Путеводная душа

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.

Автор: Опал Рейн

Название: «Путеводная Душа»

Серия: Невесты Сумеречных Странников

Перевод: Юлия

Обложка: Юлия

18+ (в книге присутствует нецензурная лексика и сцены сексуального характера) Любое копирование без ссылки на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО! Пожалуйста, уважайте чужой труд!

Тропы

монстр-романс

демоны и магия

вынужденная близость

враги — возлюбленные

мрачный герой x солнечная героиня

— горячие сцены 18+

Пролог

Если бы у кого-то были глаза, способные видеть, они бы, вероятно, заметили беспорядок в этой просторной лаборатории с высокими потолками. Как стены и потолок были сделаны из ветвей белого дерева, а черный обсидиан сверкал на полу. Они бы заметили золотую руду, заполняющую промежутки между ветвями и помогающую поддерживать стекло в крыше.

Они бы увидели, что у каждой стены в этой восьмиугольной, почти круглой комнате стояла либо доска для письма, либо скамья из черно-золотого мрамора.

Они бы попытались понять, какими ингредиентами завалены шкафы, подоконники и скамьи, так как стеклянные мензурки, трубки и металлические банки стояли от одного конца комнаты до другого. В некоторых содержалась измельченная пыль, в других — цельные предметы, такие как корни растений, цветы и листья. В некоторых были жидкости разных цветов.

Человек мог бы даже разинуть рот, глядя на прекрасный круглый белый свет, похожий на взрывающуюся звезду, свисающий из самого центра этой треугольной крыши, и изумиться тому, как он питается магией. Или с трепетом уставиться на маленькие красные, синие, зеленые и серебряные сферы, свисающие с потолка и меняющие расположение, чтобы имитировать их текущие астрономические точки на небе.

Она знала, без сомнения, что они чесали бы затылки, глядя на математические уравнения, написанные на каждой доступной поверхности.

Рэйвин, которая не могла видеть, знала состояние своей драгоценной лаборатории по запахам, по ощущениям и по звукам — например, по шелесту бумаг, свободно трепещущих в зажимах от ветра, мягко проникающего внутрь.

— Сайкран, не мог бы ты закрыть окно? — пробормотала она, хмурясь над бумагой в правой руке, слишком рассеянная, чтобы повысить голос.

Она провела пальцами по выпуклостям, выгравированным на бумаге, чтобы прочесть написанное.

Сайкран ничего не ответил, но ее острое ухо дернулось от звука его легких шагов, направляющихся к единственному открытому окну в ее просторной лаборатории. Несмотря на его обычную бесшумность, Рэйвин могла определить, где он находится, по его глубокому дыханию, а в последнее время она замечала его даже по шелесту одежды.

Окно издало приглушенный щелчок, и едва заметная улыбка тронула ее губы.

Некоторые нервничали из-за того, что ее ассистентом работал Демон, учитывая, сколько его сородичей истребили эльфийский народ. Рэйвин же, напротив, не могла представить никого более сносного.

С того дня, как она случайно ослепила себя магией, отношение людей к ней изменилось. Кто-то опасался, что она поранится в своей лаборатории, другие волновались, что она навредит окружающим, взорвав эту часть дворца совета — это было бы не впервые, и такое случалось еще до того, как она потеряла зрение.

Конечно, было гораздо больше тех, кто знал, что Рэйвин не прекратит свои эксперименты, где бы она ни находилась, поэтому безопаснее было позволить ей работать там, где она изолирована и под присмотром.

Многие вызвались быть ее ассистентами, но никто не был так терпелив, как Сайкран. Никто не был так тих, даже в том, как они дышали. Никто не был так благодарен, как он.

Более того, никто не умел отличать то, что ей действительно нужно, от того, что, по их мнению, ей требовалось.

Другие мешались под ногами, пытаясь быть чрезмерно полезными, но он редко теснил ее и предпочитал прислоняться к одному из шкафов, так как свободного места у стен почти не было. Он также говорил только по необходимости — за исключением моментов, когда хотел побыть маленьким саркастичным засранцем, но это было частью его обаяния.

Справа она осторожно нащупала и взяла флакон с отчетливым перечным запахом, затем другой — с мускусным.

— Желтогребень и колокольный шалфей, — прокомментировал он, что заставило ее поставить флакон с мускусным запахом и вместо него схватить контейнер слева. — Желтогребень и кольчатый шалфей.

Поднося оба ближе, она ощупала пальцами бумагу с выпуклостями эльбрайля, чтобы прочесть свои заметки.

Буквы, состоящие из треугольников и линий, сообщали ей, что там написано — и на эльфийском, и на языке математики, — и она была благодарна, что такое письменное ремесло было доступно. Всего лишь с небольшим количеством магических чернил эльбрайль образовывал выпуклые узоры на пергаменте.

Это также позволяло всем, независимо от того, есть у них нарушения зрения или нет, читать написанное.

Остальную часть эксперимента она могла выполнить без помощи Сайкрана, так как у нее были все необходимые инструменты с выгравированным на ручках эльбрайлем, сообщающим об объеме мерки. У каждой ложки был сбрасывающий механизм, так что ей не нужно было касаться содержимого — например, пятнистых зелено-розовых пыльцегрибов, которые могли быть весьма ядовиты.

Всыпав крошечное количество желтогребня в стеклянный контейнер, уже заполненный другими ингредиентами, в основном жидкими, Рэйвин замерла, собираясь добавить грамм кольчатого шалфея.