Чтение онлайн

Затем наступила вторая часть обучения, а соответственно, и вторая ступень. Китаец называл ее «Принятием мира других», и Арсений не сразу понял, что именно это означает. Как ни парадоксально, сложнее всего даются не тренировки, и вовсе не крушение обычной картины мира, сложнее всего осознать, что ты не всемогущ. Все проходят через это, но ни у каждого хватает сил противостоять собственной натуре, алчущей власти… Именно это и является вторым испытанием.

Во время тренировок, а затем и свободных Путешествий по этому причудливому миру, порой приходит ощущение всесилия. Ты среди людей, но невидим, или видим по своему желанию – этот мир одновременно и существует, и не существует. Возникает что-то вроде параллельной реальности рядом с нами, что непостижимым образом может влиять на вещи в реальности общей. К примеру, можно передвигать предметы, не прикасаясь к ним. Наверняка вы слышали о феномене полтергейста? Скорее всего, это были проделки Путешественника.

Со временем и вовсе удается изменять окружающий мир согласно своим желаниям – путешествовать на край Вселенной и вытягивать время, как заблагорассудится. Самое поразительное, что все это время ты находишься в своей комнате и возвращаешься обратно, когда пожелаешь. Тело во время таких путешествий отдыхает, а это значит, что с утра ты будешь чувствовать себя бодрым и выспавшимся, но забыть то, что происходило во время путешествий, невозможно. Однако все это чревато тем, что со временем вырабатывается «комплекс бога».

Ничего уже больше не имеет значения, кроме этих путешествий, мир кажется таким маленьким, а люди в нем – никчемными по сравнению со знанием, которое ты постиг. На замечания отвечаешь грубостью, замыкаешься в себе, а с недоброжелателями разделываешься в другом мире. Поразительно, насколько неразрывно связанными оказываются в другой реальности, все то, что мы воспринимали как данность. Карма, аура или просто энергетические токи земли в этом межмирье становятся вполне понятными и логичными – они призваны обозначать и связывать разные миры, пронзая насквозь реальность.

Каждый человек связан с природой невидимыми нитями, и если немного с ними поработать в состоянии злости, то выходит непредсказуемый результат, и редко он позитивен. В основном человеку начинает тотально не везти, вплоть до того, что он может провалиться в люк по дороге на работу и сломать шею. Именно пользуясь такими возможностями своего положения, начинаешь ощущать себя богом – никто не может остановить себя, ты сам себе хозяин, можно сказать, хозяин жизни. Так может продолжаться очень долго, пока не осознаешь, что ты такой не один.

Арсению повезло, ему помог Учитель – тот самый старый китаец. Просто однажды, когда Путешественник экспериментировал, кто-то постучал в дверь, и когда Арсений ее открыл, его с легкостью припечатали к стенке.

– Что ты творишь? – спросил Учитель. – Неужели не понимаешь что они обычные люди? Такие же обычные, как и ты, в тебе нет ничего выдающегося, раз ты так поступаешь, даже не освоив третью ступень.

Приведя Арсения в чувство и напичкав нравоучениями в стиле восточных мудростей, наставник поведал, что на этих двух ступенях обучение не заканчивается, это всего лишь его начало. Самая главная ступень для Путешественника – третья, завершающая обучение.

– Тебя не удивило, что в твой мир беззастенчиво вторгся я, хотя ты считал его своим? – снисходительно спросил старец.

– Да, это кажется немного необычным, хотя я уже перестал чему-либо удивляться, – потирая ноющее от удара о стену плечо, ответил Арсений.

– И боль чувствуешь? Хотя раньше такого не было с тобой здесь, – улыбнулся китаец.

Это действительно казалось странным, раньше боли и неудобств в этом межмирье Арсений не ощущал, и всеми своими эмоциями управлял сам, а теперь, как он ни старался, плечо ныло все сильнее, и боль разрасталась.

– А все потому, что ты меня не слушаешь! Ты, макакоподобное субсущество! У тебя были планы и стремления, желание помогать людям, а сейчас ты на кого похож? Нашел конфетку и бегает, хвастается всем! А вот, что ты сделал хорошего за все это время? Да ничего, ходишь и портишь людям жизнь, хотя им и так несладко. Думаешь, они грубят по доброте душевной, ан нет! Такими их сделали другие люди, точно такие же, как ты! – Наставник ткнул своим тонким крючковатым пальцем прямо в нос Арсению, и лицо старца в первый раз исказила гримаса злобы.

– Я, я, я думал… – внутри молодого Путешественника все менялось, он осознавал свое положение и вообще тот круговорот неприятностей, которому он стал причиной, и что в итоге эти неприятности должны были дойти и до него самого.

– Думал он! Индюк тоже думал! Не для того я рассказал тебе тогда все то, что ты знаешь, не для того привел из обычного мира к воротам Пути. Тогда в этом ресторанчике я видел перед собой личность, я видел перед собой человека, а ты умудрился его испортить, да как тебе не стыдно! – Старец качал головой, но его нравоучения теперь звучали скорее шутливо, чем серьезно,

– Тем не менее, – продолжал он, – я почему-то все еще верю в тебя, и мне кажется, что Путь должен быть открыт тебе. Третья ступень – это и есть дорога к Пути, и не надо меня спрашивать, что это такое. У каждого свой Путь. Понять, что это и пройти его нужно самому, только тогда ты станешь настоящим Путешественником. Путь – это помощь, как бы глупо сейчас это ни звучало, никогда не забывай этого, – сказал китаец и протянул Арсению старый затертый до дыр фолиант, – там ответы, желаю удачи. Затем он резко вскочил и вышел в дверь, и не дав сказать Арсению ни слова.

Оказалось, что фолиант можно прочесть только между мирами, в реальности его попросту не существовало, а когда Арсений оставлял его на тумбочке у кровати, утром там было пусто. В книге подробно разъяснялось, что представляет собой третья ступень, и как достичь ворот того самого Пути, о котором говорил наставник. Столь необычное знание манило юного Путешественника, и он не уставал применять свои знания на практике.

На третьей ступени приходило знание о том, что кроме мира людей есть еще одно измерение. Измерение общее, в которое может попасть каждый страждущий после определенной подготовки, причем процесс этот требовал неимоверных усилий и, как это ни странно, денежных средств на реквизит.