Чтение онлайн

Почему эти слова, что всегда казались ему простыми и ничего незначащими, так и

не достигли ушей Лены. Почему он так и не смог ей их сказать? Ведь столько раз

говорил другим, что и не вспомнить, как и всех кому говорил.

А самой нужной, самой важной в его жизни — не сказал…

Исторический факт

Реальные факты, свидетельства очевидцев.

Операция была проведена силами белорусской "службы порядка" под руководством

Тараса Бульба — Боровца вокруг Мозыря.

Народное национальное партизанское движение, организованное сотрудником Абвера

Владимиром Шавель.

Только в июле 42 партизанами было проведено 460 диверсий, крушение 222 поездов,

700 платформ, вагонов. С ноября 42 по март 43 было выведено из строя более 200

километров ж.д. полотна. Совершено

2, 5 тысячи диверсий.

Добровольцы из числа военнопленных. Работали сначала конюхами, поварами,

санитарами, затем их переводили в жандармерию, формировали из них войска порядка.

С осени 41 от битвы под Москвой до осени 42 — битве под Сталинградом, был крайне

сложный и неустойчивый период, не перелома, а неясности, кто же кого победит.

В 42 году фронт катался как мячик в среднем на 250 километров туда- сюда.

Некоторые города и населенные пункты были взяты раз на пять то немецкими, то

советскими войсками.

Все это напоминало армрестлинг меж Гитлером и Сталиным, у которых на тот момент

оказалось почти равное соотношение сил. Потери 41 года в военно- техническом и

людском плане для СССР были колоссальны. У Сталина были силы за счет оттока

рабочей силы с Запада и переброски ее на Восток, за счет титанического, на

уровне героического труда в тылу на заводах и полях. Там работали даже дети, не

отходили от станков сутками. В это время у Гитлера за счет удачной летней

компании оказалось в руках много техники, боеприпасов, заводов, людских и

продовольственных ресурсов в оккупированных территориях. Многие заводы и

стратегические пункты оказались в руках Гитлера из-за того, что не успели

эвакуироваться. И в этой схватке в 42 году очень серьезную роль сыграло подполье,

партизанское движение в тылу Гитлера, и мобилизация всех сил в тылу Сталина.

Гитлеровцы изначально шли с целью образования колоний на территории СССР, шли с

уверенностью, что они высшая раса, все остальные недочеловеки. Если бы при

оккупации Западных частей Украины и Белоруссии, как ожидало враждебно

настроенное к большевикам население, только присоединенных республик, они

проявляли лояльность, то партизанское движение не стало бы столь мощной и

разрушающей изнутри врага силой. Однако своими зверствами с первых дней

оккупации, немцы сами спровоцировали даже мирных жителей к войне с ними,

стремительно изменив отношение к себе, и тем ослабили сами себя, дав движение

саботажу, крушению поездов с техникой и частями армий, срыву операций. Если бы

вся техника что была уничтожена на территории партизанской республики, все

солдаты погибшие от диверсий дошли в 42 до фронта, то не факт, что война бы не

затянулась не на четыре года, а на много больше лет. Тылы Гитлера подрывали силы

фашизма изнутри, тылы Сталина сплачивались и мобилизировались, укрепляя борьбу

против врага. Гитлер вынужден был увеличивать количество войск на оккупированных

территорий для поддержания порядка, борьбы с партизанами, растрачивая людской

ресурс, Сталин черпал живые ресурсы, минимум сил тратя на порядок в тылах. Из

стратегических эшелонов до фронта советских войск доходили фактически все, из

стратегических эшелонов со стороны немецких войск лишь 50 %. Партизаны мало

работали в координации в действиями фронтов, они фактически заставили образовать

в тылу врага еще один фронт. Потери которые они нанесли гитлеровцам были очень

значительны и сыграли значительную роль в перевесе сил в войне на сторону

советского народа.

Глава 26

— Ура!!! — пронеслось громогласное. За спинами пехоты дали залп артиллеристы и, понеслось. На подступах к городу немцев просто смели, а на улицах забуксовали.

Засевшие на верхних этажах автоматчики и минометчики, простреливали все пространство улиц и прижали батальон. Николай выглянул из укрытий, пытаясь сообразить, как гадов выкурить, и тут же отпрянул — посекло. Стер кровь над бровью, на Синицина посмотрел:

— Дельные мысли есть, лейтенант?

— Подъем!! Ура!! За Родину!! — пронеслось на улице.

— Никак майора несет! — крикнул из-за развалившейся стены здания солдат. Санин ползком к нему. Выглянул — Харченко под пули полезть решил. «Несло» того, в точку рядовой заметил — пригибаясь бежал, размахивая пистолетом и пытаясь поднять бойцов, а немец лупил с крыш и разбитых окон чудом не задевая майора.

— Куда?!… - выругался Санин. — Ложись!! — заорал.

Поздно — сняли. Харченко растянулся на камнях, но убит или ранен, не понять. По развалинам, в которых Николай с бойцами залег, шквальным огнем прошлись, только осколки кирпича в разные стороны полетели.

Санин зверея, камешки да пыль с каски стряхнул ладонью, приглядываясь к верхним этажам в доме напротив и бросил:

— Трое бойцов — слева! Ты, ты, ты, — ткнул в первых же попавшихся, развернувшись к спрятавшимся, вытянулся во весь рост за укрытием стены.