Чтение онлайн

— Вам мало было Маркса? — я выдал лучшую из своих змеиных улыбок. — Он родился из пламени революций 1848 года, а новая революция будет еще страшнее и бог знает, что может родится из нее…

Шифф совсем было собрался закруглить разговор, но тут снизу раздался короткий мяв и на стол запрыгнул холеный котище.

— О, извините, это Мистер Мурр, я сейчас…

Не успел Шифф потянуться за колокольчиком, чтобы позвать слуг, как Мистер Мурр пару раз втянул воздух носом, перешел ко мне на колени и начал тереться.

Вот что значит правильная подготовка — про то, что кота Шиффа выносят гулять в парк, мне рассказал Никола, а положить чуть-чуть кошачьей мяты в кармашки жилета было проще простого. Джейкоб как-то отмяк и продолжил уже более домашним, что ли голосом.

— Удивительно… — Шифф покачал головой. — Вы первый человек, к кому Мистер Мурр пошел на руки.

— Просто я люблю кошек и они это чувствуют, — меня остро кольнуло воспоминание об оставшемся в будущем моем коте. Э-хе-хе, коцкий, как ты там…

Но Шифф был непрост, одним котиком его с панталыку сбить не удалось, он снова вернулся к теме разговора.

— Режим должен измениться и это не такая уж большая цена, — упрямо заявил он.

— Да? И сколько жизней единоверцев вы готовы отдать за демократию в России? Тысячу, десять, сто тысяч? — спросил я, почесывая загривок Мурра.

Банкир хмыкнул.

— Вы преувеличиваете.

— Боюсь, что я преуменьшаю, — продолжил я нажимать, куй железо и все такое. — Мы оба не любим царское правительство, правда, по разным причинам, но оба знаем, что оно упрямо и оно органически неспособно на какую-либо иную реакцию, нежели ужесточение антиеврейских законов. И что вряд ли оно придумает что-то лучше, чем обвинить во всех бедах евреев. И это будет тем легче, чем больше молодых евреев пойдут в революцию.

— Молодежь всегда стремилась и будет стремиться проявить себя.

— Уже сейчас погромы происходят раз в два года, представьте себе, что будет, когда потрясения озлобят невежественный народ, легко поддающийся на кровавые наветы, а власть напрямую укажет на евреев?

— Ну предположим… — сменил тактику филантроп и меценат. — И что вы предлагаете?

— Оставьте революцию нам, мистер Шифф. Займитесь спасением тех, кто не сможет сам за себя постоять — дайте им землю в Палестине. Сейчас Ротшильды покупают землю, арабские шейхи охотно ее продают, еще десять-двадцать лет и в собственности у поселенцев будет компактная территория.

— И тогда им придется воевать с Османской империей.

— И было всех, вошедших в исчисление сынов Израилевых, по семействам их, от двадцати лет и выше, всех годных для войны у Израиля, шестьсот три тысячи пятьсот пятьдесят, — процитировал я Книгу Чисел.

Точно. Пробирают его пассажи из Пятикнижия, аж вперед подался.

— А сейчас это может быть один-два миллиона, и те храбрецы, кто сейчас идет в революцию, смогут послужить своему народу в Палестине. Да и британцы помогут оторвать такой кусок — им гораздо спокойнее иметь рядом с Суэцким каналом небольшое дружественное государство, нежели смотрящую в рот немцам Турцию. Это хороший путь для того, чтобы спасти слабых.

— Государство на пустом месте, без промышленности? Его содержание ляжет на диаспору тяжким бременем. Нет, на это я пойти не могу.

— Хорошо, есть еще Аргентина — там принимают всех европейцев и дают земли столько, сколько поселенец сможет обработать, причем дают бесплатно. Хороший климат, растущая экономика, добавить умные еврейские головы — чем не вариант?

Шифф свел руки, касаясь лишь кончиками слегка растопыренных пальцев и несколько раз повторил это движение, глядя в дальний угол невидящим взглядом. Я молчал.

А ведь он мой ровесник, пятьдесят пять лет. И на тебе, идея-фикс. Ладно бы лет в тридцать, или у лузера какого… Или он действительно вылез только на удачной женитьбе? Нет, нужно считать его акулой, так вернее, не промахнешься.

Тем временем Шифф додумал и достал из ящика стола чековую книжку.

— Я выпишу вам чек. Ваши идеи я принял к сведению, не могу сказать, что вы меня убедили, но что-то тут действительно есть.

— Спасибо, эти деньги будут очень кстати для издательства.

Он написал было цифру 5000, но Мистер Мурр как-то особенно громко заурчал, встал и боднул меня головой в подбородок. Рука банкира дрогнула, помедлила и нарисовала перед пятеркой двоечку.

— Я слышал, что у вас проблемы с Эдисоном? — протянул он мне чек на двадцать пять тысяч.

— У мистера Эдисона довольно странные представления об этике деловых отношений.

— Возьмите мою визитку, при необходимости обращайтесь в любое отделение нашего банка, вам помогут, — Шифф встал, давая понять, что разговор окончен.

— Благодарю, — я поднялся и перенес недовольно вякнувшего Мистера Мурра на соседнее кресло. Жаль, не могу чем-нибудь еще порадовать котейку, ведь результатом разговора я наверняка обязан ему, вряд ли бы Шифф стал меня слушать до конца. Да, вот так, котик и его роль в великой русской революции.

***

В гостинице меня ждали две телеграммы из Москвы, одна хорошая и одна плохая. У нас случился крупный провал в Нижнем Новгороде, где филеры летучего отряда Медникова сумели выйти на сперва на агента, а затем на типографию, арестовано почти полсотни человек. Зубатов, небось, дырку для ордена вертит — захвачен тираж “Правды”. Оставалось надеяться, что система налажена и даже в наше отсутствие ребята сумеют вывести из-под удара другие типографии.

И вторая — подтверждение по Николаю Шмиту. Если красинские сработают как надо, а в этом было мало сомнений, еще один источник финансирования окажется у нас, а не у Ленина.

На следующий день ребята встретили меня у стойки, отвезли через бурлящий даунтаун на Grand Central Station и усадили в поезд до Чикаго, куда я и прибыл на следующий день утром.

До отправления поезда на Сан-Франциско оставалось еще шесть часов, багаж перегрузят и без меня, так что я стоял у вокзала Union Depot в рассуждении, куда бы отправиться. Найти Луи Салливана или Френка Райта? Но они чистые архитекторы, их творчество я и так знаю… Сыскать Альберта Кана? Но он еще ничем не успел прославиться… Так я и брел в раздумьях по краю тротуара, пока со мной не поравнялась пролетка.