Чтение онлайн

Перебравшись к стене дома, Финч притаился под лесенкой, ведущей в мастерскую по ремонту автоматонов. Кэрри выглянул из-за афишной тумбы и подошел к сугробу, в котором угадывались очертания механического человека, стоявшего у мастерской.

Финч затаил дыхание.

Кэрри прошел мимо и принялся обшаривать большие ящики, полные сломанных пружин и шестеренок, полагая, что мальчик спрятался там, после чего заглянул под лесенку. Финча там уже не было…

Погоня превратилась в прятки. Смертельные для Финча прятки. Он раз за разом перемещался, меняя укрытие, – замирал за водосточными желобами, выступами домов, у тумб и у уличных будочек. Но как бы хорошо он ни прятался, Кэрри постоянно оказывался поблизости. Так, словно чуял его запах.

«Ну еще бы! – думал Финч. – С таким-то носом! Эту ищейку не проведешь игрой в прятки!»

Мимо по мостовой полз синий фургончик. На его борту было выведено: «Мистер Пуассон. Самая свежая рыба в Горри».

Надпись на фургончике явно привирала – от него на пол-улицы расходилась вонь протухшей рыбы.

Финч пожалел, что у него нет при себе затычек для носа, и тут его осенило: «Это же то, что нужно! Если Кэрри находит меня по запаху, нужно этот запах перебить!»

Улучив момент, Финч подбежал к фургончику, вскочил на подножку у грузовой дверцы и схватился за скобу.

Вместе с фургончиком, растворившись в невероятной рыбной вони, мальчик преодолел почти два квартала. Он уже полагал, что ему удастся таким образом добраться хотя бы до улицы-трубы, но в какой-то момент фургончик неожиданно остановился. Никаких прохожих, переходящих улицу, вроде бы впереди не было, семафоры на перекрестке горели синим светом, позволяя ехать, и внезапная остановка могла значить лишь одно – каким-то образом тот, кто сидел за штурвалом, заметил безбилетного пассажира!

Дверца, скрежетнув петлями, открылась, но Финч не стал дожидаться, пока его огреют дубинкой. Он спрыгнул с подножки и бросился к ближайшему переулку.

Забежав в узкий проход между домами, Финч остановился. Почувствовав какое-то движение наверху, он задрал голову и увидел Кэрри – тот стоял на карнизе и водил головой из стороны в сторону, высматривая мальчика внизу.

Финч вжался в стену и уставился на фигуру в белом, замершую на карнизе. Стоило мальчику моргнуть, как Кэрри исчез. На том месте, где он только что стоял, больше никого не было.

«Проклятье! Наверное, он увидел меня!»

Финч сорвался с места и припустил через переулок, распугивая крыс, копошащихся в мусорных баках. Преодолев переулок, он выскочил на соседнюю улицу и, свернув, ринулся вниз по ней.

Еще издалека Финч заприметил фонарь, висящий над одной из дверей и разливающий кругом синий свет. У фонаря расположилась вывеска: «Грэйсби, 18. Полиция Горри».

«То, что нужно!»

Подбежав, Финч толкнул тяжелые двери и нырнул в участок. На лавке у стены сидели трое унылого вида и, очевидно, весьма горячего характера (судя по многочисленным ссадинам и синякам, а также разбитым в кровь костяшкам пальцев) хмурых типов. Они были прикованы к кольцам, вмонтированным в пол.

До появления Финча арестованные спали, беззаботно облокотившись друг на друга, как дети, утомленные долгой поездкой в трамвае. Как только мальчик оказался в участке, они, раздраженно кряхтя, приподняли головы, но, увидев, кто пришел, тут же предпочли снова заснуть.

Участок тонул в темноте – горела единственная лампа на высоченной дубовой стойке, чуть высвечивая раскрытую газету того, кто за стойкой сидел, а также виднеющееся над газетой столь же дубовое лицо с пышными рыжими бакенбардами.

Сержант Дж. Тамзи (имя этого констебля мальчик узнал благодаря бронзовой табличке) опустил газету и перегнулся через стойку, хмуро уставившись на Финча, замершего около нее.

– Сэр! – воскликнул мальчик. – За мной гонятся! Помогите!

Помогать полицейский не спешил. Он явно в принципе не умел спешить. А уж тем более когда его побуждают к этому какие-то лохматые синеволосые дети, мерзко воняющие дохлой рыбой.

– Вот еще! – бросил сержант. – А ну брысь отсюда, пока не арестовал за то, что неподобающе выглядишь и мешаешь работать служителям правопорядка!

На самом деле сержант не слишком-то и работал, и от подобной несправедливости пополам с равнодушием у Финча даже перехватило дыхание.

– Но, сэр… – начал было он.

– Ты явно жаждешь попасть в застенок, так? – грозно нахмурил брови сержант. – Могу тебе это устроить. Брысь, я сказал! Недосуг с тобой возиться! Еще не хватало, чтобы, пока все в «Честном малом» отмечают день рождения констебля Громля, я оформлял какого-то маленького завравшегося бродяжку.

Сержант, очевидно, был обижен тем, что его оставили в участке во время всеобщей попойки. И ни на дюйм сдвигаться со своего стула не собирался.

Выбора не было, и, оставив сержанта Тамзи с его газетой в покое, Финч направился к выходу. Приоткрыв дверь, он выглянул, убедился, что Кэрри не притаился за ней, и побежал в сторону «Честного малого». Как он помнил, тот располагался у сквера Жилля. Финч очень надеялся, что сможет там спрятаться: вряд ли не-птица станет его убивать в пабе, полном полицейских.

Финч добежал до перекрестка и замер.

Кэрри стоял между ним и пабом, из которого доносились нестройное пение, нетрезвые возгласы и прочие характерные звуки гуляния полицейских.

Убийца увидел Финча и ринулся к нему. Мальчику не оставалось ничего иного, как развернуться и побежать вдоль улицы. Погоня возобновилась.

Финч обернулся на бегу. Кэрри был уже в начале квартала и стремительно сокращал разделявшее их расстояние.

– Помогите… – прохрипел Финч. – Помогите, кто-нибудь!

Мысли мальчика путались, и тем не менее в них неожиданно пролезла та, о ком он хотел думать сейчас меньше всего, – Арабелла…

«Именно эта дрянная рыжая девчонка виновата во всем. И как я мог ей довериться! Какой же я дурак!»