Чтение онлайн

К стене дома жались два чахлых деревца, на каждом было по три-четыре ветки с мелкими буроватыми листочками. На сухой потрескавшейся земле кое-где виднелись клочки такого же буроватого цвета травки.

Разглядев здешние красоты, я вновь запаниковала: "Да что же это за место, в самом деле! Не может Катя жить в таком месте! А если Эксперты просто решили наказать меня за несговорчивость, заманив в самую глухую дыру во Вселенной и бросив в этой дыре?"

Я подошла к двери и три раза постучала. Послышался скрежет ключа в замке, затем дверь со скрипом начала поворачиваться. На пороге стояла...моя сестра Катя. Я ее сразу узнала, несмотря на то, что она выглядела не совсем обычно.

Она стала как будто ниже ростом. Ее лицо выглядело более плоским, а черты лица казались несколько размытыми. Взгляд у нее был какой-то потухший, и я не могла понять, рада она встрече со мной или нет. На вид ей было, по-прежнему, около двадцати, и теперь старшей сестрой казалась я. На Кате был мешковатый комбинезон зеленого цвета и грубые стоптанные башмаки.

– Катя, сестренка...- только и смогла я вымолвить.

– Здравствуй, Ольга, - ответила она, и по ее голосу я почувствовала, что Катя тоже взволнована.
– Проходи.

Она жила в одной большой квадратной комнате, в которой, кроме убогой мебели, я разглядела маленькую газовую плитку, унитаз и проржавевшую ванну. Комната освещалась единственной электрической лампочкой под потолком. Немыслимое убожество!

Сестра пододвинула мне стул, а сама начала накрывать на стол. Это не отняло у нее много времени, так как кроме хлеба из муки очень грубого помола, сероватого сыра и какой-то коричневой бурды в стеклянной бутыли в доме, похоже, ничего не было. Посуда напоминала о каменном веке. Такие тарелки и чашки сохранились разве что в забытых цивилизацией деревнях. Вилок и ложек я не заметила, только большой нож, которым Катя нарезала хлеб.

Чтобы не обидеть сестру, я, преодолевая отвращение, сделала себе бутерброд. Катя разлила по чашкам жидкость из бутыли и присела напротив. За все это время мы не сказали друг другу и пары слов. Я попробовала бутерброд и отметила, что на вкус он не так плох, как на вид. Ну что же, пора было начинать разговор.

– Катя, как ты здесь оказалась?
– решилась я, наконец, задать вопрос.
– Это место... здесь так темно и неуютно.

– Я не знаю, - ответила мне сестра.
– Я... заснула там, а проснулась здесь.

– В этой самой комнате?

– Нет, в другой, гораздо больше этой. Там было много людей. А потом ко мне подошли и отвели сюда. Утром за мной вновь пришли и показали, где я буду работать. Теперь я каждое утро хожу на работу.

– И где же ты работаешь?

– На шахте. Мы добываем руду. Там я познакомилась с мужчиной, его звали Игорем. С тех пор мы все время были вместе, пока он не исчез.

Я начала что-то понимать. Интересно, знала ли Катя...

– Как ты думаешь, где он теперь?

– Он все время хотел вырваться отсюда. Искал какой-то переход. В городе есть библиотека. Он стал проводить там все вечера. По ночам шептал какие-то заклинания. Однажды сказал мне, что нашел выход. Предложил уйти, вернее, убежать вместе с ним. Только я отказалась. Один человек объяснил мне, что бежать не имеет смысла. Есть места и похуже этого. Кто вырывается отсюда, в конце концов, оказывается там.

"Так вот что ждет Игоря!
– подумала я.
– Но Эксперты сказали, что он должен вернуться к Кате. Может, они лукавили, и Игоря ждет одно из тех страшных мест, о которых говорит сестра? И главное, какова моя роль во всем этом?"

Я вдруг вспомнила о времени, отпущенном мне для свидания с сестрой, и посмотрела на часы. Оставалось еще целых четыре часа. Достаточно времени, чтобы поближе познакомиться с этим миром.

– Катя, пойдем погуляем по городу, там и поговорим, - предложила я сестре.
– Если, конечно, в городе не опасно.

– Опасно? Нет. Но боюсь, тебе будет неприятно видеть все это.

– Все это что?

Она молча надела плащ, похожий на старый армейский бушлат, и мы вышли на улицу.

Похоже, мы с ней были единственными, кто решил прогуляться этим вечером. Катя куда-то вела меня по пустынной широкой улице между массивными приземистыми домами, как близнецы похожими на дом, из которого мы вышли.

Показавшийся первый прохожий издалека по одежде напоминал полицейского. Но когда он подошел ближе, его вид поверг меня в шок. Я застыла, как изваяние, изумленно разглядывая его грушевидное лицо и темно-серую морщинистую кожу в мелких змеиных чешуйках. Носа как такового не было, только две дыры над плотно сомкнутым маленьким безгубым ртом. Неопределенного цвета глаза без зрачков. И лысый череп с продольными выступающими бороздами.

Существо, иначе назвать его не могу, прошло мимо, равнодушно взглянув на нас с сестрой.

Дар речи возвратился ко мне минут через пять.

– Кто это?
– спросила я у Кати.

– Абориген. Это их Земля. Они здесь хозяева, а мы слуги. Но если мы признаем их порядки, они нас не обижают. Только бунтовщиков и несогласных.

– А есть и такие?

– Да, Игорь был одним из них.

– А ты, ты сочувствуешь тем, кто бунтует?

Сестра помолчала, прежде чем ответить.

– Нет, - спокойно сказала она, - здесь бунтовать бессмысленно. Неужели ты еще не поняла? Это место - лишь один из вариантов ада, не самый худший. Из ада не вырвешься, он найдет тебя везде. Это как ссылка, только никто не знает, сколько лет она продлится. Но срок ограничен, и однажды ворота распахнутся. Жаль, что Игорь не захотел ждать...

Я смотрела на нее и не узнавала. Мне запомнилась совсем другая Катя. Что же с ней случилось? Она стала мудрее или ее просто сломали? Сама я в тот момент была на стороне Игоря. "Как можно жить такой жизнью?
– думала я.
– Это же - рабство!"

Мы шли по улице все дальше и дальше, приближаясь к центру города. В какой-то момент мы словно перешли черту, за которой архитектура зданий изменилась. Приземистые однообразные коробки уступили место остроконечным башням, корпус которых закручивался по спирали, как домик улитки.