Чтение онлайн

Распознающий этой семерки погиб, выкинув всю свою энергию в пространство, которая стала щитом планеты — на нее не могли попасть другие наблюдатели, чтобы что-то изменить, но и уйти с нее оставшиеся шесть богов не могли.

Они затаились и стали разрушать академию на Аландакии, причем пятеро не могли покидать бездну-сосредоточие своей энергии, потому что расходовали остальную на переделку эгрегора, поэтому только Лис был посредником между их миром и миром людей.

Боги творили свои дела не только в Ларотум, но и в Кильдиаде и в Римидин и в заокеанских землях. Но про то будет отдельная история.

На Аландакии находилась академия магов, как часть вселенской академии. Данная планета являлась центром, сосредоточием силы, и гибель ее могла нарушить равновесие целой вселенной.

Льен — один из наблюдателей — моя отпочкованная личность — воплотился на этой планете как человек и паранорм.

А я, несчастный, лишил себя высшей силы, чтобы пользоваться обычной магией.

Дело в том, что мы не могли проникнуть на Аландакию с силой и возможностями наблюдателей — нас не пускал щит — поэтому мы пользовались тем, что было возможно.

То, что затеяли боги, влекло за собой нарушение равновесия. Все шло к тому, что власть на планете возьмут черные и тогда наступит истощение внутреннего поля планеты. Ловушки, расставленные черными, пожирающими энергию людей и 'свинства', которые устраивали белые должны были привести к имперским войнам катастрофического масштаба и — эгрегор планеты резко менялся, но его изменение влияло на часть вселенского плана. Эта планета как маленький, но краеугольный камешек в своей галактике. Убери его и — она начнет разрушаться.

Когда-то 'боги' были не против поклонения в храмах Неберы, но люди слишком вплотную подошли к их тайне, стали интересоваться бездной.

Шестерка восстала против культа Неберы, потому что он привлекал ненужное внимание к месту их обитания, источнику силы.

'Боги' специально запустили тему, что бездна страшное место, но наш настырный Льен рискнул и полез туда. Я не стал препятствовать его желанию, а даже немного посодействовал. Надеюсь, что это поможет ему понять когда-нибудь весь замысел целиком.

Я постарался заронить идею в отчаянные головы о том, что в бездне есть драгоценные камни и бесценные сокровища и несколько сумасшедших смельчаков рискнули спуститься туда, поплатившись своими жизнями. Я делал все, чтобы выкурить шестерку из места ее обитания.

Льену вообще нелегко пришлось и еще придется, ведь, в отличие от меня, он ничего не помнит о своем настоящем и не знает, что ему предначертано в будущем.

Он даже не знает, что я спас бедную маркизу Фэту, переместив ее в другое измерение — всему виной мое доброе сердце — не позволил убить красотку, в угоду взбесившейся шестерке.

Между прочим, больше всего 'портит погоду' в ней тот самый пресловутый Дарбо — великий бог Ларотум. Это — источник проблемы, с которым нам придется иметь дело.

Как я уже сообщил, Аландакия — краеугольный камень галактики. Если бы планета была уничтожена, а все шло к ее уничтожению, не вмешайся мы, то целая галактика погибла бы вместе с ней. Цепочка событий привела бы к такому финалу.

Вам ведь известно, что галактический конклав не позволяет уничтожать целые миры.

Итак, для того, чтобы остановить этот процесс, на Аландакию был отправлен некто Льен Жарра, который, как я уже сказал, является моей отпочкованной личностью. В Лунной Горе произошел некий виток времени, и для того, чтобы выжить и победить, личность Льена предстала в трех ипостасях — Молодого Героя, Опытного Бойца, и Мудрого Старца.

Опытный Боец, есть ни кто иной, как тот самый трактирщик, выбравший себе пещеру, где находятся врата — точка перехода в иные измерения. Время от времени он покидает свой пост и посещает по необходимости разные миры, но, в общем, задача у него одна — управлять Вратами. Ибо никому другому это не под силу. Мудрый Старик с огромным комфортом устроился на горе, подальше от людей и свысока поплевывает им на головы — ему вся жизнь как Вечность. Он тоже выполняет функции наблюдателя. По сути, все мы — я, Льен, еще несколько других созданий — отпочковавшиеся части одной личности.

Но вернемся к Молодому Герою.

Этот человек сам не ведает какая роль ему отведена в том мире, а ему следовало бы знать, что он будет собирать целую империю и не оставит магам места, потому что он — паранорм!

Иногда ему помогают — его видения. Саламандра, являвшаяся ему, — часть его кармической памяти, которую он, прежде, чем воплотиться в теле человека, запрограммировал на помощь себе в критических ситуациях.

Что касается интриг в Дори-Ден. Вас все время мучил вопрос: почему король не расправился сразу с Савемом Авангуро.

Это все магия, милочка! В давние времена ларотумскими магами было установлено таинство коронации. Тот, кто венчает короля на царствование, является духовной силой, защитой. Такого человека король убить не мог, потому что в этом случае он мог потерять часть своей силы и власти, а может, и саму жизнь. Неудивительно, что многие из королевского дома стремились стать для монарха такой важной фигурой. Дед Тамелия Олонсе был предусмотрительным человеком. Понимая, что жизнь его внебрачного, но любимого сына будет все время находиться под угрозой, он взял с его брата Кресалфа клятву, что венчать его сыновей на царство будет именно Савем. Кресалф не уберег старшего сына, но смог защитить своего незаконнорожденного брата, которого, кстати, он очень любил, несмотря на большую разницу в возрасте. Авангуро признала даже жена Олонсе, бабка Тамелия. Его считали верным человеком, он провел детские годы рядом с будущим монархом. Но, как видите, все закончилось изгнанием.

Меня грубо прервали, милая Баст. Я непременно напишу продолжение.

Целую кончики ваших лапок'.

2. Из второго письма Мараона к Баст:

'Вас, наверное, интересует то замечательное собрание магов в Шапэйе, на котором присутствовал, ничего не подозревающий Льен, точнее, — ничего не слышащий!

Моя шутка удалась — он не должен был получить тогда чересчур много информации, но кое-что достаточное для своих выводов он понял.

Ваша роль в дворцовых интригах бесценна! Вы очень успешно предотвратили убийство нашего мальчика, когда пересекли ему дорогу в Голубой галерее.