Чтение онлайн

Он протянул ей руку, оказавшуюся неприятно влажной. Да и пожатие было слабым.

– И что же напортачил ваш друг?

– Перепутал адреса и отвез письма не тому, кому надо. Но работа ему нужна. Потому что жена вот-вот родит, если Эдди уволят за небрежность, он потеряет страховку. Ему только девятнадцать, – добавил рассыльный, – и я чувствую себя виноватым, потому что самолично натаскивал его. Поэтому и трачу выходной на то, чтобы все исправить, пока босс не узнал.

– Очень любезно с вашей стороны. Но чем я могу помочь?

– Видите ли, в понедельник Эдди взял пакет из одной юридической фирмы в Новом Орлеане. Ему следовало бы заполнить ярлычок и приклеить на пакет прямо там, у стола секретарши, но вместо этого он отнес его в фургон компании. Случилось так, что он взял еще одно письмо, из «Белзер Лэбз», и тоже не заполнил ярлычок с адресом. Собирался сделать это спокойно, в прохладном фургоне с кондиционером, но наклеил ярлычки не на те конверты. Я узнал об этом случайно, когда секретарь из другой юридической фирмы позвонила и сказала, что, распечатав письмо, нашла кучу проспектов с рекламой нового лекарства, которое компания намеревалась пустить в продажу. К счастью для Эдди, именно я поднял трубку. Поговори секретарь с боссом, страшно подумать, что случилось бы. Служба «Спиди мессинджер» гордится своей оперативностью и надежностью, и клянусь, что такая неприятность случилась у нас впервые за три года. Так или иначе, – продолжал курьер, переминаясь с ноги на ногу, – я надеялся, что вы отдадите мне пакет, и я сегодня же отвезу его в юридическую фирму. Мишель покачала головой.

– Мне и хотелось бы помочь вам, но не помню никаких заказных писем. Когда и куда его доставили? Вы знаете?

– Эдди привез его в больницу.

Тут Мишель заметила, что руки собеседника, переворачивавшие страницы записной книжки, слегка дрожат. Он почему-то нервничал и не смотрел ей в глаза. Ей это показалось странным, но она решила, что бедняга смущен недоразумением.

– Я уже был там в надежде найти вас, и одна из сестер была "к добра, что посмотрела журнал происшествий. Оказалось, что в тот день произошла большая авария, и когда Эдди принес письмо, вы были в операционной, но это совершенно непонятно, потому что в квитанции стоит ваша подпись.

– О да, теперь припоминаю. Я была в хирургическом отделении и по горло увязла в историях болезни, которые необходимо было заполнить перед уходом. Но тут из приемного покоя позвонили и сказали, что принесли письмо на мое имя.

– А. вот что было дальше?

– Повторяю, вы расписались за него. Может, это освежит вашу память?

– Я?

Нет, она совершенно ничего не понимает.

– Да, доктор, расписались, – слегка раздраженно повторил он. – Мы всегда храним копии квитанций, а оригинал отсылаем к адресанту, и говорю вам, что там стоит ваша подпись.

Мишель с удивлением отметила, что сквозь тревогу прорывается гнев.

– Не стоит сердиться, это ничего не даст, – заметила она. – И если вы смогли разобрать мой почерк, я точно ничего не подписывала. Никто на свете не способен разобрать мой почерк. Но, кажется, мне все стало ясно. Секретарь в приемном покое расписалась за меня. Это довольно обычная вещь.

Она нахмурилась, пытаясь определить последовательность событий. Продежурив всю ночь и едва держась на ногах, она все же решила не уходить в отпуск, не наговорив на диктофон все истории болезни.

– Я действительно спустилась за письмом.

– Куда? – настойчиво спросил он, поспешно оглядываясь на поле. – В комнату ожидания или приемный покой?

– В приемный покой. И тут прибыли санитары с машинами. Я немедленно поднялась в операционную и сделала две операции подряд.

– И так и не успели вскрыть конверт? – облегченно улыбнулся он.

– Нет, иначе я помнила бы об этом. Тем более если это были бумаги из юридической фирмы.

– Вы, разумеется, понимаете, насколько важно адвокатам получить эти документы. Их давно дожидаются, и, кроме того, это секретные сведения. Я мог бы немедленно отправиться в больницу и взять у секретаря конверт. Как ее зовут?

– Елена Миллер, но без моего разрешения она ничего вам не даст.

– Не могли бы вы позвонить ей? Эдди уже забрал конверт, адресованный вам, и сейчас едет сюда. Я бы хотел сегодня же все уладить. У меня есть телефон.

Он подошел ближе и протянул ей трубку. До Мишель донесся запах его лосьона. Он слишком сильно надушился, но не смог замаскировать острую вонь пота.

Он ведет себя как неврастеник. Вернее, как полный кретин. Неудивительно, что потеет при этом, как свинья.

Он постоянно оглядывался на футбольное поле, словно каждую минуту ожидая получить мячом в физиономию. Мишель набрала номер больницы, попросила позвать Елену и стала ждать.

– Он всех загипнотизировал, правда? – заметила она, ожидая, пока секретарь поднимет трубку.

– Вы о чем?

– О тренере. Смотрите, игроки ловят каждое его слово. Я заметила, что и вы за ними наблюдаете.

– О да… да… Вы совершенно правы.

Мишель наконец услышала привычно раздраженный голос Елены.

– Миллер у телефона.

– Привет, Елена. Это доктор Ренар. Я вам помешала? Вы были заняты? Что-то важное? Прошу прощения.

– Я всегда занята. Да вы и сами знаете: у нас здесь всегда аврал. Кстати, доктор, вы забыли закончить свои истории болезни. Оставили две. И почту не просмотрели. Ваш ящик входящей документации переполнен. Ну как, рады, что позвонили? Чем могу помочь?

– Я закончила истории болезни! – возмутилась Мишель. – Все до единой. И если Мерфи задумал подать на меня рапорт, я с него шкуру сниму.

– Расслабьтесь, доктор. Мерфи тоже в отпуске. Так что я могу для вас сделать?

Мишель сообщила о путанице с письмами.

– Помните, как расписались за конверт, который принесли в понедельник около пяти?

– Прямо сейчас я не могу вспомнить, что вчера ела на ужин. Правда, точно знаю, что этот понедельник был одним из самых суматошных дней в приемном отделении. Куча несчастных случаев, а та авария на шоссе – просто ужас. Пока доктора работали с детишками, человек двадцать родителей оккупировали все коридоры. Кажется, я ничего не подписывала, но не имеет значения, помню я или нет. Если я за что-то расписывалась, значит, прилепила желтую наклеечку на ваш шкафчик, означавшую, что у меня для вас письмо. Я бы положила его в шкафчик, но вы до сих пор не дали мне комбинацию замка.

– Ох, простите. Все время забываю. Вы не можете сказать, где оно сейчас?

– Посмотрю. Либо в моем столе, либо на вашем шкафчике и если я найду его, что с ним делать?

– Отдайте человеку из «Спиди мессинджер». Он скоро будет в больнице. – Договорились. Я буду здесь до шести, но ни минутой позже. Сегодня в церкви вечер бриджа, и я должна быть там в половине седьмого, чтобы помочь расставить столы. Сегодня моя очередь быть хозяйкой.

– Думаю, он доберется туда раньше. Спасибо, Елена. Нажав кнопку, она отдала телефон Френку и заметила, что Тео направляется к ним. Френк, похоже, тоже следил за Тео. Не сводя с него глаз, он поспешно спросил: