Чтение онлайн

А если ночью подморозит как следует, люди под этими навесами проснутся с инеем на бровях и с серьезными вопросами к тому, кто обещал, что все будет хорошо. Вот только никто ничего не обещал, и это, пожалуй, единственное, что избавляет от угрызений совести. Хотя не совсем избавляет, если честно, хотелось бы людям предоставить хотя бы какие-то базовые удобства, а то заболеют ведь.

Поднялся на стену у ближайшей лестницы и остановился, потому что картина сверху заслуживала отдельного внимания. Направляющие монтировались одновременно в нескольких местах, и вместо обычного деревенского бардака перед глазами развернулась настоящая организованная стройка.

Хорг расставил бригады по участкам метров в пятьдесят каждый, и они двигались навстречу друг другу, замыкая секции в единый путь. Одни крепили шпалы и обстругивали направляющие, другие стучали топорами, выбирая чашки под стыки, и над всем этим раздавались периодические окрики прорабов, назначенных из самых толковых работяг.

Сам Хорг стоял на соседнем участке и что-то втолковывал двоим мужикам, тыча пальцем в заготовку. По жестикуляции и по тому, как мужики втягивали головы в плечи, втолковывание шло не самым ласковым образом. Но работа двигалась, и двигалась быстро, это видно даже отсюда.

Толковый ход, если так вдуматься. Даже если весь контур замкнуть не успеем, бригады состыкуются раньше, чем дойдут до конца. Появятся замкнутые участки, по которым уже можно гонять вагонетки, пусть не по всему периметру, но хотя бы там, где это нужнее всего. А нужнее всего, разумеется, на северной стороне, откуда и ждем гостей.

Сколько там до прихода жил осталось? Считал и сбился, дни тут бегут так, что утром просыпаешься и не знаешь, какой сегодня день недели или вообще год. Век-то понятно, почти что каменный, если судить по технологиям и к этому уже как-то привыклось.

А к вечеру уже и не важно, потому что завтра будет точно такой же день, от рассвета до темноты без перерыва на выходные, обеды и ужины. Работать от рассвета и до рассвета, потом чутка вздремнуть и снова возвращаться к бесконечному труду. Даже начинает нравиться такое, я бы может и в прошлой жизни так работал, но здоровье начинало подводить. А тут запас здоровья какой-то совершенно неправильный и где-то в глубине души даже интересно, какой у меня запас прочности.

Но на самом деле ощущение потихоньку подкатывает… И оно не из тех, которые можно отмахнуть или объяснить усталостью. Что-то зреет, давит изнутри, как перед грозой, только гроза уже идет, а давление все равно не отпускает.

Может, Основа в воздухе течет по-другому, может, земля под ногами гудит чуть иначе, но всё это на уровне интуиции, которой я пока не научился доверять полностью. И люди вокруг напряжены, это тоже заметно, пусть и стараются держаться и делать вид что всё хорошо. Работают, разговаривают, шутят даже иногда… Но взгляды нет-нет да и скользнут по лесу за стеной, задержатся на секунду дольше, чем нужно, и только с видимым усилием возвратятся обратно.

Спустился со стены и побрел дальше. У основания частокола заметил свежие кучи камней, сложенные через каждые двадцать-тридцать шагов. Булыжники и обломки породы, всё, что нашлось под рукой и могло полететь вниз при необходимости.

Рядом с одной из куч на земле сидела девчонка лет трех, может четырех, в мокрой рубашонке, и мордашка у нее была до того серьезная, что позавидовал бы даже Гундар. Она подбирала мелкие камешки, складывала в подол и деловито несла к общей куче, где вываливала и бежала обратно.

Камешки размером с грецкий орех, от них, конечно, толку столько же, сколько от мухи на заднице зубра. Но всё равно девчонка трудилась так самоотверженно, будто именно ее вклад решит исход будущей битвы.

Какая-то женщина окликнула ее, и та побежала к матери, рассыпав по дороге половину добычи, но даже не обернулась. Маленькие ножки шлепали по лужам, коленки блестели от грязи, и я поймал себя на том, что стою и смотрю ей вслед, хотя давно пора идти дальше.

Ладно, хватит, тут и без меня разберутся. Вот только настроение после этой картины стало таким, что хочется одновременно строить и ломать. Причем ломать в первую очередь тех, кто вынуждает трехлеток таскать камни для обороны. Понятно, что никто эту девочку не заставлял, но ведь даже она прониклась надвигающейся бедой и просто по-детски пытается помочь.

Вскоре вернулся домой, уже собрался зайти внутрь, но на пороге замер, потому что глаз зацепился за что-то неправильное. Мозг определенно что-то заметил, но пока не удосужился доложить мне, что именно, и теперь я стоял под дождем и пялился на свое жилище, пытаясь вычленить из привычной картины то, что ее нарушало.

Вроде всё на месте, ничего не сперли, хотя следов перед домом многовато. Впрочем, Рект с Улем постоянно куда-то шляются и натоптать успевают за двоих каждый, а дождь размочил площадку и каждый след превратился в грязевую кашу. Нет, следы это нормально, ничего подозрительного, тут что-то другое.

Дом тоже в порядке, стены целы, крыша вроде не потекла. Заглянул под навес и обнаружил все тот же знакомый хлам. Корешки от первой волосянки валяются и ждут, когда я их на клей переварю, и ожидание это уже затянулось неприлично. Надо бы заняться, а то старый запас быстро закончится, Ольд половину уже забрал на оперение для снарядов.

— Ай! — я невольно подпрыгнул, получив по мягкому месту. Лиственница тоже на месте, понял, всё хорошо. — Да покормлю я тебя! Но как-нибудь потом, сейчас с едой совсем туго.

Обошел дом и остановился возле глиняных горнов. Вернее, возле того, что от них осталось. Первый, самый старый, обрушился окончательно, превратился в кучу размокшей глины и соломы. Второй пока стоит, но вид у него такой, что одного хорошего порыва ветра хватит для прощальной церемонии.

Трещины расползлись по всему корпусу, труба накренилась и держится скорее по привычке, чем по какой-то конструктивной причине. Глина набрала воды и раскисла, а без обжига долговечность у нее, прямо скажем, не очень.

Зато коптилка пока стоит, хоть и давно не использовалась. Вот ее разбирать жалко, ей-то ничего не сделается, если только не решит упасть за компанию.

Дома никого, Уль с Ректом помогают Хоргу на стене, больше им деваться некуда. Да и правильно, чем больше дельных рук на монтаже, тем быстрее направляющие замкнутся в рабочий контур.

Инструмент прислонен к стенке, лопата на месте. Рог зубра тоже, а второй трогать не буду, он резервный и пусть дальше лежит в своей ямке под кустом, целее будет.