Чтение онлайн

Так что чинуша, отвечающий за финальную выдачу документов, принял нас быстро, удивленно выглянув из своего кабинета и оглядев пустое помещение. Я принял сухие поздравления, пухлую папку с документами и короткую лекцию об ответственности перед империей за честь обладания титулом.

Проникся я настолько, что камердинеру пришлось меня срочно уводить, как только он заметил моё выражение лица. Решив меня порадовать, он предложил осмотреть родовое гнездо, куда мы и отправились.

После «Спасителя» я ожидал чего угодно и был уверен, что шокировать меня будет сложно. А то и невозможно. Но швед справился.

Настроение моё улучшалось по мере нашей короткой поездки. Недвижимость находилась считай в самом центре столицы. Снова неподалеку от обители, залива и громад небоскребов. Мало того, машина притормозила в том самом районе, где находилась императорская библиотека. Буквально в пяти минутах пешком.

Старинный квартал, почти не тронутый цивилизацией и застройщиками. Низкие дома, парки и пруды, узкие улочки. Тут словно время остановилось, несмотря на близкое соседство шумного и современного центра.

Мы вышли из такси и я предвкушающе потер руки, оглядываясь. И уже сделал шаг, выходя на дорогу, чтобы перейти на другую сторону, как Ларс остановил меня:

— Ваше сиятельство, за вашей спиной.

Обернулся я медленно, затаив дыхание. Посмотрел, моргнул, взглянул на шведа. Тот радостно закивал, жестом указывая на «имение».

— Ну ёб твою мать… — выдохнул я свой новый графский девиз.

Глава 30

Зрелище, представшее передо мной, было жалким и впечатляющим одновременно. За облупленным низким каменным забором с изящными когда-то украшениями, виднелась обширная территория. Помимо дома, который и вызвал мой охреневший возглас, присутствовал сад. Ну или парк. Всё было в крайней степени заброшенности и криповости.

Дом, особняк, строение… Короче, жилая часть родового имения являла собой удивительный вид архитектурного стиля, называемого эклектикой. Это если в приличном обществе. В моем мысленном и неприличном, и на первый взгляд это казалось нагромождением всех пафосных изысков, но при этом сочетаемых не так уж и плохо.

Так уж и плохо было с состоянием.

Двухэтажный дом с чердаком под высоким скатом крыши стоял на святом духе, не иначе. Когда-то белоснежные фасады выглядели так, словно по ним прошлись наждачкой, а затем окатили болотной грязью. А потом оторвали часть древних досок и потерли оставшиеся чем-то бурым. Надеюсь, не кровью.

Сад вызвал во мне и вовсе суеверный ужас, олицетворяя все детские страшилки разом. Несмотря на то, что был яблоневым и при этом плодоносящем. Но сочные и крупные плоды лишь усугубляли картину, внося в неё ярко-красную нотку сюрреализма.

К дому от калитки в воротах, что были мне по пояс, вела мощеная дорожка, облепленная мхом и покрытая пожухлыми листьями.

— Ларс… — начал я было задавать вопрос, но он превратился в какой-то неутешительный вывод.

— Да, ваше сиятельство? — с готовностью отозвался камердинер, мигом оказавшийся рядом.

Я повернулся к нему и увидел на лице шведа смесь восхищения с опаской. И искренне не понимал, чему он так радуется, но его испуг немного остудил мой первый порыв наорать. С первого, очень беглого и неохотного взгляда, новая недвижимость была ещё в худшем состоянии, чем ржавая баржа, прилипшая намертво к набережной.

— Возможно потребуется ремонт? — саркастически спросил я, отковыривая крупный кусок штукатурки от столба ворот.

После этого я легонько пнул створку и та осыпалась трухой к моим ногам, открывая внушительный проход. Я шагнул через эту условную преграду и застыл.

По телу пробежалась волна жара. И этот резкий порыв не был даже воображаемым, подняв под моими ногами опавшие листья. Почти прозрачные, они взмыли в воздух и закружились вокруг меня. Магия, однозначно.

— Ларс? — повторился я, но уже более настойчиво.

— Целая сеть защитных артефактов, ваше сиятельство! — воодушевленно объяснил мужик, ступая на территорию следом за мной. — Старинная и сложная работа. Я как увидел, сразу понял — это именно то, что нужно!

Теперь я посмотрел на помощника с интересом. Свою легкую досаду по поводу присутствия в моем жилище посторонних я выражал не раз и в весьма грубой форме. Но как неодаренный смог увидеть магию?

Похоже, что Ларс тоже был полон сюрпризов.

— Старинная и сложная работа? — задал я риторический вопрос. — И откуда тебе это известно?

Тут то камердинер сделал то, чего я от него не ожидал. Стушевался. Вечно прямая, как адамантиевый кол, осанка искривилась. Ларс сгорбился, всего на несколько секунд, затем выпрямился и попытался сделать вид, что этого не было.

— Таааак, — меня это краткое, но очень показательное преображение, впечатлило. — Ну-ка давай, рассказывай.

Швед, принявший прежний невозмутимо-непоколебимый вид, сознался сразу же. Чем вызвал уважение. Помимо удивления его исповедью. Я даже про внешний вид новой недвижимости позабыл, пока его слушал.

Одаренным он не был, хотя именно этого я и ожидал. По-крайней мере в общепринятом, церковном и всеблагом, смысле. Род моего помощника, идущий из Швеции, был непростым, хотя и неблагородным. Но у них там были свои правила и магия, с преферансом и куртизанками.

Ларс был видящим, что означало особый дар, или способность распознавать магию и его всевозможные проявления. Так он смог понять, что у княжны Меньшиковой случился прорыв. Больше не по причине того, что уже наблюдал подобное. А потому что мог видеть, наподобие того, как чувствовали оракулы приближение демонов или остаточный фон магии.

Но самое важное в такой детали характера мужчины было в том, что видел он всю магию. Всех богов. И мог к тому же довольно точно распознать её разновидность, если только та не была особо жуткой, редкой и подобное, моё любимое.

Когда я понял, что передо мной стоит, по сути, детектор наложенных печатей, амулетов и артефактов, я задал единственный вопрос, который напрашивался сам собой:

— И какого хрена ты от меня это скрывал?

Это же способность, за которую любой аристократ вывалит немалую сумму, даст вечную вольную, гарем или что там ещё…