивал. Я не стал подходить, ведь, это уже была его личная жизнь, которая пошла в своём направлении. Правда, при трансформации наша память опять объединится, и моя, и его, и Сашина. Но, наверное, у него есть ещё более глубинная память, в которой хранятся его воспоминания за семь тысяч пятьсот семьдесят лет. Моё сознание уже не укладывалось в этот временной отрезок, я даже мысленно не мог его охватить. Пора спать.
Утром проснулись все почти синхронно. Обычная утренняя суета, уборка и дорога. Приехали в город уже после двенадцати. Дед подсмеивался, объявлял, что поезд на Алматы подан, занимайте места согласно купленным билетам. Я подумал, что неужели будет время, когда будут продавать билеты в параллельную реальность. Дико! Так не должно быть. Торгаши сразу начнут делать деньги на том, что им не принадлежит. Взялись за руки и через миг все уже в квартире Григория.
Дед сделал объявление, что нужно собрать всех близких, всех без исключения. И повторился, всех, с кем мы бы хотели уехать из города как будто навсегда и навечно, даже женихов и невест. Чтобы не жалели, что кого-то забыли. Правда, сейчас уезжать никто никуда не собирается. Это тренировка. Его объявление всех смутило. Все спрашивали, что он задумал? Дед просто ухмылялся в усы и хитро улыбался.
Мама объявила адрес нашего коттеджа, который мы арендовали. Сказала, что к семи вечера будет подан автобус к дому Григория, но, потом он подъедет и к дому Вали. Можно собираться и там, и там. Было видно, что она устала и ей пора отдохнуть. Мы завезли Валю с Леной и уехали.
Коттедж оказался просторным и уютным. Большой зал, просторная столовая. Кухня стояла отдельно от дома, уже готовилась, слышны были вкусные запахи. Мама согласовала меню сразу после встречи у Вали. Все разбрелись по комнатам, душ, уютный диванчик, особенно, никто не суетился. У нас было ещё пять часов на отдых и раздумья.
Конец ознакомительного фрагмента.