Чтение онлайн

– Ну и? – спросил Шеннон.

– Ну и ему надо дать в лапу за ускорение прохождения бумаг в белградском министерстве. Я подумал, что тебе важнее будет получить товар вовремя, без лишних бюрократических проволочек. Поэтому и решил воспользоваться его услугами. Он шурин одного чиновника из Министерства торговли.

Примазываются со всех сторон. Но что можно еще ожидать в наше время? Балканы есть Балканы, их уже на мякине не проведешь.

– Сколько дополнительно он будет стоить?

– Тысячу фунтов стерлингов.

– В динарах или в долларах?

– В долларах.

Шеннон задумался. Возможно, это правда, но, может быть, Бейкер просто пытается выжать из него дополнительные деньги.

Если правда, то отказать Бейкеру – значит заставить его заплатить югославу из своего кармана. Это сократит долю Бейкера до таких мизерных размеров, что он может утратить интерес к делу, ему станет безразлично, выгорит оно или нет.

А Бейкер был ему еще нужен и будет нужен до тех пор, пока он не увидит, как «Тоскана», выйдя из Плоче, направляется в сторону Испании.

– Хорошо, – сказал он. – Кто этот новый партнер?

– Человек по фамилии Зилиак. Он сейчас на месте, следит за тем, чтобы груз был доставлен на склад в Плоче. Когда подойдет корабль, он займется доставкой со склада, таможней и погрузкой на борт.

– Я считал, что это твое дело.

– Так оно и есть, но теперь я вынужден привлечь югослава в качестве партнера. Если честно, Кот, они не оставили мне выбора.

– Тогда я лично заплачу ему аккредитивами.

– Я бы не стал этого делать, – сказал Бейкер.

– Почему?

– Предполагается, что товар закупает правительство Того, верно? Черные. А тут вдруг откуда ни возьмись появляется какой-то белый и начинает расплачиваться за услуги. Тут-то они и почуют запах жареного. Мы можем отправиться в Плоче, если хочешь, или я поеду один. Но если ты решишь быть со мной, то тебе придется смириться с ролью моего помощника. Кроме того, аккредитивы можно поменять на наличные только в банке, а в Югославии это значит, что нужно будет сообщить фамилию человека и номер его удостоверения личности. Если аккредитивы отоваривает югослав, то могут возникнуть вопросы. Лучше заплатить Зилиаку наличными, как он просит.

– Хорошо. Я поменяю аккредитивы здесь в Гамбурге и заплачу ему долларами, – сказал Шеннон. – Но ты получишь свое в аккредитивах. Я не собираюсь таскать с собой большие суммы долларов. Только не в Югославию. Они начинают нервничать по этому поводу. Служба безопасности может заинтересоваться. Еще заподозрят в финансировании шпионской организации. Поэтому мы поедем как туристы, с аккредитивами.

– Меня это устраивает, – сказал Бейкер. – Когда хочешь ехать?

Шеннон посмотрел на часы. Завтра уже первое июня.

– Послезавтра, – ответил он. – Полетим в Дубровник и недельку погреемся на солнце. Мне бы отдохнуть не помешало. Ты, если хочешь, можешь подъехать ко мне числа 8-го или 9-го, но не позже. Я возьму машину, и мы проедем вдоль берега на север до Плоче. Я попрошу «Тоскану» прийти туда вечером этого дня или ранним утром одиннадцатого.

– Поезжай один, – сказал Бейкер. – У меня есть работа в Гамбурге. Я к тебе подъеду восьмого.

– Только без обмана, – сказал Шеннон. – Если не появишься, я тебя из-под земли достану. И буду очень сильно сердиться.

– Куда я денусь, – сказал Бейкер. – Не забудь, что ты мне еще должен. Пока мне пришлось за это дело из своего кармана платить. Я хочу, чтобы все побыстрее выгорело, не меньше, чем ты сам.

Именно этого Шеннон и хотел добиться от Бейкера.

– Надеюсь, что деньги у тебя есть? – спросил Бейкер, взяв двумя пальцами кусок сахара.

Шеннон достал пачку чеков и помахал ею у Бейкера под носом. Спекулянт оружием улыбнулся.

Они встали из-за стола и по дороге позвонили в гамбургскую чартерную компанию, которая специализировалась на организации поездок для тысяч немцев, желающих провести свой отпуск на Адриатике. Там они узнали названия трех лучших отелей на югославском курорте. Бейкер должен будет разыскать Шеннона в одном из них, где он будет записан под фамилией Браун.

Йоханн Шлинкер был уверен не меньше Бейкера, что ему удастся успешно завершить сделку, хотя он, конечно, и понятия не имел, что Шеннон ведет дела еще и с Бейкером. Несомненно, они слышали друг о друге, возможно, даже были знакомы, но никто никогда не станет обсуждать с конкурентом подробности своих дел.

– Скорее всего это будет порт Валенсии, хотя окончательное решение зависит от испанских властей, – сказал он Шеннону. – Мадрид утверждает, что даты намечены где-то между 16 и 20 июня.

– Я бы предпочел двадцатое для отгрузки, – сказал Шеннон.

– «Тоскана» может пришвартоваться в ночь с девятнадцатого на двадцатое, а с утра загрузиться.

– Хорошо, – сказал Шлинкер. – Я извещу своего мадридского партнера. Он обычно сам занимается вопросами доставки и погрузки. У него есть прекрасный агент в грузовом порту Валенсии, который знаком со всей таможней. Никаких проблем не будет.

– Не должно быть проблем, – проворчал Шеннон. – Корабль уже однажды задержали и, загрузившись двадцатого, у меня будет времени в обрез, чтобы не нарушить условия своего контракта.

Это не соответствовало истине, но он знал, что Шлинкер не мог подвергнуть это сомнению.

– Я бы хотел лично присутствовать при погрузке, – сказал он торговцу оружием.

Шлинкер собрал губы трубочкой.

– Вы, конечно, вольны наблюдать издалека, – сказал он. – Я не могу вам помешать. Но раз в качестве клиента выступает правительство арабского государства, вы не можете претендовать на роль покупателя товара.