Чтение онлайн

Наступило молчание.

— Это безумие, — сказал Ларри и запнулся. Все смотрели на него. Внезапно темнота показалась еще более темной, а Люси снова стала выглядеть испуганной.

Ларри заставил себя продолжить.

— Люси, тебе никогда не снились сны о… ну, об одном месте в Небраске?

— Как-то раз мне приснился сон о старой негритянке, — сказала Люси, — но он был коротким. Она сказала мне что-то вроде того, чтобы я приходила повидать ее. А потом я снова оказалась в Энфилде, и… этот жуткий парень гнался за мной. Потом я проснулась.

Ларри посмотрел на нее таким долгим взглядом, что она покраснела и опустила глаза.

Он посмотрел на Джо.

— Джо, тебе когда-нибудь снился сон о… ну, кукурузе? О старой женщине? О гитаре?

Джо ничего не ответил и только посмотрел на него.

— Оставь его в покое, ты только сильнее его расстроишь, — сказала Надин.

Ларри поразмыслил.

— Дом, Джо? Маленький дом с крыльцом на домкратах?

Ему показалось, что в глазах у Джо он заметил блеск.

— Прекрати, Ларри! — сказала Надин.

— Качели, Джо? Качели из шины?

Джо неожиданно рванулся из объятий Надин. Он вынул большой палец изо рта. Надин попыталась удержать его, но он вырвался.

— Качели! — возбужденно сказал Джо. — Качели! Качели! — Он отбежал от них в сторону и показал сначала на Надин, а потом на Ларри. — Она! Ты! Много!

— Много? — переспросил Ларри, но Джо уже успокоился.

У Люси Сванн был удивленный вид.

— Качели, — сказала она. — Я тоже их помню. — Она посмотрела на Ларри. — Почему у нас одни и те же сны? Кто-то облучает нас волнами?

— Я не знаю. Он посмотрел на Надин. — Ты тоже все это видела?

— Мне не снятся сны, — ответила она резко и тут же опустила глаза. Он подумал: — Ты лжешь. Но почему?

— Надин, если ты… — начал он.

— Я же сказала тебе, что мне не снятся сны! — закричала она пронзительным, истерическим голосом. — Почему ты не можешь оставить меня в покое? Зачем ты изводишь меня?

Она встала и отошла от костра.

Люси неуверенно посмотрела ей вслед, а потом тоже поднялась на ноги.

— Я пойду к ней.

— Хорошо. Джо, останешься со мной, о'кей?

— Кей, — сказал Джо и начал расстегивать футляр с гитарой.

Люси вернулась с Надин через десять минут. Обе они были заплаканы, но Ларри заметил, что теперь между ними установились хорошие отношения.

— Извините меня, — сказала Надин Ларри.

— Ничего страшного.

Больше эта тема не поднималась. Они сидели и слушали, как Джо исполняет свой репертуар. Он делал большие успехи, и теперь наряду с мычанием и похрюкиванием изо рта у него вылетали отдельные слова.

Наконец они улеглись спать: Ларри с одного конца, Надин с другого, а Джо и Люси посредине.

Сначала Ларри приснился сон о черном человеке на возвышении, а потом о старой негритянке на крыльце. Но в этом сне он знал, что черный человек идет за ним по кукурузному полю с прилипшей к его лицу ужасной усмешкой.

Ларри проснулся среди ночи, задыхаясь от ужаса. Остальные спали, как убитые. Черный человек шел за ним не с пустыми руками. С собой он нес полуразложившееся и распухшее тело Риты Блэкмор. Он почувствовал непреодолимое желание броситься к его ногам, выкрикнуть свою вину и смиренно признать, что никакой он не симпатичный парень, что он неудачник, что он создан для того, чтобы брать.

Наконец он снова заснул. Других снов в эту ночь ему видеть не пришлось.

— О Господи, — опустошенно сказала Надин. Ларри посмотрел на нее и увидел в ее глазах такое глубокое разочарование, при котором не помогают даже слезы. Лицо ее побледнело, а прекрасные глаза затуманились и стали смотреть в одну точку.

Было четверть восьмого утра девятнадцатого июля, и тени их были еще очень длинными. Они ехали целый день и лишь несколько раз останавливались для короткого пятиминутного отдыха. На ленч в Рэндольфе у них ушло всего полчаса. Никто из них не жаловался, хотя после шести часов непрерывной езды на мопеде тело Ларри онемело, и он чувствовал себя так, словно в него вонзили множество иголок.

Теперь они стояли рядком перед металлическим забором. Внизу под ними расстилался город Стовингтон, вид которого не слишком изменился с тех пор, как Стью Редман смотрел на него в последние два дня своего заточения. За забором и лужайкой, которая когда-то выглядела аккуратно, а теперь заросла и была усыпана листьями и ветками, занесенными сюда ветром во время послеполуденных гроз, стояло само здание высотой в три этажа. Ларри предположил, что большая часть его скрыта под землей.

Место было пустынным и тихим.

В центре лужайки была надпись:

СТОВИНГТОНСКИЙ ЦЕНТР ПО ИЗУЧЕНИЮ ЧУМЫ ЭТО ПРАВИТЕЛЬСТВЕННОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ!

ПОСЕТИТЕЛИ ДОЛЖНЫ ОТМЕТИТЬСЯ НА ГЛАВНОЙ ПРОХОДНОЙ

Внизу была еще одна надпись, и на нее-то они и смотрели:

ПО ШОССЕ N7 ДО РУТЛАНДА ПО ШОССЕ N4 ДО ШУЙЛЕРВИЛЛЯ ПО ШОССЕ N29 ДО I-87 ПО I-87 НА ЮГ ДО I-90 ПО I-90 НА ЗАПАД ЗДЕСЬ ВСЕ МЕРТВЫ МЫ ЕДЕМ НА ЗАПАД В НЕБРАСКУ СЛЕДУЙТЕ ЗА НАМИ СЛЕДИТЕ ЗА НАДПИСЯМИ ГАРОЛЬД ЭМЕРИ ЛАУДЕР ФРЭНСИС ГОЛДСМИТ СТЮАРТ РЕДМАН ГЛЕНДОН ПЕКВОД БЭЙТМЕН 8 ИЮЛЯ 1990 ГОДА

— Гарольд, дружище, — пробормотал Ларри. — Мне не терпится пожать тебе руку и купить тебе пива… или шоколадной карамели.

— Ларри! — вскрикнула Люси.

Надин потеряла сознание.

Без двадцати одиннадцать двадцатого июля она вышла на веранду, неся с собой кофе и тосты. Стояла середина лета, самого прекрасного лета, которое Матушка Абагейл могла припомнить с 1955 года, когда ее мать умерла в возрасте девяноста трех лет. Жаль, что нет больше людей, чтобы наслаждаться им, — подумала она, осторожно усаживаясь в качалку без подлокотников. Но наслаждались ли они когда-нибудь летом? Некоторые, конечно, да: молодые влюбленные и старики, чьи кости помнили смертельные объятия зимы. Но теперь почти все они умерли. Бог послал на людей тяжелую кару.