Путь поэта
Шрифт:
Пол литра водки, бьёт в лицо прибой.
Привет, ты не моя: расстаюсь с тобой!
Портрет: напомнил небу голубизной.
Авто остановилось у обочины, в снегах.
Её не унизить никак, раз я у неё в ногах…
Забыв ключ от дома, ствол, карту, и очки:
ты знай-в твоей душе, не на груди значки.
К тебе долго лететь за туманную тьму;
мечеть, не надо веры не приму, пойму.
Букет цветов забытый в спешке на столе -,
загс помнит о нашем пути сердец и колец!
Кресты – капель слёз на ваши венки;
жизнь даёт оплеуху, и под зад пинки…
Наша любовь – желание тела, и душ, -
на лобок, а после секса примем душ.
В душе-обрывки пьес, стиха; не грусти,
в тебе, что нужно мне, – в себя впусти!
Твои чувства скоротечны, влекут к себе, -
я приближаюсь к тебе, от тебя-не в себе.
***
Жизнь моя крепись, не хворай, -
я познал, что такое боль и ад…
А; иногда, познавал, и твой рай,
с нею буду счастлив без монад.
Я с тобой, и забываю обо всём;
и как же, жил без тебя Любава?!
На тебя молюсь как на икону-всё:
ты необходима мне-моя забава.
Я понял, что любовь есть счастье,
без любимой, был ничьей частью.
С Фильзой время протекало тише, -
мне хотелось, коснуться её пониже.
Тебя прислала ко мне сама Весна:
пишу про тебя, мне не хватает сна!
Никак, не могу дописать концовки…
Жизнь подбрасывает марганцовки.
Позор поэту! Я не помню сих стихов;
что написал их-слава во веки-веков!
С ней мягко погрузимся, на её глубину;
всплывая на берег, снова упадём ко дну.
Наше расслабление, как пьянящее вино:
ты была не со мной-мне теперь всё равно.
На мне танец египетской богини Хатшепсут, -
я удивлюсь, если также хорошо готовишь суп.
Невообразимо великолепная, в голом наряде:
я нужен тебе, у нас будет всё в полном поряди.
И, счастьем задышит наша любовная связь;
больше не нужен мобильный-сотовая связь!
Мы почувствуем друг друга, и на расстоянии:
ты хочешь меня, я в приподнятом состоянии.
Сейчас, приближусь к любовным губам, твоим, -
мы вместе, с таким вожделением их раздвоим!
Неописуемое блаженство пронизывает нас;
словно, вся вселенная с нами, и она за нас…
Мы затекаем во все укромные глубины мест, -
такой необычный и совершенный наш квест.
Тебя тестирую на вкус, твой живот плоский:
ты улыбаешься мне, вижу тест-две полоски!
Я ликую, если будет дочка, – назовём Аней,
или Натой, а мальчика – Ваней либо Саней.
(После Фили, я прошу назвать дочь Ирой.
У нас девочка, все называют её Глафирой!)
***
Ты снова тут-со мной,
мой ангел неземной.
И, над твоей головой:
виден нимб с листвой!
***
Проникновенно люблю любовь твою:
мыслю о нас, и только для тебя спою.
Стихи сочиняю, и о тебе поёт сердце;
всё чаще, и чаще бьётся твоё сердце…
Твой поцелуй был почти невесомым;
но, для меня он стал самым особым…
Не нужно от меня так быстро бежать, -
нам будет вместе приятно возлежать…
Ты простишь меня за любовь к тебе, -
я не могу без любви, скучаю по тебе.
Вспоминай; хотя бы иногда, обо мне -,
и, я побуду с тобою наяву, а не во сне…
Я снова с тобой, а ты в мыслях с ним;
наверное, за день очень устала, усни.
Теперь; ты реже с ним, а чаще с ними -,
и только для меня твои трусики снимем!
Я больше не могу так долго её ждать.!
Мне плохо одному без Анечки лежать.
И грустная жизнь пролетит незаметно:
но будет когда-ни-будь счастье заветно.?!
***
Баба Ира очень хочет, умереть;
но, куда-то подевалась смерть…
Ах, ты подлая плутовка, с косой -,
а на улице постоит дева с косой.
Соседи её называют: «Дюплекс»;
с нею жить нужно в доме дуплекс!
Неприятно вредная и злая бабуля, -
с виду щенок, но тянет на пит-буля.
Весна приходит, бабка не рада;
ведь, эта весна станет хуже ада!
Бабулю не раз стукнуло: 86 лет:
ей стало трудно ходить в туалет.
У неё; уж, отекают и болят ноги, -
так её наказывают ангелы-боги…
Врачи к ней приходят, делают укол:
попросит: усыпите и оденьте чехол.
А смерть сидит, молчит, и вздыхает, -
что же, её Ира ждёт, зовёт, а не хает?
Верно, в 22 году будет мировая война;
потому, так сильно желает смерти она.
Бабка Ира, ты ещё немного поживи,
прибавкой к своей пенсии, – поживись!
С солнышком, – погрейся на скамеечке,