Чтение онлайн

– Требовал, чтоб я вырубил электричество в вашем корпусе, – указал Карлычь в сторону Альберта, – я ему говорю, тебе надо, ты и вырубай, а я старый мне в подвал идти лишний раз тяжко уже. Туда ещё спущусь, а обратно пока поднимусь семь потов сойдёт.

– И? – вытягивал Шкляров

– Ну и пошёл он в подвал. Потом скачек напряжения и дверь там заклинило. Он орал там, на помощь звал. Я ходил туда проверить уже опосля. А как я её открою? Тут ещё замыкание ваше. Говорю ему жди, как карантин снимут, вызову бригаду. И всё. Притих вроде.

Альберт задумался. Зачем было отрубать и тут же включать электричество? И кто были эти люди с документами в штатском? Он пожалел сейчас что не осмотрел те трупы во дворе. Не до того тогда было, а сейчас до них не добраться.

– Так он там ещё? – задумчиво спросил Альберт.

– А куда ему деваться? – утвердительно кивнул старик, прихлебывая отвар. – Говорю же дверь заклинило.

– Так она там одна что ли, дверь? – поинтересовалась Жанна.

– Не одна. Три. Одна вот эта, – пояснительно указал Карлыч, – другая закрыта давно, она в соседний корпус идёт и одна выходит во двор, но та тоже заперта изнутри, ключи у меня. Там замок электронный, но старинный. С системой не связан никак, только вручную.

– И как в подвал тогда попасть, если все двери закрыты? – с недоумением спросил Шкляров.

– Ну так вот. О том и говорю, – закивал старый консьерж, – Чё бы я тут сидел, если можно было, давно бы включил уже всё.

– Мдаа, – протянула негодующе Жанна, – засада.

– А нельзя эту дверь сварочным срезать? – не решительно предложил Альберт.

– Вам лишь бы резать, ломать и корежить, – по-стариковски запричитал Карлыч, – нет нельзя. Там дверь стоит ого-го. Не теперь делали, петли, сталь… И вообще, вы срежете, а я потом ставь. Нет уж. Не дам. Я за дом отвечаю.

И старик красноречиво хлопнул рукой по столу. Повисла тишина, первым которую нарушил сам Карлыч.

– Нет, ну если через ВШ пролезть, то можно в подвал попасть, а там переключить питание на ручной режим и дверь откроется. Надо только ток на пульт подать.

– ВШ? – недоуменно посмотрела на деда Жанна.

– Ну шахта вентиляции. Старая, она не работает сто лет.

– Как туда попасть? – засобирался Альберт.

– Да ты то куда? – остановила его девушка. – в твоём возрасте…

– Спасибо, – бросил коротко Альберт, с обидой.

– Я полезу, – тяжело вздохнула Жанна, – видно ничего не поделаешь, придётся изваляться.

– У тебя может получиться. Ты ловкая девка, – ухмыльнулся Карлыч.

Дорога в подвал пролегала через цокольный этаж, попасть на который нельзя из главной парадной. Поэтому им пришлось подняться на первый этаж и по лестнице чёрного хода, он был ближе всего, спустится обратно на цоколь. Архитектура старого дома поражала своей витиеватостью. По дороге Карлыч, идущий впереди с фонарём, не переставал восхищаться родным до его седин строением.

– Я в этом доме с самого детства. А потом как с армии вернулся, остался уже на совсем, – старик с гордостью похлопал себя в грудь, – вся жизнь здесь прошла. Много всякого было. А как старый стал, так вот, вообще к нему прирос. Иногда мне кажется, что мы и умрём вместе с ним.

Цокольный этаж, по сути полуподвал, сплетением своих коридоров, секций и блоков мало чем отличался от этажей выше. Разве что, кроме собственно комнат-квартир, здесь в жилые помещения оборудовали все хозяйственные подсобки, разгородили и обжили все закутки и даже пристроили кое-как из пеноблоков, кирпичей и даже досок дополнительные. Но все как одна, комнатушки были заперты бронированной дверью системы ЭКМ. В свете фонаря трущобы выглядели пугающие. На пути тут и там из ниоткуда возникали кривые самострои, перегородки которых превращали коридор в узкий, непроходимый лабиринт, к тому же захламленный до нельзя. Миновав вереницу тесных проходов, они добрались наконец до заветной, но неприметной двери. «Вентиляция» – гласила истлевшая от влажности и времени табличка на ней.

– Сюда, – хриплым голосом пробасил Карлыч.

В тесном и пыльном помещении луч фонаря выхватил узкий проем, закрытый решёткой в громадине вентиляционного короба, заполнявшего собой почти всю комнату, от заросшего вековой грязью пола, до высокого, в чёрных лохмотьях паутины потолка.

– Вот здесь можно спустится. Внизу вылезти проще, там такой же короб разобрали и сдали на металл, – сказал Карлыч открывая решётку.

Альберт скинул с плеча моток верёвки, предусмотрительно выданной запасливым консьержем, под личную ответственность и поставил на пол увесистый блок аккумулятора, оттянувший за время пути руку. Жанна, в это время собираясь с духом, осматривала узкий лаз воздуховода, освещая налобным фонарём пыльные скользкие стены железного короба.

– Высоко так… – задумчиво прошептала она.

– Да и не пугайся там если в темноте встретишь кого, – предупредил Карлыч.

– Да я поняла, там же этот типа коп где-то бродит, – отмахнулась девушка.

– Не только. Там ещё семья, бездомных. Пускаю иногда их погреться, – скромно потупив глаза сказал великодушный консьерж.

– Так. И сколько их там, мать Тереза? – спросила Жанна с укором.

– Четверо. Они тихие. У них беда, а я не могу таким отказать, – жалобился старик, – оставить на улице людей в такую погоду – не по-христиански.

Жанна отмахнулась и задрав платьице полезла в шахту. Размотав верёвку Альберт сбросил один конец в шахту, намотав другой себе на запястье и девушка начала спуск. Перебирая руками по тросу и упираясь ногами в стену шахты, она начала медленно двигаться.

– В глаза не светите мне, – сердито крикнула она, преодолев первые пол метра.

Тонкий метал стен с грохотом играл под ногами. Гулкие раскаты эхом заполняли собой коридоры уносясь в глубь темноты.

– Господи, как тут грязно. – брезгливо скривилась она, – я не отмоюсь потом.

Ноги скользнули и провалились в пустоту. Жанна с визгом сорвалась вниз, цепляясь руками за острые края обрезанного металла. Перехватив верёвку, она чудом останавливает падение и зависает в считанных сантиметрах от пола.

– Ааааа. Черт! – простонала девушка.

– Что случилось? Ты как? – забеспокоился Альберт удерживая верёвку.

– Руку поранила.

– Осторожно. Там острые края, – выкрикнул Карлыч в жерло воздуховода.

– Спасибо. Очень вовремя, – саркастично заметила Жанна.