Чтение онлайн

Лицензия проводника стоит недельного содержания. Покупая лицензию, мы рискуем этой неделей. Либо найдем что-то, либо заработаем на туристах достаточно, чтобы вернуться на Землю. Там по крайней мере не задохнешься, как здесь, когда тебя выбрасывают на поверхность, в крематорий венерианской атмосферы. И не просто вернуться на Землю – вернуться так, как мечтает всякая туннельная крыса, улетая в первый раз в сторону Солнца – с достаточными средствами, чтобы купить себе Полную Медицину.

Вот что мне нужно – большая удача.

Последнее, что я сделал в тот вечер, – посетил Зал Открытий. Дело не просто в капризе. Я договорился о встрече с третьей женой Вастры.

Третья подмигнула мне из-под своей вуали для флирта и повернулась к своей спутнице, которая оглянулась и узнала меня.

– Здравствуйте, мистер Уолтерс, – сказала она.

– Я так и думал, что застану вас здесь, – сказал я, и сказал правду. Но как назвать женщину, не знал. Моя собственная мать была достаточно старомодна, чтобы взять фамилию отца, когда они поженились, но тут, конечно, это неприменимо. «Мисс Кифер» достаточно точно, «миссис Коченор» – дипломатично. Я решил проблему, сказав:

– Поскольку нам придется много времени провести вместе, не перейти ли на имена?

– Значит, Оди?

Я одарил ее улыбкой в двенадцать зубов.

– Мать у меня шведка, отец – прирожденный техасец. Это имя часто встречается в нашей семье… Дорота.

Третья Вастры слилась с фоном, а я принялся показывать Дороте Кифер чудеса Зала Открытий.

Зал должен разогреть интерес земных туристов, чтобы они побольше денег потратили на раскопках хичи. В нем всего понемногу, от карт раскопок и большой меркаторовой карты Венеры до образцов всех находок. Я показал ей копию анизокинетической сумки и оригинал пьезофона, который сделал его открывателя почти таким же богатым, как и обладателя сумки. Тут было с полдюжины настоящих огненных жемчужин размером в четверть дюйма; она лежали на подушечках под бронированным стеклом и сверкали холодным молочным светом.

– Они делают возможными эти пьезофоны, – сказал я Дороте. – Сам прибор – человеческое изобретение: но действует он благодаря огненным жемчужинам, они преобразуют механическую энергию в электрическую, и наоборот.

– Они красивые, – сказала она. – Но зачем их так охранять? Я видела более крупные на прилавках в Веретене, и никто за ними не смотрит.

– Тут небольшая разница, Дорота, – объяснил я. – Эти настоящие.

Она вслух рассмеялась. Мне понравился ее смех. Ни одна женщина не выглядит красивой, когда смеется, и девушки, которые заботятся о том, как они выглядят, стараются не смеяться. Дорота Кифер выглядела как здоровая хорошенькая женщина, которая неплохо проводит время. Если подумать, то это лучшая женская внешность.

Впрочем, она выглядела не настолько хорошо, чтобы заставить меня забыть о новой печени, поэтому я перешел к делу.

– Маленькие красные шарики вон там – кровавые бриллианты, – сказал я. – Они радиоактивны. Недостаточно, чтобы причинить вред, но они остаются теплыми. Это один способ отличить настоящие от поддельных. Другой: все крупнее трех сантиметров – подделка. Большие камни излучают слишком много тепла. Закон кубов, знаете ли. И потому они расплавляются.

– Значит, тот, что хотел мне продать ваш друг…

– Подделка. Верно.

Она кивнула, продолжая улыбаться.

– А вы что пытаетесь нам продать, Оди? Что-то настоящее или подделку?

К этому времени Третья дома Вастры незаметно исчезла, так что я перевел дыхание и сказал Дороте правду. Не всю правду, может быть, но ничего, кроме правды.

– Все то, что здесь, – сказал я, – результат поисков тысяч людей во множестве раскопок. Не очень много. Сумка, пьезофон, два-три других устройства, которые мы можем заставить работать; несколько предметов, которые еще изучаются; и много пустяков. Вот и все.

– Так я и слышала, – ответила она. – И еще одно. Все стоящие открытия сделаны не менее двадцати лет назад. – Она оказалась умнее и лучше информированной, чем я ожидал.

– Следовательно, можно вывести заключение, – согласился я, – так как нового ничего не находят, что планета выдоена досуха. Вы правы. Так может действительно показаться. Первые старатели нашли все, что можно отыскать полезного… пока.

– А вы считаете, что есть еще.

– Надеюсь, что есть еще. Послушайте. Пункт первый. Стены туннелей. Они все одинаковы – синие стены, абсолютно ровные, свет исходит из их глубины и никогда не меняется, они очень твердые. Как их сделали хичи?

– Откуда мне знать?

– Я тоже не знаю. И никто не знает. Но все туннели хичи одинаковы. Если докапываться до них снаружи, везде одно и то же: вначале обычная скала, потом пограничный слой из полукамня и полуметалла, потом сама стена. Вывод: хичи не прорывали туннели и потом обкладывали стены металлом, у них что-то ползло под поверхностью, как земляной червь, оставляя за собой туннели. И еще одно: масса лишних раскопок. То есть такого множества туннелей им не нужно, многие из них никуда не ведут, они никогда ни для чего не использовались. Это вам ничего не говорит?

– Их производство должно быть дешевым и легким? – предположила она.

Я кивнул.

– Следовательно, это была автоматически действующая машина, и где-то на планете должна остаться хоть одна такая. Пункт второй. Воздух. Они, как и мы, дышали кислородом и должны были получать его откуда-то. Откуда?

– Из атмосферы. Он ведь там есть?

– Почти нет. Меньше половины процента. И большая часть не в свободном, а в связанном виде, в двуокиси углерода и прочей дряни Да и водяных паров в атмосфере тоже нет. Есть немного, но не столько, как, скажем, двуокиси серы. Когда вода пробивается сквозь скалы, не получается свежего чистого ключа. Вода тут же испаряется. И поднимается вверх – молекулы воды легче молекул двуокиси серы. Когда поднимается достаточно высоко, за молекулы принимается солнце и раскалывает их. Выделяется кислород и водород. Кислород и половина водорода идут на превращение двуокиси серы в серную кислоту. А другая половина водорода рассеивается в космосе.

Она вопросительно посмотрела на меня.

– Оди, – мягко сказала она, – я уже поверила, что вы специалист по Венере.

Я улыбнулся.

– Вы уловили общую картину?

– Мне кажется, да. Картина не очень приятная.

– Она очень неприятная, и тем не менее хичи умудрились получать достаточно кислорода из этой мешанины, дешево и легко – вспомните лишние туннели, которые они заполнили, – наряду с инертными газами типа азота. И сделали из всего пригодную для дыхания смесь. Как? Не знаю, но если это делала машина, я бы хотел ее отыскать. Следующий пункт: воздушное сообщение. Хичи много летали над поверхностью Венеры.