Чтение онлайн

— Вы, товарищ хороший, какое отношение имеете к тем дизелям?

— Имею, Василий Демьяныч, — усмехнулся Алексей. — Привез вам приказ. Прекратить разгрузку оборудования. А если разгружено, погрузить обратно.

— Вот те и на! — изумился добродушный речник и тоже встал.

— Прошлогодняя история! — сказал Митрохин и зло сплюнул на сторону.

— Дизеля разгружены, дорогой товарищ! — решительно заявил Василий Демьяныч. — Так что вертайтесь, откуда прибыли, и доложите там, где вам дали приказ.

Алексей отлично понял все, но не мог сдержаться, чтобы не поозоровать.

— Жаль. Обратно грузить придется. Как без второго крана управитесь?

Не удостаивая его ответом, Василий Демьяныч шагнул к выключателю.

— Занятия в конторе окончены, дорогой товарищ. Пора по домам! — и погасил свет.

Втроем они вытеснили Алексея из каюты и, вероятно, спустили бы с лестницы, не сумей он на ходу убедить их, что приказ у него не от кого-нибудь, а от самого Кравчука.

Василий Демьяныч прочел приказ вслух и… решительно отодвинул:

— Недействительный!

Теперь уже разозлился Алексей:

— В чем дело?

— Подписи нету.

— Тут же печать круглая. С подлинным верно.

— Каждая печать круглая, — пренебрежительно возразил Василий Демьяныч. — У меня вот тут в ящике, — он хлопнул мощной ладонью по столешнице так, что звякнули стекла в оконцах каюты, — точный приказ: по прибытии дизелей немедленно приступить к выгрузке. Подписано лично начальником строительства товарищем Кравчуком Елисеем Назарычем. Не с подлинным верно.

— Что я шутки шутить прилетел? — взорвался Алексей.

— Не знаю, не знаю, — ответил Василий Демьяныч, совершенно невозмутимо. — Приказ у меня есть. Дизеля разгружены. Нашему разговору конец.

Алексей хотел уже бежать на рацию, срочно связываться с управлением стройки, но вовремя догадался.

Достал из кармана гимнастерки командировку. Показал начальнику пристани:

— Вот. С личной подписью!

— Давно бы так! — сказал Василий Демьяныч, прочитав командировку. — Садись. Обмозгуем это дело.

Когда все уселись, спросил Алексея:

— Ты как же располагаешь, до самой стройки по воде доставить?! Там пороги, однако?

— Если поспеем ко второй воде, можем проскочить.

— Когда она в тех местах бывает?

— Обещают к концу месяца.

Василий Демьяныч покрутил кудлатой головой.

— Время в обрез… Значит, так. Давай, товарищ Митрохин, подымай всю бригаду по тревоге! За ночь чтобы разгрузить двухсотку, которая с пиломатериалом. Утром подведем ее, перевалим все, кроме тяжеловесов, на нее. Чтобы завтра в ночь отчалить.

— А дизеля-то сгружены? — спросил Алексей. Василий Демьяныч снисходительно усмехнулся.

— За дизеля благодари товарища Митрохина. Второй день заставляю разгружать одним краном, а он кобенится. Хотел выговор ему вмазать, а придется премию давать. Ну, ребята, пошли! Кто на работу, кто на боковую.

— Я на работу, — отозвался Алексей.

— Тебе с дороги отдохнуть надо, — возразил Василий Демьяныч. — К тому же завтра ночью спать не придется. Есть у тебя где переночевать?

Алексей подумал, что, если отыскать Варьку, она, наверно, не откажется приютить его. Но тут же торопливо ответил:

— Нет у меня здесь никого знакомых.

По сходням спустились все вместе, а там Митрохин и его товарищ как-то незаметно исчезли, будто растворились в вечерней полумгле.

— Пойдем здесь, — сказал Василий Демьяныч Алексею и повел его самой кромкой берега. — Покажу тебе дизеля.

Приятно было неторопливо ступать по плотному зализанному волной песку. Легко дышалось прохладным речным воздухом. Радовало, что поспел вовремя, что дизеля еще не успели сгрузить, что завтра Василий Демьяныч проводит его в рейс. Повезло, — крепко повезло, черт побери! — что не кто другой командует здесь на пристани, а именно Василий Демьяныч.

И только наплывом нет-нет да и возвращалась томившая с утра тревога: почему не зашел перед отъездом к Фисе? Да еще немного досадовал на себя, что так испугался самой мысли повстречать Варьку…

— Вот они, дизеля, — сказал Василий Демьяныч, указывая на баржу, стоявшую на расчалках метрах в пяти от берега.

На палубе в ряд друг за другом, как стога на лугу, темнели три огромных, зачехленных брезентом ящика.

— Мелочь вся в трюме, — пояснил Василий Демьяныч, — завтра перегрузим на другую баржу. Поднимем осадку сантиметров на десять.

Алексею хотелось подняться на баржу. Если не посмотреть, то хоть руками потрогать эти самые дизеля. Василий Демьяныч отговорил:

— Насмотришься. Дорога длинная. Еще в печенках они у тебя засядут, эти дизеля!

Василий Демьяныч жил в двухквартирном щитовом домике, точно таком же, как и те, что протянулись тремя улочками там, в оставшемся позади далеком северном поселке. И надо же так! И цвету был того самого — голубого…

Алексей поднялся на крылечко в состоянии некоторой растерянности. Когда же навстречу отцу бросился мальчуган с такой же светлой челочкой, Алексею стало не по себе…

У этого мальчика были озорные и счастливые глаза. Даже на незнакомого, на чужого дядю он смотрел счастливыми глазами. Алексей вспомнил печальный, не по-детски серьезный взгляд Толика, и словно кто шершавой рукой стиснул ему сердце…

Приветливая хозяйка угощала радушно:

— Вы кушайте, не стесняйтесь. Окромя хлеба все свое, не купленное. Сальце, да маслице, да грибки — мои хлопоты. А тугуночков Василий Демьяныч сам ловил и сам солил. По-крестьянски живем, все свое.

При этом с ее скуластого сибирского лица не сходила добрая степенная улыбка. Видно было, что рада принять гостя, и довольна, что есть чем попотчевать, и тем горда, что не с неба упало, а от трудов рук своих.