Чтение онлайн

— И что ты молчишь? — Маоба вопросительно склонила голову набок. — Ты даже ничего сказать не можешь?

— Я… Нет, если бы… Потерпеть еще немного…

Маоба засадила ему пощечину и убежала с влажной пленкой на глазах. Чувствуя, как жестоко горит щека, с комком под грудью Бло поплелся домой.

"Что я мог сказать? — думалось ему. — Давай убежим в столицу? А на какие шиши будем жить? Разве ты не любишь меня? Но это прозвучало бы малодушно…"

Рано утром, пока Ками освежался в бане, Бло взял шар, провода, выкрал краюху хлеба и ушел в поле.

К черту Ками с его рыбой! Пусть отлучает от стола. Как-нибудь проживем, не впервой. Брат забыл, что отец говорил и другое. Какое бы дело ты не начал, всегда доведи его до конца.

Хотя, что толку? Ремесло искуса мало кому приносит прибыль. Ты либо пан, либо пропал. Если твои шары попадают на космолинии, если за их раскрутку берутся агенты-продогоны, то… Нет, этого мало. Главное — публика. Пассажиры межзвездных рейсов, космические десантники и пираты, одинокие странники и туристы, исследователи и космогеологи. Все, кому в дальнем путешествии нужно отвлечься. Если им по нраву приходятся твои косморали, если они начинают говорить о тебе и отдавать валюту за новые твои шары, то слава кометой летит в разные уголки вселенной, а деньги песком сыплются на твой счет.

И тогда никто, ни мать, ни родной брат, ни даже Маоба не смогут упрекнуть Бло в бесполезности.

А пока что я ноль, думал он, двигаясь к перелеску. Начинающих искусов миллион по вселенной, а успеха добиваются единицы. И то, что я буду одним из немногих — также невероятно, как птица в космосе.

Бло нашел удобное место между двумя лиственными великанами, устроился на сырой от росы траве. Осторожно положив шар, он принялся распутывать провода.

"Плевать! Я все равно буду корпеть! Пускай в итоге ничего не получится. Значит, не судьба. Зато сдохнуть в море с сетями я всегда успею. Так что больше, чем слава искуса, мне ничто не светит в этой жизни. Только одна звезда, и остается идти к ней голодным и одиноким".

Бло приклеил провода к вискам, взял шар и покрутил в руках. Ему вспомнилось давешнее свидание с Маобой.

"Если бросить все, понестись к брату, верно, он еще не ушел на берег, начать рыбачить, а потом получить свою горсть златугов, прийти к матери Маобы, сказать, что я исправился, что я скоро заработаю еще больше, только не отдавайте дочь за Бэка!.." Перед ним всплыла Маоба, ее сочные губы, чуть выпячивающиеся в момент выдачи ласковых слов, ее странные полукруги под глазами и такой милый неряшливый локон около уха, и этот взгляд, вызывающий жжение в груди. И будто пенистый коготь волны захватил его, он сорвал провода и резко поднялся, но сделав шаг, замер.

"Тогда прощай конкурс, прощай надежда попасть в банк данных продогонов и в распродажи на космолиниях! А распродажа — это прямой путь к раскрутке. Между тем, следующий шанс представится лишь через год. Однако придется уже лететь на другую планету. Потому что первый и наверно последний раз конкурс искусов проводится у нас на Сакуне. Можно, конечно, перекачать косморали с моих шаров в сеть и ждать своего часа. Но это глупо — быстрее местная луна свалится, чем их заметит какой-нибудь продогон. Даже если последняя история про странника стоит того, найти ее в сети, что крошку хлеба в куче навоза".

— Самку тебе чужого! Я не могу. — Бло покачал головой и сел обратно.

Он мысленно смирился с тем, что Маоба скажет Бэку "да". А Бэк не любит ждать. Бло захотелось пустить слезу, но слезы высохли в детстве.

Прости, Маоба, не упадет больше небо от одного твоего взгляда, не прогнется струной твой напряженный стан, чуть сутулый с крепкими бедрами, не зажурчит ключом твой окающий голосок.

Бло порывисто подключил провода, шар радостно заиграл цветами радуги. Автор торопливыми усилиями мысли вписал новые черты в образ героини косморали.

Когда Бло закончил работу и огляделся, его охватило удивление. Над полем опускались трезвонные сумерки. Он не решился показаться домой. Сунув шар, обмотанный проводами, в карман, Бло пошел в лес. Отыскав несколько ягод и один гриб, он утолил голод. Соорудив лежанку в ложбинке, Бло устроился на ночлег.

Конкурс искусов начался поздним утром. В столицу Бло добрался бесплатно, укрывшись в корме рейсового флайербуса. От неудобной позы среди багажа поясница ныла натянутым жгутом. Но пока добрел до КультПросвета, заноза отошла. Гам прохожих и пролетных, суета широких проспектов, гул монорельса и шипение подушечных трамваев — все это сменилось тихим ропотом холла для регистрации.

Гуманоид в серой чешуйчатой коже осведомился квакающим голоском:

— Ва-а-аше и-и-имя, но-о-овый искус?

Бло назвался и небрежно прижал большой палец к сканеру.

Жаждущих успеха искусов оказалось так много, что Бло ощутил прилив раздражения. Авторы сидели полукругом в амфитеатре, так что дышать было нечем. Среди них имелись и членистоногие, и жабообразные, и пузырчатокрылые, и даже рептилии.

В центре, за столом на арене, красовалось достопочтенное жюри. Сам великий искус Кирк присутствовал среди судей. Многие тянули шеи, чтобы рассмотреть его, но видели лишь широкий черный плащ с маленькой шерстистой головой. Имя Кирка давно полюбили на межзвездных магистралях, его косморали пользовались неизменным спросом, даже на задворках Млечного Пути. Шары с его творениями клонировались миллионными тиражами на фабриках, которым служили лучшие продогоны. Все эти агенты в основном занимались тем, что старательно вычищали из сети пиратские копии Кирковских опусов. Впрочем, путники на просторах вселенной имели устойчивый провайдинг лишь вблизи планет. Остальные члены жюри напоминали тень Кирка. Кое-кто кое-где о них слыхал, но никому не попадались их создания.

Все конкурсанты отдали свои шары на испытание — по рядам прошлись роботы-сборщики. Через полчаса мощный биоробот с творческим интеллектом отобрал для судей десять лучших шаров. И на голографическом табло над ареной появились имена претендентов. Бло с замершим рыбой на суше сердцем пробежал глазами список. Его имя светилось последним!

Бло так обрадовался, что поймал себя на легкой дрожи в кончиках пальцев. Он снова впитал очами буквы межгалактического языка, составляющие его сущность. И опять не поверил себе. Горячий поток собрался в жилах и вынесся наверх.

Огромная толпа искусов, потерпевших неудачу, потянулась к выходу. Со всех сторон послышались брюзжание, ругательства, плач, вой и блеянье. Точно они приготовились растерзать биоробота, выйди тот на арену.

В амфитеатре осталось девять конкурентов. Бло сидел в первом ряду и боялся оглянуться. Мысль увидеть их рожи почему-то пугала его.

И вот Кирку со свитой поднесли десять шаров. Вершители подцепили провода, и шары засияли цветами радуги. Удручающая тишина повисла над амфитеатром.