Чтение онлайн

— Вас сдуло ветром, не иначе! — рассудительно ответила мать семейства. — Вы откуда летели?

— Из Клювов, — буркнул Сумрак.

— А куда?

— На остров в море Хуулмере.

— Великое Оледенение! Да вы пролетели его! Промахнулись примерно на пять сотен лье!

— Что? Мы пролетели над ним и даже не заметили? — еле слышно пролепетал Копуша.

— А где мы сейчас? — спросила Гильфи.

— В Ледяных Проливах, на дальнем берегу Хуулмере, возле границы с Северными Царствами.

— Где?! — хором ахнули все четверо. — Ладно, не такие уж вы дураки, — успокоил их отец-тупик. — Всему виной плохие погодные условия.

— А они тут бывают другие? — хмыкнула его подруга.

— Не бывают. Просто ветер подул в эту сторону и засосал их к нам, в Проливы, а тут еще этот шквал…

— Что еще за шквал?

— Сильный порыв ветра, вроде снежной лавины. Что-то подсказывает мне, что вы и про лавины никогда не слышали. Я угадал?

— Угадал. Что такое лавины? — покорно спросил Копуша.

— Как бы вам попроще объяснить… Это такой огромный снежный оползень, как шквал, о котором я говорил, но бесснежный. Просто очень сильный ветер. Ледяной воздух наступает целым фронтом и крушит все на своем пути. Он-то и притащил вас в Проливы и швырнул о стену нашего дома.

— Это ваш дом? — не понял Сумрак.

— Так точно. Причем единственный, — с гордостью ответил тупик-отец.

— Но где же вы тут живете?

— В ледяных трещинах и маленьких норках. Вообще-то эта стена совсем не ледяная. В ней полно камней. Так что здесь вполне можно угнездиться, если, конечно, уметь искать, — ответил тупик-отец и взглянул на свою подругу. — С юга наступает новый шквал. Лучше пригласить их внутрь. Эй вы, идите за нами!

Ледяное гнездо оказалось просторным, но вонь в нем стояла просто невыносимая.

— Чем это так пахнет? — робко пискнула Гильфи.

— Где пахнет? — не понял маленький тупик по имени Крепыш.

— Здесь пахнет! — рявкнул Копуша.

— Наверное, рыбой, — ответил отец семейства.

— Рыбой?! Вы едите рыбу?

— A у нас есть выбор? Так что постарайтесь притерпеться.

— Пойду-ка я порыбачу, пока не поднялся буран, — заявила мать.

Сорен проводил взглядом удаляющуюся птицу. Какие все-таки странные создания эти тупики! Дело было не только в их огромных, ярко-оранжевых клювах и даже не в темных, обведенных красным, глазах, глубоко сидевших в глубине белых перьев. Само тело этих птиц было совершенно непонятной формы. Коренастое, лишенное всякой грации и изящества, с выпирающей грудкой, из-за которой казалось, будто птица в любой момент сорвется с места и ринется вперед. Как они при таком сложении ухитряются летать?

Тем временем самка тупика помедлила на краю гнезда, словно не решаясь прыгнуть вниз, а потом нехотя завертела крылышками, готовясь окунуться в море. Дальше произошло нечто совсем невероятное. Мама-тупик на глазах стала гладкой и стройной. Ее широкая голова и толстый клюв без всплеска рассекли ледяную воду, которая мгновенно сомкнулась над ее хвостовым оперением.

Сорен с Гильфи, Сумраком и Копушей застыли на краю гнезда. Они ждали и ждали, а потом растерянно переглянулись.

— Послушайте, — вежливо начала Гильфи, оборачиваясь к отцу семейства. — Я боюсь, с вашей супругой что-то случилось… она… Она нырнула в море и до сих пор не вынырнула.

— Да? Ничего, ей нужно время… Думаете, так просто прокормить столько ртов?

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем самка тупика снова вынырнула на поверхность. Из клюва ее рядком торчало несколько мелких рыбешек. — Вот она! Наконец-то! — воскликнула Гильфи.

— Вот такая наша мамаша, — вздохнул Крепыш. — Надеюсь, она поймала немного мойвы. Обожаю мойву. Если вам она не по вкусу, отдайте мне свою порцию, договорились? Ну, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!

— С удовольствием, — ответил Сорен. С каждой минутой, проведенной в этом ледяном гнезде, ему все меньше хотелось есть.

— Послушайте, — перебил его Сумрак. — Как она собирается вылезти оттуда?

Совята снова сгрудились у края ледяного гнезда. Внизу, в море, происходило что-то странное. Казалось, будто самка тупика пробует бежать прямо по поверхности воды, бешено хлопая крыльями.

— Взлет с воды — дело непростое. Возможно, мы не самые лучшие в небе, зато умеем нырять и плавать. Воздушные мешки позволяют нам очень долго находиться под водой. Но вот взлетать — это другое дело. Самое трудное, честно сказать.

Самец подошел к краю своего ледяного дупла и крикнул:

— Душечка, попробуй вот тут, с подветренной стороны, здесь вода поспокойнее.

Самка метнула на мужа испепеляющий взгляд и процедила сквозь занятый рыбой клюв:

— Хочешь, чтобы я врезалась прямиком в стену, пустая голова? Тут же ветер попутный! Что будет с твоим ужином, если я ударюсь клювом в скалу? Если ты такой умный, можешь спуститься и наловить рыбы самостоятельно!

— Ох, душечка, я об этом не подумал. Прости, свалял дурака, — повинился самец и снова повернулся к гостям. — Вообще-то мы не очень сообразительны. То есть мы отлично ныряем, умеем ловить рыбу, жить во льдах и все такое, но вот ума у нас маловато. ют гораздо больше, чем кажется.

— У вас просто заниженная самооценка, — объяснила Гильфи. Тупики были не только отличными рыбаками и ныряльщиками, но и превосходными предсказателями погоды. Они объяснили друзьям, что вскоре ветер ненадолго переменится, так что они смогут подняться в воздух и улететь до начала нового бурана.

— Видите ли, молодежь, — пояснил самец, — в Ледяных Проливах девять дней из десяти гуляют шторма. Те самые, что занесли вас сюда. Но существует и десятый день, когда ветер меняет направление и дует в противоположную сторону. Сильный шквал отнесет вас обратно в Клювы, если, вы, конечно, хотите туда вернуться.