Чтение онлайн

Единственное, что Феникс хотела прояснить, – это как ей отсюда сбежать, и немедленно.

– Я использую эту возможность, чтобы тебя испытать. Здесь все не так, как везде в Пиковом Клубе. Те, кто сюда приходит, принадлежат к самым сказочно богатым в мире людям. Все наши клиенты рассчитывают получить – и получают – полную конфиденциальность. Эти клиенты могут рассчитывать на большее. Они должны быть уверены, что те, к кому они благосклонны, понимают, насколько серьезными могут быть последствия любого упоминания их имени в связи с таким специфическим образом времяпрепровождения.

Где же Роман?

– Ты понимаешь? Или я тебя запутала?

– Я понимаю.

– И тебе это интересно?

– Я не совсем понимаю, о чем вы спрашиваете, – откровенно призналась Феникс.

– Очень хорошо. – Ванесса прислонилась к массажному столу. – Если ты сейчас уйдешь, ты ни о чем не сможешь сообщить. При нашем разговоре нет свидетелей, поэтому ты не сможешь обвинить меня в том, что я подтолкнула тебя к каким-то неуместным или даже незаконным действиям.

У Феникс опять засосало под ложечкой и подвело живот.

– А если я решу остаться?

– Тогда ты поступишь мудро. Тем самым ты заключишь договор на работу по вызову с целью осчастливить немногих избранных. За это тебя ждет компенсация, превышающая все твои ожидания. Но если ты когда-нибудь попытаешься заговорить о том, что здесь происходит – хотя бы с другими сотрудниками, – ты больше не будешь у нас работать.

– Меня уволят.

– Можно и так сказать. – Тонкие губы Ванессы раздвинулись, обнажив острые зубки. – Для тебя нет подходящей альтернативы, чтобы… э-э… доказать нам свою полную лояльность, если ты согласишься принять ту честь, что мы тебе оказываем.

Эйприл тоже оказали эту честь. При мысли об этом Феникс стоило большого труда не вздрогнуть. Интуиция подсказывала Феникс, что Эйприл тоже когда-то ввели в эту комнату и сделали предложение, от которого она не могла – или не хотела – отказаться. Наверное, так и случилось: Эйприл была вовлечена в развлечения элиты и оторвана от прежней жизни.

– Я очень польщена.

– Так и должно быть, но думаю, мы будем тобой довольны.

– Но если я сейчас захочу уйти, смогу я это сделать? Графиня опустила веки и сказала:

– Даю тебе слово. Мы просто больше не вспомним об этом разговоре.

– Мне можно подумать?

– Нет.

Феникс отвернула лицо:

– Очень хорошо. Я согласна. – Где Роман? А она-то приняла его за героя. Он, оказывается, просто волк в овечьей шкуре, но в минуту опасности ей все-таки хотелось, чтобы он был рядом.

Феникс вздрогнула, когда пальцы графини коснулись ее плеча. Та произнесла:

– Ты не пожалеешь о своем решении.

Ее охватила паника.

– То, о чем мы договорились, остается в силе? Меня будут только вызывать сюда? Я не хочу вмешиваться в… мне нравится моя квартира и мои друзья в городе.

– Все остается в силе. – Графиня фыркнула. – Не пойму, что ты нашла в этих людях, но это, конечно, твое дело. Располагайся.

Графиня фон Лейден ушла.

Феникс боролась с желанием убежать. Стены с висящими на них картинами в тяжелых рамах были слишком близко. Еще одна комната без окон. Феникс всегда избегала замкнутого пространства. Ей даже в лифте было не по себе. А из переполненного магазина она рвалась на улицу, на свежий воздух.

Из запрятанных куда-то динамиков доносилось пение хора. Божественно высокие голоса казались настолько неестественными, что, словно пилой, резали ей по нервам.

Неужели Роман ее раскусил?

После того как он ушел прошлой ночью, она тщательно проанализировала каждое сказанное ими слово и пришла к выводу, что не сказала ничего, что могло связать ее с Эйприл. Или, может, что-то все-таки было?

– Феникс, – графиня стояла на пороге, – я привела своего очень близкого друга, который хочет с тобой познакомиться.

Перед Феникс стоял мужчина в измятом шелковом костюме, складки на котором соответствовали складкам его грузного, пухлого тела. Тяжело опершись о дверной косяк, он стоял широко раскрыв глаза, как будто пытался ее получше разглядеть.

Пьяный. У Феникс застучало в висках. Или накачался наркотиками.

Он вошел в комнату, и дверь быстро закрылась за ним, оставив графиню снаружи.

– Феникс? – Он с трудом произнес ее имя, причмокивая надутыми губами. – Ванесса… она говорила мне о тебе. – Он несколько раз ткнул в ее направлении указательным пальцем.

Его костюм и рубашка были того же оттенка, что и его кожа, – цвета непропеченного теста, вдруг пришло ей на ум. На покрытый капельками пота лоб падали неопрятные космы прямых выцветших волос.

– Ну как, узнаешь меня, малышка?

Если она скажет, что нет, то может обидеть его. Феникс улыбнулась и, улыбаясь, прикинула, что совсем нетрудно будет вытащить его на середину комнаты и убежать.

– Я так и думал. Меня все знают. Преподобный Честер Дюпре собственной персоной. Как тебе это нравится, малышка?

– Это честь для меня. – Массажный стол. Удастся ей взгромоздить его на стол – если по дороге ничего не случится, – тогда у нее будет время выбраться отсюда.

– Ты покаялась, малышка?

Феникс недоуменно сощурилась.

Он поднял вверх одну руку:

– Не забивай этим свою хорошенькую головку. Я отпускаю тебе грехи. Я так сказал, и так тому и быть. Преподобный Честер Дюпре говорит, что ты получила отпущение грехов. Не согрешишь – не покаешься. Теперь можешь опять немного погрешить.

Феникс почувствовала, как к горлу подступает тошнота. Он, спотыкаясь, направился к ней, по дороге снимая уже ослабленный галстук.

– Я сейчас такое видел – ты не поверишь. – Он потряс головой. – У-фф. Горячая девчонка. Горячая. Нам с тобой будет так же горячо.