Шрифт:
Часть первая. Привилегированное пиратство
Пролог
Высоко в глубокой синеве полуденного неба двигалось крошечное пятнышко, металлический блеск которого был едва заметен при ярком свете солнца. Операторы машин, находившиеся на поверхности Земли, проводили его взглядом и вернулись к работе, хотя ее было не так уж и много для их автоматических культиваторов. Краткий перерыв внес приятное разнообразие в унылую монотонную работу. Операторам предстояло культивировать бескрайние плантации клещевины, но с большими машинами, которые сами выполняли все необходимое, несколько десятков человек могли обработать целый округ.
Пассажиры огромного самолета, летевшего в вышине, и знать не знали о том, что происходит внизу, они изучали документы, читали книги или разговаривали со случайными попутчиками. Им однообразное путешествие тоже казалось скучным. Пустая трата времени – провести шесть часов в перелете на такое короткое расстояние, как три с половиной тысячи миль. Ничем особым не заняться, ничего не видно, кроме Земли, медленно проплывающей внизу милях в десяти. С такой высоты никаких деталей нельзя различить, а густой низкий рокот двигателей, гул гигантских пропеллеров и приглушенный свист разрезаемого ими воздуха, объединяясь воедино, напевали колыбельную, от которой тянуло в сон. Такое путешествие могло нравиться только бездельникам и отдыхающим, но не вечно спешащим бизнесменам…
В какой-то момент пилот самолета бросил короткий взгляд на приборы, невольно спрашивая себя, зачем он вообще отправился в этот рейс, затем, передав управление своему помощнику, развернулся и спустился вниз, чтобы переговорить с главным инженером.
Отпуск пилота начинался с первого июля, и поскольку сегодня был последний день июня, пилот задался вопросом, что произошло бы, если бы он поступил так, как уже почти решился сделать, – позволил бы помощнику закончить рейс. В конце концов, это не так уж сложно – всего-то несколько рычагов управления, несколько переключателей, ведь на высоте десяти или одиннадцати миль самолет находится под опекой автоматики, его несет мощный, движущийся на запад воздушный поток, а примерно через пять часов и двадцать минут покажется Фриско. Там его поведут по радиолучу, и пилот вовсе не нужен. Посадка без сучка и задоринки. Помощник никогда не сажал большой самолет, но он прекрасно знал процесс, да и автоматика все сделает за него. Даже если никого не будет за штурвалом, через десять минут после того как они достигнут места назначения, самолет приземлится сам. Даже если при этом второй пилот не поспеет к тому времени среагировать на автоматический сигнал.
Первый пилот зевнул и побрел по коридору. Он зевнул снова, не понимая, отчего его так тянет спать. После этого он безвольно упал на пол. Дыхание его становилось все медленнее и медленнее.
Сотрудники терминала Трансконтинентальных Авиалиний в Сан-Франциско были встревожены. Большой Трансконтинентальный экспресс прибыл в конечный пункт, следуя по радиолучу, и теперь кружил над полем, повинуясь указаниям приборов и посылая сигнал второму пилоту. Чиновники волновались, и не без оснований, поскольку с этим рейсом должны были прибыть ценные бумаги на 900 тысяч долларов. Но что могло случиться с одним из этих гигантских судов? Потребовалась бы маленькая армия, чтобы захватить команду из семидесяти членов экипажа и три тысячи пассажиров!
Большое воздушное судно мягко приземлилось и покатилось по полосе, управляемое аварийным пилотом. Небольшой полевой автомобиль помчался к самолету. Вот и подъемник. Когда машина с людьми остановилась под гигантским крылом, они увидели крошечную фигуру второго пилота. Быстрый компактный лифт вознес прибывших на четвертый уровень судна.
Когда они вошли в салон, их взгляду предстало невероятное зрелище! На первый взгляд казалось, что все пассажиры уснули в своих креслах. Но при ближайшем рассмотрении стало очевидно, что никто не дышит! Члены экипажа застыли на своих местах в такой же неподвижности, как и пассажиры! Помощник пилота лежал, растянувшись на полу возле приборной панели, – очевидно, он какое-то время вел крылатую машину. Ни одной живой души – или хотя бы полуживой – на борту!
– Мертвые! Больше трех тысяч человек! – хрипло выдохнул управляющий аэропорта, не веря самому себе. – Это невозможно. Как такое могло случиться? Газ, наверное, проник через систему вентиляции и распространился по кораблю. Но я не могу представить себе человека, готового убить три тысячи людей пусть даже ради миллиона! Вы вызвали врача по связи, пилот?
– Да, сэр. Он в пути. Вон его машина.
– Преступники наверняка открыли сейф – но давайте все-таки проверим. Я полагаю, что только какой-то безумец мог сотворить подобное. Ни одному здравомыслящему человеку не пришло бы в голову лишить жизни стольких людей ради сущей малости.
Подавленные мужчины спустились по трапу в трюм к почтовой комнате. Дверь оказалась закрыта, но замка на ней не было. В магниево-бериллиевом сплаве зияла дыра. Они открыли дверь и вошли. Комната казалась в идеальном порядке. Охранник неподвижно лежал в стальном караульном отсеке напротив. Толстое пуленепробиваемое стекло делало его очертания немного размытыми, а цвет лица казался зеленоватым, но чиновники знали, что он такой же бледный, как и остальные, летевшие на борту воздушного лайнера. Умные приборы безошибочно привели судно в порт, но оно доставило страшный груз – груз мертвецов!
Чиновники подошли к сейфу. Тот оказался взломан, как они и предвидели. Шесть дюймов вольфрамово-иридиевой оболочки были точно так же расплавлены. Теперь этот невероятный факт уже не удивил их. Они только взглянули на металл, все еще слишком горячий, чтобы касаться его, и осмотрели сейф. Облигации исчезли. И еще работники аэропорта заметили, что на конторке почтового клерка прикреплен небольшой конверт. На нем было напечатано:
ДЛЯ ДОЛЖНОСТНЫХ ЛИЦ АЭРОПОРТА САН-ФРАНЦИССКО
Внутри оказалось короткое сообщение, напечатанное точно такими же отчетливыми, черными буквами:
Господа!
Этот самолет должен совершить благополучную посадку. Если этого не произойдет, это ваша вина, а не моя, надеюсь, ваше оборудование не допустит катастрофы. Пассажиры не мертвы! Они находятся в состоянии временного анабиоза. Любой доктор может легко оживить их путем инъекции семи кубиков децинормального раствора йодида калия в расчете 1 кубик на каждые 100 фунтов веса. Не используйте более высокую концентрацию. Более низкая концентрация будет действовать медленнее.
Вы обнаружите, что при этом будет уничтожена любая предрасположенность к проказе или раку. Газ, который погрузил команду в анабиоз, убивает любой из существующих видов рака, а при наличии, вылечивает его приблизительно за неделю. Я не экспериментировал с проказой, но уверен, что и она тоже вылечивается очень быстро. Мы запускали газ извне. Поэтому не досаждайте пассажирам расспросами. Использованный газ не может быть изолирован никакими материалами, о которых я знаю. Вы можете попробовать использовать маски, но только не C-32L. В противном случае реакция с газом может убить. Я бы посоветовал вам опробовать маски на животных, если хотите убедиться.