Чтение онлайн

— Мирра Ловицкая, — пробормотала Ева и поёжилась.

— Понятно. Кажется, я её видел. Действительно, напористая… Quarto, чтобы добиться своей цели, она намерена стать начальником организации, в которую вас определила сама Верховная. И, скорее всего, станет. Так как отказать Верховная ей не может. И не хочет, в силу каких-то личных причин. Quinto, даже если вы уйдёте с работы, Ловицкая будет вас преследовать. Поскольку привыкла получать то, что хочет, а возможности у неё большие. Ага… Sexto, ища защиты, вы добились личного приёма у Их Грациозности. Что довольно сложно, но вам почему-то удалось… Septimo, Их Грациозность выслушала, посочувствовала, но никакой помощи вам не обещала. Если не считать совета поговорить со мной. Octavo, вы это почему-то поняли так, что речь идёт о присоединении к нашей труппе. С которой вы доберётесь до Директории, а уж там сможете как-нибудь устроиться по научной или инженерной части. Главное — подальше от домогательств этой самой Ловицкой и прочих старых кобыл. Nono, вы подозреваете, что за этим стоят какие-то шпионские или дипломатические планы Верховной, в которых вы ничего не понимаете. И, наконец, decimo: вам эти планы безразличны, потому что…

— Меня здесь никто не любит, — перебила Ева Писториус. — Я им хамка и выскочка. Им от меня одного надо. И ещё чтобы я задачки решала, — она всхлипнула, но вместо рыданий зарылась мордой в салат и принялась шумно, трагически жрать.

— Понятненько, — резюмировал Карабас, позвякивая бутылкой. — Уфффф, хорошо пошла. Что это у вас за зверушка? Крысочка? Она умеет прислуживать за столом?

— Лариска маленькая вот его его слушай я тебе говорю твоя хозяюшка его слушай что скажет так и делай миленькая, — Напси услышал, как изменился тон поняши, когда она передавала челядинку под временное управление. Это была такая смесь точно нацеленной ласки и непоказного пренебрежения, что он аж поперхнулся. На Карабаса, однако же, это не произвело ни малейшего впечатления.

— Лариска, налить вот это сюда полностью, — распорядился он очень похожим тоном. Крыска пискнула, зазвенело стекло.

— В каком-то смысле, — сказал раввин, откидываясь в кресле (которое обречённо застонало на разные лады), — вам повезло. Явись вы сюда в любое другое время, я бы вас, скорее всего, выгнал. Не люблю женских глупостей. И терпеть не могу, когда мной пытаются манипулировать. Но я уже потратил на вас время. Даже нарушил святость субботы. Плюс просьба Верховной. Хорошо. Но тогда давайте уж действовать с полным пониманием ситуации.

Поняша заинтересованно хрюкнула.

— Откроем карты. Я думаю, что у Верховной на вас были планы. Причём довольно давно. О чём свидетельствует, в частности, ваше награждение. Может быть и назначение тоже. Но награждение — однозначно. Кстати, вам удобнее на «ты»? Что-то такое в вашей голове промелькнуло.

— Ну типа того, — ответила Ева.

— «Типа» меня не устраивает. Да или нет? Ты или вы? Предупреждаю: со мной вы будете на «вы». Ага, согласна. Ну, это облегчит наше общение. Лариска, подвинь стакан, да смотри не пролей… Как ты думаешь, почему тебя наградили именно Подхвостной Шлеёй?

— Ну… за ту историю, — промычала поняша.

— Не за что, а почему? Какую цель себе ставила Верховная? Давай рассмотрим. Насколько я помню Статут этого вашего ордена, юннатка Высокой Шлеи имеет право посещать любые светские мероприятия с участием Верховной. Думаю, тебе скоро объяснили бы, что это не право, а обязанность. Как и ношение орденского Знака, то есть шлеи. Теперь представь — ты, в Шлее, вертишь попкой перед старухами…

— Не буду я вертеть попкой перед старухами! — заявила Ева.

— Девочка, — почти нежно сказал Карабас. — Ты когда-нибудь носила шлею? Я имею в виду — высокую шлею?

— А при чём тут… — Писториус заткнулась.

— Да не смущайся так, — усмехнулся раввин. — Нет, не надо называть себя дурой. Нет, я не читаю твои мысли, у тебя всё на мордашке нарисовано. Да, кобылка в подхвостной шлее выглядит, гм, соблазнительно. Потому что со шлеёй под хвостом она просто не сможет ходить обычной походкой. Она будет вертеть попкой, хочет она того или нет. Теперь подумай, перед кем ты будешь ею вертеть. Напомню — перед пожилыми тётками, большинство из которых весьма влиятельны. Вряд ли ты останешься без заинтересованного внимания с их стороны.

— Упс, — только и выдавила из себя поняша.

— Чупа-чупс, — срифмовал Карабас. — Учитывая же твоё отношение к пожилым тёткам и их желаниям…

— То есть Верховная это спланировала?! — дошло до рыжухи. — Но зачем?

— Зачем? Правильный вопрос. Зайдём-ка с другой стороны. Со стороны государственных интересов. Насколько мне известно, Мимими давно пытается завязать отношения с Директорией. Причём в этом объективно нуждаются обе стороны. Тем более — имея шерстяных под боком в качестве общего врага. Но есть проблема — отношение жителей Директории к вашей основе. Вы понимаете, как к вам относятся?

— Ну и дураки, — фыркнула Писториус.

— Не хорохорься. Поняш боятся. Из-за вашей способности няшить. То есть подчинять и овладевать. А поскольку страх — очень неприятное чувство, то с вами стараются не иметь дела. Вообще. В той же Директории кого только нет. Даже несколько шерстяных найти можно. Но ни одной поняши. Насколько мне известно. Или как?

Ева издала длинный носовой звук, со значением, однако ж, достаточно ясным — это было типичное «вообще-то не знаю, но похоже на то». Карабас это, видимо, так и понял.

— Вот и я так думаю, — сказал он. — Потому что никто не возьмёт на себя смелость пригласить поняшу в Директорию и дать ей там устроиться.

— Удоды дефолтные, — Ева засунула морду в другую миску и чем-то захрустела.

— Хватит жрать с моего стола, — ровным голосом сказал Карабас. — Вон оттуда можно, — сказал он через пару секунд. — Бери-бери, я разрешил… Итак, негатив нужно чем-то пробить. Думаю, она уже не раз пыталась. Причём ей много-то не надо. Она не собирается запоняшивать Директорию. Если она, конечно, не идиотка, а она не идиотка. Ей нужно просто сломать лёд недоверия. А для этого ей нужна хотя бы одна поняша, которая сможет зацепиться в Директории. Безо всякого шпионажа и прочих гадостей. Просто поняша. У которой есть серьёзная, убедительная причина покинуть Эквестрию и искать спасения в Директории. Серьёзная, убедительная причина, но ни в коем случае не связанная с какими-то преступлениями. Преступников нигде не любят. Да, ещё очень важно, чтобы эта поняша сама верила в свою легенду, потому что в Директории есть телепаты. Ты понимаешь, куда я клоню?

— Блииин… И вот она меня так… А я к ней по-чештному… — бедная девочка снова сунула морду во что-то жареное и хрустящее — видимо, от огорчения.

— По-честному? — раввин хмыкнул. — Кстати, а ты хоть помнишь, зачем пришла? К Верховной, я имею в виду?

— Я же шкажажа, — пробурчала поняша, пытаясь прожевать слишком большой хапок.

— Я не спрашивал, что ты мне сказала. Я это и так знаю. Я спросил, помнишь ли вы, зачем пришла к Верховной. Так вот, сейчас у тебя в голове та версия, что ты боишься домогательств Ловицкой.