Шрифт:
Пролог
Сон снился один и тот же, повторяясь каждую беспокойную ночь, а такими были абсолютно все. Засыпая, Алексей прекрасно осознавал, что картинка, виденная много раз и уже успевшая «набить оскомину», прокрутится вновь, рассказывая давно известный сюжет.
Ощущение этого обдавало непонятным холодом и мыслью о собственной беспомощности, той самой мыслью, которая человеку ненавистна более всех других.
Будто готовишься к неизбежной пытке. В этот раз дежа вю вернулось, и ничего необычного в этом не было. Всё будто заранее запланирова, вот что самое противное.
Цветной ролик запустился по известной программе, когда сознание потеряло привычную власть над человеком, а подсознание вошло в свои законные права.
На территории научной базы было неспокойно. Среди жилых и научных корпусов, вокруг бетонного бункера мобильной лаборатории, пронизывая всё насквозь, витал гнетущий страх, и ещё что-то, томящее и тревожащее душу, словно бы внутри стен из гофрированного металла поселилось что-то иное, чужеродное и непонятное, явно враждебное людям, ютящимся внутри него.
Мимо проходят двое учёных, оживлённо дискутируя на понятные им одним темы, связанные с физикой высоких энергий. Их легко выделить даже неопытному взгляду, поскольку ярко-оранжевые костюмы из общей массы не бросаются в глаза разве что дальтонику. Костюмы, как говорится в детских сказках, были не простые, а защищающие владельца от множества неприятных воздействий окружающего мира – от биологических и химических угроз до радиационных излучений. На плече красовалась эмблема научной экспедиции – колба на щите с наложенным изображением протонов и электронов, вращающихся вокруг атомного ядра, и флаги стран, принявших в ней активное участие.
Странное место. Странное и необычное абсолютно всем. Опасность или её малейшие признаки не проявляются, но стойкое ощущение, что она разлита в воздухе, что она обволакивает собою всё, поглощает и людей, и их постройки, жалкие по сравнению с громадным зданием завода на холме, слабыми машинами с нелепо смотрящимся камуфляжем...
Давит своей свинцовой тяжестью хмурое низкое небо, сквозь которое не проникает ни один животворный луч солнца, тёмный лес, развалины старого завода на холме и какие-то металлические конструкции на самом горизонте. Даже отсюда это исполинское творение видно во всей своей первозданной мощи, незыблемости, хотя, если приглядеться, можно заметить парадоксальную вещь – по идее, за более чем тридцать лет со дня её последнего запуска, все её сочленения должны насквозь проржаветь, порасти мхом, однако глаз говорит об обратном – колосс чистого цвета металлик, и первый же луч солнца заставит его засверкать, отражаясь тысячами плоскостей.
Мрачная громада Загоризонтой РЛС «Дуга-1», верно служившая поставленной перед ней задачей – обнаруживать пуски баллистических ракет во всём мире, знакомьтесь.
Непонятно всё это, даже от вертолёта с его опущенными лопастями веет скрытой угрозой, а ведь он не из этого дикого и чужеродного мира, а оттуда, с Большой земли.
Подсознательно хочется бежать, громко крича и безумно размахивая руками, но та часть мозга, которой человек уделяет большое внимание, заставляла давить неосознанное, а стало быть, ненормальное желание. Лишь один УАЗик защитного цвета, бесполезный сейчас и мирно стоящий возле возведённого два дня назад ангара не источает это НЕЧТО, мучащее разум.
Сопровождение научной группы на очередной из бесконечной серии замеров воспринимается как благо, лишь бы уйти от этой «обители зла».
Люди собрались довольно быстро – после объявления об очередной вылазке прошло около пятидесяти минут. Четыре бойца охраны, в числе которых был и он сам, из 2-ого отряда специального назначения и три исследователя, облачённые в свои защитные скафандры. У двоих на лица надвинуты круглые «забрала» - шлемы из тёмного сверхпрочного пластика, а один, с чисто выбритой головой, что-то вертит в руках.
– Давайте профессор, начинайте инструктаж, - раздался из-под шлема голос командира отряда. Голос был сильный, волевой, как и сам командир – человек лет сорока, но крепкий, мускулистый. Командиром он был прекрасным и профессиональнейшим.
Щуплый человек, тот самый бритый с открытым лицом, шагнул вперёд.
– Мы значит должны…вообщем план…исследований таков – нам необходимо добраться до строений того завода, хотя бы до его окраин. Там мы проведём, э-э, серию замеров, - собрался с духом научный работник, смущённый видом бойцов охранения.
– А мы Вам ничего должны, господин учёный- задиристым тоном отозвался один из спецназовцев, демонстративно зевнув.
– Лугов, рот закрой и вернись в строй, - слегка повысив голос, заткнул подчинённого командир, - Боевая задача ясна? Тогда в охранительный строй, - подытожил он, обведя взглядом своих бойцов и исследователей, переминавшихся с ноги на ногу.
– П-позвольте заметить, когда мы пересечём болота и дойдём до подножья холма, будет своего рода оптический эффект…Всё будет, своего рода, в жёлтых тонах. Ну, словно, вам на глаза надвинут жёлтый светофильтр. Это не опасно, всего-навсего…эффект… оптический, - замямлил бритый учёный, заискивающе глядя в глаза командира. Тот кивнул, жестами указав подчинённым и учёным их место в строю. Строй выглядел следующим образом – исследователи в центре, командир впереди, Алексей на правом фланге, на левом сержант Рыбаков, грузный «мужичина» сорока лет, прекрасный знаток восточных единоборств, в арьергарде лейтенант Лугов, высокий человек старше тридцати пяти лет, с небольшой горбинкой на носу, тот самый, кто задирал учёного.
За спиной осталась стена из гофрированного алюминия с пущенной поверху колючей проволокой, а прямо по курсу лежало болотце, заросшее камышом и другими болотными травами, на старых картах отмеченное как озеро.
– Стойте, впереди чрезвычайно высок уровень аномальной активности, - взволнованный лысый, с мокрой от пота головой потряс перед самым носом Алексея детектором с зелёным экраном, на корпусе которого мигала тревожная красная лампочка, видимо и впрямь доказывавшая, что «чрезвычайно высок уровень аномальной активности».
Командир коротко кивнул Рыбакову, указывая взглядом на землю в трёх метрах вперёд, над поваленным стволом дерева со следами чьих-то когтей на полусгнившей коре ствола.
Тот понял приказ без пояснения, достал из широкого нагрудного кармана увесистую гайку, коротко замахнулся и метнул её к коряге. Сначала она летела как каждая добропорядочная гайка, но над самой корягой ударилась о невидимую преграду, остановившись прямо в воздухе, а затем отлетела куда-то в сторону настолько быстро, что даже тренированный взгляд бойцов не смог точно уловить направление, а спустя мгновение послышался звук булькнувшего предмета, а в десяти метрах правее по воде пошли расходящиеся круги. Сила, с которой гайка была отброшена, ясно говорила о нешуточной мощи аномалии.