Прототип
Шрифт:
– Кто он? И откуда ты его знаешь?
– Первый инфицированный мнемовирусом! Нам показывали его снимки!
– Подожди… – Максим вскинул бинокль. – Что, тот самый архитектор, как его там, Рауль Ганиев?!
– Без сомнений! Ты знаешь эту историю?
– Еще бы. Мой тактический координатор пытался его взять. Случай-то хрестоматийный!
– Вот, значит, куда он исчез! Слушай, Макс, может, зря ты туда вообще сунулся? Посмотри, они все, как неживые. И место это жуть нагоняет. Не станут они с тобой разговаривать! Давай лучше стороной обойдем поселок, а?
– Не торопись. Посмотрим, чем все закончится.
Кейтлин неохотно согласилась, хотя не понимала, зачем Макс так рискует? Неужели по лицам непонятно, они все больны, давно и безнадежно!..
Ее душа сжималась в ледяной комок. Сохранять самообладание становилось все труднее. Молчаливая толпа неуловимо воздействовала на нервы, казалось, от людей исходит волна стоического ожидания какого-то непременного события…
Земля на краю воронки вдруг шевельнулась, вспухла небольшим бугорком, затем стала осыпаться в открывшуюся подземную полость, стремительно принимая вид прямоугольного провала, по краям которого отчетливо виднелись толстые, желтовато-коричневые корни растущих неподалеку деревьев. Некоторые из них переплетались между собой, образуя своего рода сетку, перекрывающую выход.
Из темноты подземелья внезапно ударил свет. Корни вспыхнули, те, что потоньше, мгновенно рассыпались в пепел, другие, толщиной с человеческую руку, некоторое время сопротивлялись воздействию, медленно обугливаясь, пока вдруг не порвались.
Из прямоугольного лаза появился сферический аппарат. Он вынырнул из-под земли, воспарил в воздух, описал круг на высоте полутора метров, затем остановился, слегка покачиваясь.
Вслед за ним появились еще два.
– Рагды… – хрипло выдохнул Максим.
Кейтлин запаниковала.
– Уходи оттуда!
– Тише. Не кричи!
– Макс, уходи, прошу! Эти твари сбили вертолет, сожгли его дотла!
– Не думаю, что нас обнаружили, – Шустов упрямился, он считал, что появление загадочных устройств связано с повреждениями Святилища.
Кейтлин поймала в прицел один из рагдов. Ее палец лег на бугорок сенсорной гашетки.
Она не понимала, что тем самым подписала себе смертный приговор. Направленное излучение дальномера чиркнуло по броне измазанного в земле устройства, мгновенно выдав ее позицию. Рагд крутанулся вокруг оси, два лазерных излучателя, расположенные по бокам, там, где сферический корпус был немного приплюснут, ударили короткими очередями, в коммуникаторе раздался болезный вскрик.
– Кейтлин?!
Тишина. Лишь далеко на опушке леса вдруг, словно факел, вспыхнула крона одиноко стоящего дерева.
Рассудок Максима помутился. Он мгновенно понял, что произошло, на долю секунд оцепенел, затем горе и ярость выплеснулись в действии: сухо и часто ударили пистолетные выстрелы, но пули лишь выбивали искры, уходя в рикошет от бронированного сферического корпуса…
Резкая боль полоснула по груди, он по инерции выстрелил еще несколько раз, но теперь не прицельно, мешковато оседая на землю, уже не осознавая ничего вокруг. Его рассудок погрузился в багряные сумерки. Шустов не воспринимал запаха обуглившейся плоти, тлеющей одежды, он упал, пару раз конвульсивно дернулся и затих.
Никто не обратил внимания на инцидент.
Три рагда принялись кружить над поваленным мегалитом, и тот вдруг начал медленно приподниматься под воздействием невидимой силы, очевидно той же самой, которая удерживала сферические аппараты в воздухе, позволяя им парить над землей.
– Нехорошо получилось, – призрачная фигура старика соткалась из воздуха, склонилась над бессознательным телом Максима.
– Девчонка во всем виновата! – рядом с ним очертился контур женской фигуры.
– Им опыта не хватает и знаний, – раздраженно ответил старик.
– Степан Егорыч, ты ведь его предупреждал, – раздался третий голос.
– Ванек, помолчи! Лучше подумаем, как быть?
– Макса жаль, – вздохнув, ответила Стелси. – Не справится он, хоть и выживет, – она оценила ранение и не нашла его смертельным.
– Думаешь, не пойдет он дальше? – старик прищурился, глядя на Шустова.
– Помыкается по окрестностям, потом, если выживет, осядет где-нибудь, как эти, – Иван презрительно взглянул в сторону толпы, ожидающей, пока рагды поднимут мегалит. – Или неприкаянные его одолеют, что скорее всего.
– Не думаю, – старик не отводил от Максима пристального взгляда. – Непонятна мне его нейроматрица, – повторил он. – Впервые с таким сталкиваюсь. Вот помяните мое слово, очнется и дальше двинет. К черному лесу. Я по глазам понял, еще тогда, при первой встрече. Есть у него и воля, и цель. Только Максим сам не осознает их.
– Любопытно. Но нам-то что? – спросил Иван.
– Я разобраться хочу, – ответил старик.
– И что ты сделаешь, Степан Егорыч? За ним пойдешь? Сам ведь знаешь, нам через черный лес хода нет. Сгинешь только.
– Проследить надо за Максимом, – упрямо ответил старик. – Неприкаянные на хуторе от него шарахнулись, словно обожглись.
– Ну, скажи, как ты за ним проследишь?! – злился Иван. – Если он и правда в черный лес пойдет, никто из нас даже близко к нему не подступится.
– Есть один вариант, – старик обернулся. – Стелси, что там с девчонкой?
– Умирает.
– Ей придется помочь.
– Я не хочу, – Стелси поджала губы. – Не хочу!
– Не капризничай. В кои-то веки шанс появился? Залечишь ее раны, пройдешь через лес, Максиму поможешь да и свою проблему решишь! Потом уйдешь.
– Ага, а она, здоровенькая, с Максимом останется?!
Старик усмехнулся.
– Так вот в чем дело? – он с долей иронии взглянул на нее. – Чувства шевельнулись? Былое вспомнилось?
Стелси лишь поджала губы.
– Пока вы тут спорите, она умрет! – вмешался Иван.
– Я ведь приказать могу! – старик неодобрительно покачал головой. – Неужели ты не понимаешь – это твой шанс!
– Понимаю, – Стелси тяжело вздохнула. – Попробую. Надеюсь, оно того стоит, – ее силуэт растаял в воздухе.