Путь
Шрифт:
Эллорн, помогая мне привести в порядок платье, улыбался загадочно, приглядываясь к моим вялым движениям. Не оставляло чувство, словно эльф ожидает чего-то.
«Ты удивительно умеешь молчать. — Заметил мягко. — Скажи вслух, выплесни тревогу».
Я не знаю, как сказать, что бы ни усложнить все еще больше. В твоей власти столь многое!..
«Не понимаю. — Удивился он. — Это что, страх?».
«Да».
Его ладони стерли слезы. Губы мягко прикоснулись к глазам.
«Ты же доверяла мне раньше, Элирен. — Напомнил принц, осторожно приглаживая мои встрепанные волосы под венком. — Почему теперь сомневаешься?».
«»Я не сомневаюсь в тебе! Я не сомневаюсь в твоей мудрости и справедливости. И я ни о чем не прошу - я не знаю, о чем мне просить!.. Но мне страшно за того, кто оступился. Вы так категоричны, эйльфлёр…»
«Он пытался тебя убить». — Напомнил Эллорн без вызова, поправляя одежду, застегивая пояс с изумрудными ножнами.
«Он мой друг. — Возразила, наблюдая с невольной опаской за сборами. — Мали ли кто желал моей смерти! Главное - кто помогал выжить».
Завеса над входом, помутнев, рассеялась искристой пылью. Постояв надо мной, Эллорн ушел, бросив на прощание:
— Не понимаю я вас, смертные!..
«Ты все же пришла. — Слегка удивился эльф. — Я ждал тебя все лето, и ты все же пришла».
«Уже осень». — Смущенно напомнила я, принимая протянутую руку, соединяя звучащий внутри меня ритм с его мелодией, делая первые нерешительные шаги по песку.
— Осень наступит нынче ночью, Элирен. — Спокойно возразил Маррир. — Сейчас еще лето… и оно прощается с тобой.
Танец сумбурен, как тьма между двумя вспышками. Как тишина, провалившаяся в волны грома. Как момент касания ногами песка, посреди непрерывного вихря движения…
— Элирен…
— Да?..
— Я могу проводить тебя в Мраморный Дворец.
Принимаю предложенную руку без колебаний, Маррир чуть задерживается на ступенях террасы, и над нами раскрывается радуга. Мы идем среди серого водяного вала, а над головами плывет цветной сполох, укрывая надежно от брызг. Входя под арку Мраморных ворот, оказываюсь совсем не вымокшей.
— По этому коридору до конца. — Спокойно говорит Маррир, не переступая порога. Некоторое время я смотрю ему вслед, уходящему в разноцветных искрах, потом решительно направляюсь по указанному пути.
Мне давно нужно было войти в эти двери, мне давно надо было спросить того, кто знает лучше. Если он мне ответит, я приму его совет. Любой. Лишь бы он ответил!..
— Входи, Элирен. — Пригласил эльф, поднимаясь навстречу. — Разделив со мной десерт, ты доставишь мне удовольствие.
В присутствии королей я всегда сильно терялась. Поздоровавшись скомкано, изо всех сил стараюсь успокоиться, получается плохо. Проницательно понаблюдав за моими попытками споткнуться о ковер, уронить некстати подвернувшийся столик на низких ножках, и сесть мимо кресла, Эманель спросил участливо: «»Ты позволишь услышать твои мысли?
Безусловно, Король. Волнение делает меня косноязычной, возможно, ментально я умудрюсь быть понятнее…
Он сосредоточенно вслушивается в хаос разорванных мыслей, что роятся, никак не желая упорядочиваться.
— Я слышу тревогу. Я слышу сомнения. Понимаю, что пришла ты за помощью, но, честное слово, не понимаю, за какой.
— Если бы я сама знала! — Согласилась потерянно, чувствуя себя не только скованно, но и глупо. — Если бы могла точно понять, чего ожидаю от наступающих дней!
— Хорошо, давай попробуем обсудить вместе твою тревогу. — Легко предложил Эманель, откидываясь в кресле: не глядя, протянул руку, взял с уставленного посудой столика позади блюдо с клубникой, переставил его на ажурную подставку между нами, жестом приглашая, — присоединяйся. Интересно, когда я перестану удивляться поголовной информированности эйльфлёр о пристрастиях скромной личной персоны? Кто еще из них не знает, что я обожаю клубнику в сметане?
Он рассмеялся, и так же, не оборачиваясь, переставил на подставку вазочку со сметаной и сахарницу.
— Мне положено знать все. — Посмеиваясь, но не в шутку вроде бы, пояснил, устраивая у себя на коленях другое блюдо, с черешней. — Всё и про всех. Я ведь Король как-никак…
Это точно.
— Что значит «это точно»?
— Не знаю. — Расслабляясь, призналась я. — Но произнося: «»Король Эманель«» я не испытываю сомнений.
Он помолчал, перебирая ягоды на своем блюде, слегка качнул головой:
— Благодарю вдвойне. За комплимент, и за искренность. Итак, первый вопрос на обсуждении: что тебя тревожит. Начнем?
— А второй? — Удивилась.
— Как ты находишь клубнику. Если хочешь, можно поменять их местами.
Да, эйльфлёр, вы умеете быть изумительно очаровательными, когда захотите.
— Я ничего не слышал. — Добродушно предупредил Эманель.
А я ничего и не сказала пока. Но я пришла не за клубникой, Король, хоть она и великолепна. Я пришла услышать правду, полную, исчерпывающую правду без всяческих отговорок и недосказаний: почему эйльфлёр не уходят, Король?
— А почему ты вернулась? — Негромко спросил он. — Мне не нужна вынужденная откровенность, Элирен, ты можешь промолчать, если желаешь. Но если ты все же найдешь в себе силы ответить на мой вопрос с той же искренностью, которой ожидаешь от меня, ты поймешь, что ответила сразу на два вопроса.
— Это разные вещи! Если ты действительно информирован столь точно, ты знаешь, что выбора у меня не было.
«Да?».
«Да! Здесь оставался Эллорн!»
«Вот потому и мы не уходим».
Ладно. Тогда ответь мне откровенно, эйльфлёр, почему не уходит Эллорн?
Неподдельное изумление в синих глазах заставило меня усомниться в здравости собственного рассудка.
— Наверное, лучше спросить у него. — Осторожно заметил Эманель, забывая доставать из черешен косточки.
Он не отвечает мне, так же, как и ты. Наверное, напрасно я потревожила твое одиночество, Король.