Прозрение
Шрифт:
Бывший глашатай поднял голову.
– Криворот?
– Он пришел рассказать тебе о Совете, - сказала Трещотка и отошла, на прощание крепко прижавшись щекой к щеке Криворота.
Криворот, не веря своим глазам, смотрел на отца. Ракушечник страшно исхудал, шерсть облепила его тело, под шкурой выступали ребра.
– Или, приляг со мной, - хрипло выдавил он сыну.
– Ночь такая холодная…
«Неужели ты не чувствуешь тепла Зеленых листьев?»
Криворот забрался в гнездышко, свернулся рядом с отцом.
– Ледозвезд при всем Совете назвал меня своим глашатаем, - горячо зашептал он. Ракушечник слабо замурлыкал.
– Как хорошо… Я так горжусь тобой, Криворот. Жаль, Моросинка не дожила до этого дня. Она бы тоже гордилась…
«Нет, она бы не гордилась, - горько подумал Криворот.
– Она нашла бы какую-нибудь причину считать, что я снова ее разочаровал».
Он почувствовал на своей щеке слабое дыхание отца.
– Мне горько, что она была так жестока к тебе, Криворот…
«А как мне было горько! Ведь я был ее сыном…»
– Она… она была неправа, - в голосе Ракушечника прозвучала нежность, смешанная с глубокой печалью.
– Я слишком хорошо ее знаю. Она всегда была такой, никогда не умела признавать свои ошибки. Не знаю почему, просто не умела… Да так и не научилась.
– Ракушечник помолчал, видимо, вспоминая ссоры, которые случались между ними в далекой юности.
– Но в глубине души она все равно знала правду. А если не знала, то узнала теперь. Я уверен, что она сейчас смотрит на тебя из Звездного племени и горько жалеет о том, как многого лишила себя из-за собственного упрямства.
Холодок пробежал по спине Криворота.
«Возможно, Моросинка смотрит на меня из Звездного племени… Но кто смотрит на меня из Сумрачного леса?»
Глава XV
Ивы беспомощно раскачивали голыми ветками, с которых жестокий ветер сорвал последние листья. Сухие камыши гремели и сгибались под порывами ливня, черная река хлестала в берег, грохотала галькой. Криворот смотрел на воду, бежавшую под его лапами. Ветер выл в трещинах и провалах Нагретых камней, высившихся за его спиной. Съежившись под камнем, чтобы спастись от ледяного дождя, Криворот клацал зубами и дрожал всем телом. Внезапно он заметил мокрую кошачью голову, приближавшуюся к нему по бурлящей реке.
Вербовейная!
Она выбралась из воды и отряхнула мокрую шерсть.
– Вот ты где!
– Вербовейная прижалась щекой к его щеке.
– А я тревожилась, как-то ты здесь.
– Нормально, - прошептал Криворот.
– Спасибо… Знаешь, он любил сидеть здесь и смотреть на реку.
– Ракушечник?
Он кивнул, его сердце снова сжалось от боли.
– Может быть, его дух и сейчас приходит сюда… Посидеть, половить рыбу.
Прошло три луны с той ночи, когда Криворот лежал рядом с отцом в палатке старейшин. И две луны со смерти Ракушечника.
– Даже если он может сколько угодно рыбачить в теплых реках Звездного племени?
Криворот зажмурился.
– Но ведь… он же все равно будет скучать по своей родной реке?
Вербовейная села рядом, прижалась к нему.
– Я не знаю, Криворот. Но одно я знаю точно - твой отец будет всегда смотреть на тебя из Звездного племени.
– Она изогнула кончик хвоста.
– Он непременно захочет знать, как дела у его сыновей.
Криворот раскатисто замурлыкал.
Вдруг рыже-белая кошка выскочила на берег из воды. Ее глаза метали молнии, когти скребли по гальке.
– Грозовые коты идут через каменную переправу!
– Сейчас?
Криворот всмотрелся сквозь серую завесу дождя.
– Они вот-вот будут в нашем лагере!
– взвизгнула Выдрохвостая.
– Ледозвезд ждет тебя!
Криворот уже бросился в воду. Он стремительно поплыл через взбаламученную реку, умело справляясь с бурным течением, и вскоре почувствовал под лапами гальку берега. Выбравшись из воды, он убедился, что Выдрохвостая и Вербовейная плывут следом, и побежал в лагерь. Даже сквозь ливень он чувствовал отчетливый запах Грозовых котов. Они шли в сторону их лагеря! Криворот со всех ног кинулся бежать по мокрой тропе.
Ледозвезд расхаживал по поляне, его мокрая шерсть стояла дыбом. Травница и Лягушатник распушили мокрые грудки, обоим не терпелось как можно скорее вступить в бой с наглыми соседями, чтобы делом доказать, как правильно поступил Ледозвезд, недавно посвятивший их в воители. Мягкокрылая, загораживала собой вход в детскую, обнимая хвостом своих малышей. Ее друг Совокрыл сидел рядом с ней, его глаза превратились в две узкие щелочки, грудь дрожала от низкого рычания.
Следом за Криворотом в лагерь ворвались Выдрохвостая и Вербовейная.
– Вы их уже видели? Сколько их?
– Где они?
– спросил Ледозвезд, поворачиваясь к Кривороту.
– Идут сюда!
– Да как посмели эти пожиратели белок вторгнуться на нашу территорию?
– зашипела Туманинка.
Волнорез хлестнул себя хвостом.
– Включи меня в боевой патруль, Криворот! Я им покажу, как топтать наш берег своими грязными лапами!
– И меня тоже!
– Чащобник пробился поближе к глашатаю, Можжевельник не отставал от него.
Травница и Лягушатник бросились к ним, глаза их сияли предвкушением скорой схватки.
Ледозвезд взмахом хвоста велел всем разойтись.
– Не торопитесь, - прорычал он.
– Возможно, это не вторжение.
– Вот именно!
– воскликнула Меднохвостка, подходя к предводителю.
– Не совсем же они белкоголовые, чтобы врываться на нашу территорию при свете дня!
Криворот покосился на вход в лагерь.
– Хорошо, тогда я пойду им навстречу и попробую отправить обратно.
Ледозвезд прижал уши.
– Одного я тебя не отпущу! Возьми с собой Волнореза и Выдрохвостую.