Чтение онлайн

– Я бы не стал обольщаться, – возразил я. – Судя по всему это всего лишь груз нашего фургона. То, с чем не пожелали связываться горгульи.

– А ты хочешь с этим связаться?

– У тебя есть альтернатива? Я хочу понять, что произошло! Мы не дружили с Олегом, но он был моим приятелем, партнером… Я не могу это так оставить.

– Ладно. Иди. Попробую помочь.

Оставив лейтенантика, я неспешно вышел с заправки, направившись к группе ментов, один из которых носил погоны полковника.

– Здравствуйте, – никто не повернулся в мою сторону. Отлично, заклятие действовало.

– У кого кассета? – спросил я Тогота.

– Подожди, никак не могу определить, – какое-то время я слушал ментальные охи и крехи Тогота. Потом мой покемон вновь заговорил членораздельно. – Кассета у сотрудника в «волге». Спокойно иди вперед.

Я постарался осторожно, никого не задевая и не привлекая внимание, отойти от основной группы милиционеров и направиться в в сторону единственной милицейской «волги». Двигаясь неторопливо, я мысленно повторял заклятие подчинения.

Но в это время из здания заправки вскочил мой лейтенантик. Наверное, надо было его придушить, или стереть ему память, но второпях я не сделал ни того ни другого.

– Держите его! – завопил лейтенантик. И тут меня все разом увидели.

Изо всех сил я рванул к «волге». Не знаю, чего ожидал от меня водитель в штатском, но, видимо, только не этого. Опершись о капот, я изо всех сил двинул правой ногой в боковое стекло. Посыпались осколки. Водитель завопил, закрывая лицо. Выгнувшись всем телом, я нырнул в выбитое окно. В тот же миг в правой руке у меня оказался пистолет, в левой – видеокассета (она лежала на переднем сидении за водителем).

– Она?

– Наверное, – отозвался Тогот.

– Ладно, будем считать это – она.

Я лихо развернулся. Менты, раньше стоявшие у входа на заправку, теперь были в трех метрах от меня. Мне ничего не оставалось, как, не целясь, выпустить обойму из пистолета шофера. Я старался ни в кого не попасть, и похоже, мне это удалось. Во все стороны полетели куски асфальта. Мои преследователи метнулись в разные стороны, я швырнул разряженный пистолет им вслед, прошептал заклятие уничтожения следов. Еще не хватало, чтобы у ментов оказались мои «пальчики». Меня, в моем реальном облике, видело много людей. Если менты постараются, то смогут составить словесный портрет, и с этим-то я уже точно ничего поделать не смогу.

Потом я вытащил свой вальтер с серебряными пулями. Бог с ним с серебром! Однако менты, забившись в щели, ответный огонь открывать не спешили.

Со всех ног я бросился в обход машины. Ольга сделает остальное.

И она не подкачала.

Очередь из автомата заставила ментов вновь вжаться в асфальт. Толпа бросилась врассыпную. Я, зная, что будет дальше, прикрыл глаза, поэтому заклятие слепоты меня не коснулось. Нет, что и говорить, Ольга знала свое дело.

А через пять минут мы спокойно ехали по шоссе, и я знал, что никакого хвоста за нами нет. Да какой там хвост, менты едва смогли бы вспомнить во что я был одет, а тем более мое лицо. Что же до кассеты, я почти сразу переслал ее Тоготу. Мелкому негодяю понадобилось минут десять, чтобы подсоединить камеру к компьютеру, после чего я вошел в транс, чтобы лучше воспринять визуальное послание моего покемона.

Пустая стоянка.

Подъезжает серая «волга». Из нее выходит пожилой господин. По-другому не назовешь. Аккуратный седой ежик, усики-мерзавчики оттеняют волевые губы. Прямой, римский нос и широкая нижняя челюсть. Настоящий лев салонов. Весь гардероб от самых знаменитых фирм мира. Костюм-тройка, галстук китайского шелка, белоснежная сорочка – внешний вид примерно на пятьдесят тысяч баксов. Мужчина неспешно подходит к окошку, небрежно кладет деньги. На указательном пальце печатка с огромным сапфиром. Темно-синий полупрозрачный бездонный камень. Мужчина улыбается кассирше. Хищная улыбка. Неприятная. Вместо правого клыка – золотая фикса. Мужчина тщательно пересчитывает сдачу, усмехается. Убирает деньги.

На заднем фоне чернорабочий – скорее всего пресловутый Федот – перекатывает какие-то баллоны. Серая, будничная, неинтересная фигура. Вот он тоже направляется к кассе, едва не столкнувшись с надутым господином.

Федот недоволен. Грязный, выбрит небрежно. Глубоко посаженные глазки утонули в морщинах. Постоянно сплевывает. То и дело проводит пальцами по лбу, стирая пот. О чем-то долго выговаривает кассирше. Волга уезжает, а Федор и кассирша все выясняют отношения. Неожиданно на обочине появляется тень.

В этом месте я остановил ленту. Я попросил максимально увеличить изображение. Да, это был мой давнишний знакомый.

Тень скользит к окошку и впивается в горло рабочего. Ужасные челюсти двигаются, перемалывая позвонки. Кассирша страшно кричит. Несмотря на отсутствие звука, мне было хорошо видно, как искажено от ужаса лицо женщины. Она кричала! Она метнулась к телефону, набрала номер. Что-то кричит в трубку, и вампир повернул к ней свои окровавленные челюсти. С них на асфальт падают огромные тяжелые капли криви. Федот, точнее то, что от него осталось, обвисло в руках твари, словно выпотрошенная тряпичная кукла.

А после этого вампир прыгнул. Ему мог бы позавидовать любой олимпийский чемпион. Длинные пальцы впились в полные плечи женщины, словно булавки, проколов кожу. Челюсти твари разошлись и сомкнулись на горле кассирши.

– Вот и все, – медленно произнес Тогот. – Печальный фильмец.

– Ты был прав, тварь та же самая, – я специально говорил вслух, чтобы Ольга слышала.

– Не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться, – вздохнул Тогот. – Твои приятели вытащили на свет эту тварь, и теперь, кроме того, что нам придется разгребатьрезультаты их творчества, нам еще нужно будет отловить этого красавца, пока он не свил себе тут гнездышко.

Перспектива не из приятных.

До церкви мы добрались к вечеру. Пришлось дать большой круг, чтобы не столкнуться с многочисленными погонями, разосланными в разные стороны, от проклятой заправки. Потом Ольга еще часа два рулила по лесной дороге, которую и дорогой-то назвать было трудно. То огромная яма с водой, то поваленное дерево поперек дороги. Потом лес расступился, и мы выкатили на холмистую равнину, словно кляксами, усеянную пятнами озер.

Старый храм величественно возвышался на вершине одного из холмов. У его подножия раскинулось поповское хозяйство.