Чтение онлайн

Каждый банкет в зале ресторана проходил по стандартному алгоритму:

Если заказан банкет в формате а-ля-карт, то дела плохи. Каждому нужно отдельно приносить порцию: курс за курсом. Первый курс – салаты. Это дело подготавливалось заранее:

– Артур! Шесть порций хлеба на один стол, на другой стол – столько же.

Я разносил по шесть порций хлеба на один стол, а затем и на другой. Морсы, салаты, приборы – сервировка должна быть идеальной. Время от времени Денис или супервайзер проверяли сервировку за мной. Ставили два пальца, и, если ложка лежала дальше или ближе положенного, мне приходилось заниматься сервировкой заново.

Во время банкета выносили остальные курсы: сначала супы, потом горячее. Ну и чай – в конце. В процессе необходимо следить, чтоб грязная посуда не копилась на столах, уточнять у гостей, понравилось ли им блюдо. Самое главное – не дать стаканам опустеть. Золотое правило официанта.

Надеюсь ты не официант, дружище, а если официант, то сочувствую.

Если заказан банкет в формате шведского стола, то все становилось проще, но момент подготовки становился хитрее. Супервайзер рассчитывал оптимальную дистанцию от одного блюда к другому, а мне нужно было следовать инструкции безукоризненно четко. Ну и, конечно, не забывать пополнять стаканы гостей и уносить грязную посуду с их столов.

Ужины в формате шведки мне нравились больше. Но мне все так же не нравилось натягивать фартук. Чертов фартук!

24

Алина говорила мне:

– Удели мне внимание.

Я отвечал:

– Я работаю.

А имел в виду: боже я вообще не контролирую ситуацию, что у меня происходит, что это за санитарная книжка; почему у меня тринадцать процентов забирают с зарплаты, а что значит уральский коэффицент? Вы совсем тут с ума сошли все что ли, тут есть взрослые люди, кто-нибудь? Разгребите это дерьмо, о нет, мне самому это все разгребать…

Она говорила мне:

– Ну можно же сделать что-то с этим.

Я отвечал:

– Да, наверное, можно.

А имел в виду: только я не знаю что, поэтому весь груз ответственности за наши отношения перекидываю на тебя, потому что я не вывожу, но до сих пор не могу себе и тебе в этом признаться.

Она говорила мне:

– Это все так долго не продержится.

Я отвечал:

– Я знаю.

А имел в виду: проблемой меньше, боже, я вообще не выруливаю как себя вести в серьезных отношения.

На деле спокойных разговоров не было. Мы не стеснялись в выражениях. Время от времени меня приводило в ужас то, как мы можем быть грубы друг с другом. Особенно тяжело ссоры давались, когда я был на работе: отличный официант – одной рукой катит тележку со жратвой, а другой яростно настукивает на телефоне поэму на тему "в каких пунктах не права его девушка и почему".

Обычно рвали со мной, а не я с кем-то. Но вот когда довелось мне, стало ясно, что бросать кого-то – это еще сложнее. Уважаю всех девушек, что ушли от меня: вы сильные!

После затяжной ссоры, она длилась примерно вечность – почти три дня, я лег рядом с ней, обнял; зарылся в ее волосы. Стало точно и предельно ясно: будет плохо, но пришло время закрывать любовную линию в этом сюжете.

Утром мы немного потолкались, поцеловались по привычке через сон. Об этом я узнал, когда мы уже пили кофе, примерно в середине разговора:

– Бросить? После таких утренних поцелуев?

Человек комплекс привычек, этой же идеей я поделился с ней.

Она сказала, что засунул бы я себе эту ни разу никем не оглашенную идею в задницу. Подошла ко мне и крепко обняла. Я чуть не всплакнул – момент первый. Их будет еще два.

– А помнишь, как тут тогда? – сказала мне Алина в лифте.

– О да. Ты была хороша.

Обнимались до первого этажа. Чуть не заплакал – момент второй. Какой же тяжелый зимний день Мы шли в сторону остановки, крепились и строили серьезные лица. Подошли к арке, вокруг – серые девятиэтажки и отделение полиции. Я закурил, а Алина крепко обняла меня. Она резко сделала шаг назад, я – отшатнулся. Алина начала плакать, а через секунду убежала. Я долго не мог сдвинуться с одной точки. Тянул сигарету и не понимал, как себя вести.

И это был третий момент.

25

Чем был ближе Новый Год, тем сложнее становилось на работе.

– Сегодняшний вечер – подготовка к Новогодней ночи. Ваша задача – просто делать работу так, как вы делаете ее каждый день. А делаете вы как надо! Почти всегда.

Денис был хорош, когда общался с персоналом. Мы окружили и слушали его.

– Нам нужно потерпеть сегодня, и вытерпеть еще немного. А потом, когда Новогодняя ночь пройдет, нужно потерпеть еще. Такова наша работа, вот что значит работать в отеле!

Воодушевляюще.

– Артур, зайдешь ко мне?

Снова.

Закрыл дверь в его кабинет, начал поправлять фартук. Он вечно то мялся, то забивался в складки брюк.

– Присаживайся, – Денис уже сидел за своим столом и показал мне на привычный стульчик напротив.

Я сел.

– Такое дело, Артур. Ты нам нужен в новогоднюю ночь…

– Я в деле, – перебил его я.

– Так просто? Мне даже не придется тебя уговаривать?

– Нет. Я в деле. Сам хотел предложить.

– Ну хорошо. Новогодняя ночь оплачивается в двойном размере.

– Да, я в курсе, поэтому хотел попросить поставить меня в смену.

Капелька пота наращивала свои объемы. Она начала свой путь у меня на лбу и умерла между рубашкой и моей кожой. Голубая рубашка потемнела в этом месте. Лоб покрылся испариной и прыщами.

– Ну у меня к тебе, Артур, еще одна просьба, – Денис подался вперед, оперся о локти и сморщил лоб так, будто я его чем-то жутко расстроил.

– Да?

– Первого утром тоже придется выйти на смену.

Я сказал, что ничего страшного. Мне хотелось показать себя с лучшей стороны – это точно. Первый месяц в ресторане не то что бы задался. А еще успел разругаться в ноль с супервайзером Ритой.