Чтение онлайн

— И правильно. Тебе незачем, — одобрил Алуст, прервав веселье. — Идём!

Мы зашли в лифт. Цифры на его стенке отличались от тех, что я видела раньше. Там вполне привычно шла нумерация до одиннадцати. Здесь же за нулём следовали отрицательные числа: минус один, минус два… и так до отрицательной шестёрки, на которую и нажал мой проводник.

Ощущение было, что мы двигаемся вверх, хотя я прекрасно помнила, что на самом деле платформа удаляется от центра академии вниз. Вид у меня был настолько озадаченный, что Алуст снова улыбнулся. Я нахмурилась:

— Не вижу причин потешаться.

— Не переживай, — хмыкнул парень, — ядро находится на нулевом этаже. Это центр, к которому всё притягивается. Думал, ты знаешь.

Кивнула, мол, знала, но забыла. Пришлось смириться с очевидным: подводила меня память Милаины.

Выяснив, что Милаина действовала самостоятельно, не советуясь ни с Алустом, ни с кем-то другим, я остро осознала необходимость сосредоточиться и как следует проанализировать всё, что сумею выудить из воспоминаний тела. Для этого неплохо бы остаться одной в непримечательном месте. Новые впечатления здорово мешали. В ближайшие полчаса такая возможность не светила. Это стало понятно, как только мы покинули лифтовый холл.

Арка вывела нас в занятное место. Я даже не сразу заметила, что высокое небо выглядит не совсем естественно. Прищурившись, сумела различить за непрозрачной синью всё ту же туманность. Высоченный полупрозрачный купол защищал дендропарк или заповедник, или ещё что, сразу определить не удалось, от клубящихся облаков. Солнца — или другую звезду — я не нашла, сколько не вертела головой. При этом было тепло, даже жарко, и светло. Как и в прочих помещениях академии никаких источников света я не увидела. Почему, несмотря на это, не встречалось тёмных и холодных углов, совершенно не понятно. Я задвинула исследовательский зуд подальше, иначе год отсюда не выберусь.

Совсем абстрагироваться от картинки пока не получалось, я вертелась, пытаясь смотреть во все стороны. Нас окружало что-то типа Африканской саванны. Вдали вышагивали жирафы, чуть ближе грудами серо-коричневых глыб лежали бегемоты.

— Нравится? — поинтересовался спутник, не глядя на меня.

Ответить я не смогла, поражённая масштабом. Только головой кивнула. Алуст как-то уловил моё движение и пояснил всё таким же прохладным тоном:

— Этот раздел посвящён флоре и фауне миров, схожих с нашим. Ты, насколько мне известно, интересовалась Землёй, экспонаты как раз оттуда.

— Экспонаты? — удивилась я. — они не живые?

Выглядело всё уж очень натурально.

Пришла очередь удивляться моему экскурсоводу, он обернулся:

— Почему ты так решила? Разумеется, их предков доставили сюда живыми, а за потомством присматривают, создавая подходящие условия.

— А-а-а… И давно? Давно доставили?

— Достаточно, — Алуст насупился. — Странно, что ты заинтересовалась именно Землёй. Этот мир изучен вдоль и поперёк. Туда уж лет сорок никто не путешествует.

Я в отличие от Алуста могла объяснить интерес девчонки. Планируя сбежать, она выбрала мир, подходящий по условиям, и к тому же не посещаемый сталкерами — меньше вероятность запалиться. Неплохо бы ещё понять, собирается ли «малявка» возвращаться в академию. В противном случае мне придётся действовать самой. Как открыть портал? Как проводить обмен телами? Я не имела ни малейшего представления об этом. Не то чтобы меня пугали задачи, не сомневалась, что справлюсь, однако оставлять иномирянку в моём теле надолго не хотелось. Да она там таких дел наворотит, что я год буду расхлёбывать! Воображение подбрасывало пугающие перспективы: увольнение, штрафы по кредитам, конфликты с соседями… Да мало ли что!

— Ты слушаешь? — Алуст легонько толкнул меня локтем, заставив очнуться.

— А?

Мы успели миновать первый раздел. Тропа нырнула под сень высоченных пальм, стволы которых опутывали лианы. По одной из них стремительно спустилась мартышка, спрыгнула на плечо моему спутнику и, вцепившись ему в шевелюру, принялась прыгать и визжать. Алуст на удивление не рассердился, взял обезьянку, прижал одной рукой к груди, другой полез в карман.

— Мисс что-нибудь-схватить-и-удрать, — засмеялся он, вручая проказнице покрытый шершавой кожицей круглый фрукт. — Вот, получи! И, пожалуйста, не мешай нам беседовать.

Мартышка с победным визгом умчалась наверх и скрылась в густой кроне. В моей голове теснилась сотня вопросов, но задать я не успела ни одного, Алуст снова заговорил:

— Так что же всё-таки случилось?

— В смысле?

— Видишь ли, соглашаясь помочь тебе, я и мысли не допускал, что достойно пройдя все сложные испытания, ты завалишь элементарное.

— Не понимаю, о чём ты, — совершенно искренне удивилась я. В памяти Милаины не осталось и следа от неудачи на экзаменах.

— О магистре, — хмуро пояснил Алуст.

— Погоди-ка! — я остановилась и развернулась к нему лицом. — Хочешь сказать, распределение комнат в общежитии было испытанием?

— Разумеется. Важно определить, насколько будущая студентка покладиста. Никому не нужна строптивая напарница.

Я не удержалась, встала в позу, уперев руки в бока:

— По-вашему, я должна была терпеть грязные приставания этого ублюдка?

— Тс-с-с! — парень довольно жёстко схватил меня за локти, стиснул и отпустил не сразу: — Никогда не произноси это слово в академии! Особенно в связке с Олеандром.

— Даже так… — я высвободилась и отступила на шаг. — Надеюсь, переэкзаменовки не намечается?

Алуст усмехнулся и покачал головой:

— Придётся принести извинения.

— Что?! Я должна извиняться за то, что не позволила озабоченному мужику себя тискать?

Взяв меня под локоть, парень двинулся дальше по тропе, потирая другой рукой лоб. Будто сосредоточиться пытался. Я шла, всё ещё возмущённо пыхтя.

— Милаина, пойми. Десятый этаж — это не столько неудобства, сколько отсутствие перспектив. Кто возьмёт тебя в пару? Какой-нибудь раздолбай. Достойные сталкеры выбирают жён в других местах. Пятый, шестой… в крайнем случае седьмой этаж. Нельзя одним капризом перечёркивать и карьеру, и жизнь.