Чтение онлайн

– Отлично. Пока отдыхай, на ужин тебя позовут.

Дверь захлопнулась, и Том остался один, потерянно стоя среди огромной комнаты, почти залы. Он осторожно пощупал стоящее рядом кресло, вздохнул и огляделся.

– Если это сон, то просыпаться я не хочу.

***

Нимхейн скинул с себя одежду, оставшись в одном белье, и с удовольствием потянулся, отбросив скрывающий амулет. Темучин довольно урчал, развалившись на своей подушке, внимательно поглядывая на своего хозяина, тело которого неожиданно изменилось. Золотистую кожу рук покрыла плотная вязь черных символов, странных, словно меняющихся. Радужка глаз расплылась золотым сиянием, скрывая зрачок и белки. Уши заострились. Челюсти слегка изменились, зубы превратились в частокол клыков. Ногти переплавились в длинные, самую малость загнутые когти. Длинный хвост со свистом рассек воздух граненым наконечником. В гриве волос мелькнули острия маленьких, не больше дюйма, рожек. И, как апофеоз изменений, из спины, прорвав кожу, вырвались драконьи крылья, с острыми наростами на сгибах и концах костей.

– Мммм... вот так-то лучше...

Рухнув на диван, Нимхейн весело оскалился, мысленно подводя итоги дня. Все прошло лучше, чем он рассчитывал: Том сам предложил ему стать опекуном, удалось отойти от одной из основных вех канона, купив другую палочку, правда, времени маловато, только месяц, но это не страшно. Пообтесать мальчика он сумеет.

– Спасибо, Нуада...
– прошептал полудемон.
– Ты был прекрасным учителем... и в интригах - тоже!

Глава 15. Умереть за.

Нимхейн холодно разглядывал расстилающийся перед ним пейзаж: дома различных размеров и разной степени ухоженности, зеленые садики и розарии, обязательные для каждой уважающей себя английской деревушки, неважно, в каком мире она находится.

Прямо по курсу виднелся большой, высокий дом добротной постройки. Явно так называемый Дом Риддлов. Мэнор местного разлива... Хмыкнув, парень перевел взгляд вправо. Для острого зрения демона не было проблемой рассмотреть небольшой домик в не лучшем состоянии: ветхая крыша, обшарпанные стены, перекосившаяся деревянная дверь.

Убогое зрелище, так и тянущее воскликнуть...

– Так проходит слава земная...
– лицемерно вздохнув, оскалил острые клыки Нимхейн, и неторопливым прогулочным шагом направился мимо дома Риддлов. Выполнять задуманное он начнет не с них.

***

Если бы жители деревушки могли видеть сквозь скрывающие амулеты и заклинания, то они начали бы немедленно разбегаться с дикими истеричными криками кто куда. Но большинство сразу же побежало бы в сторону белеющей справа церкви.

По утоптанной дороге шел демон.

Самый настоящий.

Золотилась под теплым летним солнцем кожа обнаженного торса и могучих крыльев, сложенных за спиной; развевалась грива антрацитовых волос, обнажая иногда маленькие острые рожки; колыхался тартен, показывая только острые носки сапог, оббитых металлом; плавно покачивался длинный чешуйчатый хвост с острым наконечником, похожим на толстый кинжал, просунутый в специальную прорезь в одежде.

Настроение у Нимхейна было тихое и самое, что ни есть, мирное: солнечные лучи приятно пригревали, действуя так расслабляюще... он неторопливо шагал к домику Мраксов, наслаждаясь прогулкой. Чувства сообщали, что обитатели этой конуры находятся внутри. То, что надо.

Мурлыкая под нос "Аве, Мария" Нимхейн вошел внутрь, одновременно набрасывая на хижину каскад заклятий.

Во время разговора может быть... шумно, и лишние свидетели ему ни к чему.

***

Морфин Мракс мрачно смотрел в грязный, отродясь не чищенный камин, полный золы и пустых бутылок. Из крошечной кухоньки доносился грохот и дребезжание посуды - Марволо пытался приготовить скудный обед. Морфину было плохо. Магия, единственное, что еще не давало ему умереть, помогая влачить жалкое существование, в последние годы становилась все слабее и слабее. Было ощущение, что она их отвергает, но вот по какой причине... этого Морфин не знал.

Маг уже давно не жил, а так, существовал. Назвать это жизнью было нельзя: ужасающая бедность, уходящая магия, презрение окружающих, накатывающее все сильнее безумие, с редкими проблесками ясности сознания, невозможность продолжить род.

В глубине души он больше всего сожалел именно о последнем, ведь если бы были деньги, то он смог бы усыновить кровно какого-нибудь сироту, раз нет возможности произвести на свет отпрыска естественным путем, так сказать, но, увы... об этом и мечтать не приходится. Судя по всему, они - последние, и исправить это невозможно. Совершенно.

Даже магия Рода от них отказалась, утекая, словно вода сквозь пальцы.

Алкоголь помогал хоть как-то притушить отчаяние и апатию, не давая окончательно сойти с ума, хотя мужчина уже давно сомневался, что находится в здравом уме. Неожиданно чувства взвыли, его словно кипятком ошпарили: в дом вошел кто-то могучий и невероятно могущественный, кто-то, не потрудившийся хоть как-то скрыть свое присутствие от обитателей.

Морфин вскочил, опрокидывая колченогое кресло, из кухни послышался дикий грохот и звуки падения, после чего в комнатку ввалился всклокоченный Марволо. Маги застыли в ужасе.

Перед ними, смотря на магов, как на червей, копошащихся в навозе, стоял невероятно прекрасный юный демон.

– Господа Мраксы?
– незваный гость расплылся в широкой улыбке, показавшей частокол клыков.
– Поговорим?

***

– Признать это мерзкое отродье?! Да мои предки в гробах перевернутся! Никогда!

Прижавшийся к стене и мечтающий слиться с ней или, хотя бы, просочиться сквозь нее наружу, Морфин в ужасе смотрел на отца, гневно потрясающего вздетыми вверх руками перед сложившим на обнаженной груди руки демоном.