Чтение онлайн

"Лучше идти прямо и не просить больше о помощи». Он знал Акбар все равно как свой родной город, и ему удалось найти дорогу, хотя он не узнавал прежних мест. На улице все еще раздавались крики, но люди начинали приходить в себя после пережитой трагедии и осознавали, что надо что-то делать.

— Здесь раненый! — говорил один.

— Нужно еще воды! Мы не справимся с огнем! — кричал другой.

— Помогите! Мой муж не может выбраться! Он подошел к дому, где много месяцев назад его приютили и приняли как друга. Посреди улицы, почти рядом с домом сидела старуха. Она была совершенно нагая. Илия попытался помочь ей, но она оттолкнула его:

— Она умирает! — закричала старуха. — Иди же сделай что-нибудь! Вытащи ее из-под этой стены! Она зашлась истерическим криком. Илия схватил ее за руки и оттолкнул, ее вопли мешали ему расслышать голос вдовы. В доме царила полнейшая разруха, и он не мог вспомнить, где в последний раз видел вдову. Пламя затухало, но жара стояла невыносимая. Он ступил на пол, заваленный обломками, и направился туда, где раньше была комната вдовы.

Сквозь уличный шум ему удалось различить стон… Это был ее голос.

Безотчетным движением Илия отряхнул с одежды пыль, как будто хотел выглядеть опрятнее. Он замер и прислушался. Слышался треск огня, мольба о помощи людей, погребенных под руинами в соседних домах. Ему хотелось сказать им, чтобы они замолчали, ведь ему нужно узнать, где находятся вдова и ее сын. Прошло много времени, прежде чем он снова услышал шорох. Кто-то скреб по деревянной доске под ногами. Илия упал на колени и стал копать как безумный. Он выбрасывал землю, камни, куски дерева. Наконец его рука коснулась чего-то теплого. Это была кровь. — Пожалуйста, не умирай, — сказал он. — Не убирай обломки, — услышал он ее голос. — Я не хочу, чтобы ты видел мое лицо. Иди помоги моему сыну.

Он снова принялся копать, и голос повторил:

— Найди тело моего сына. Пожалуйста, сделай то, о чем я тебя прошу.

Илия уронил голову на грудь « тихо заплакал. — Я не знаю, где он погребен, — сказал он. — Пожалуйста, не уходи. Я так хочу, чтобы ты осталась со мной. Ты должна научить меня любить. Мое сердце уже готово к любви.

— Долгие годы я звала смерть, пока ты не появился в Акбаре. Верно, она услышала и пришла за мной. Она застонала. Илия молча стиснул зубы. Кто-то дотронулся до его плеча.

Он обернулся в страхе и увидел мальчика. Тот был весь в пыли и копоти, но, похоже, не был даже ранен. — Где моя мама? — спросил он.

— Я здесь, сынок, — отозвался голос из-под руин. — Ты ранен?

Мальчик заплакал, и Илия обнял его. — Ты плачешь, сынок, — сказал слабеющий голос. — Не надо плакать. Твоей маме нелегко было понять, что в жизни есть смысл. Я надеюсь, что смогла научить тебя этому. Что стало с городом, в котором ты родился?

Илия и ребенок затихли, прижавшись друг к другу. — Все хорошо, — солгал Илия. — Мы потеряли немало воинов, но ассирийцы ушли из города. Они искали наместника, чтобы отомстить ему за смерть одного из своих предводителей.

Снова тишина. И снова слабеющий голос.

— Скажи мне, что мой город спасен.

Илия почувствовал, что она умирает.

— Город цел. Твой сын здоров.

— А ты?

— Я уцелел.

Он знал, что эти слова облегчат ей душу и помогут обрести покой.

— Попроси моего сына, чтобы он встал на колени, — сказала через некоторое время вдова. — Еще я хочу, чтобы ты поклялся мне именем Господа Бога твоего. — Как хочешь. Все что захочешь.

— Однажды ты сказал мне, что Господь вездесущ, и я поверила этому. Ты сказал, что души возносятся не на вершину Пятой Горы, и я снова поверила твоим словам Но ты так и не объяснил мне, куда они возносятся. Теперь о клятве. Вы не будете плакать обо мне, а станете заботиться друг о друге до тех пор, пока Господь не разрешит каждому из вас пойти своим путем. Отныне моя душа растворится во всем, что я знала на этой Земле. Я — долина и горы вокруг, город и люди на улицах. Я — раненые, нищие, воины, жрецы, торговцы, знатные люди. Я — земля, по которой ты ступаешь, и вода в колодце, что утоляет жажду. Не плачьте обо мне, ибо нет причины для грусти. Отныне я — Акбар, и мой город прекрасен.

Настала мертвая тишина, даже ветер стих. Илия больше не слышал криков с улицы и треска огня в соседних домах. Он слышал лишь тишину и мог почти дотронуться до нее, столь осязаемой она была.

Илия отошел в сторону, разорвал на себе одежды и, обращаясь к небесам, возопил во весь голос:

— Господи Боже мой! Ради Тебя я покинул Израиль, но не смог пролить кровь, как израильские пророки. Мои друзья назвали меня трусом, а враги — предателем. Ради Тебя я питался лишь тем, что мне приносил ворон, прошел через пустыню до Сарепты, которую называют Акбаром. Ведомый Тобой, я повстречал вдову, и сердце мое познало любовь. Но я никогда не забывал о своем истинном предназначении. Я жил здесь, но каждый день готов был вернуться в Израиль.

Сегодня на месте прекрасного города — руины. Под ними покоится женщина, которая верила мне. В чем я согрешил, Господи? Когда отступил от своего пути? Если Ты был недоволен мною, почему не забрал меня из этого мира? Вместо этого Ты вновь обидел тех, кто помогал мне и любил меня. Я не могу постичь Твоих замыслов. Я не вижу справедливости в Твоих делах. Я не в силах вынести страданий, на которые Ты меня обрек. Уйди из моей жизни, ибо я сам — руины, огонь и пыль.

Посреди огня и хаоса Илия увидел свет. Явился ангел Господень.

— Зачем ты пришел сюда? — спросил Илия. — Разве ты не видишь, что слишком поздно?

— Я пришел сказать тебе, что Господь снова услышал твою молитву. То, о чем ты просишь, будет дано тебе. Ты не услышишь больше своего ангела, а я не появлюсь перед тобой до тех пор, пока не закончатся дни твоего испытания. Илия взял мальчика за руку, и они пошли куда глаза глядят. Дым, развеянный ветром, вновь заполнял улицы. «Это похоже на сон, — подумал он. — На ужасный сон». — Ты солгал моей матери, — сказал мальчик. — Город ведь разрушен.

— Да, солгал. Зато она обрела покой перед смертью, не зная, что стало с городом.

— А она поверила тебе и сказала, что она — Акбар Илия наступил на обломки глины и стекла и поранил ногу. Боль напомнила ему, что это не сон, а чудовищная реальность. Они добрались до площади, где еще совсем недавно он собирал народ и помогал решать споры. Пламя пожарищ окрашивало небо в багровый цвет.

— Я не хочу, чтобы моя мама была тем, что я вижу, — упорствовал мальчик. — Ты солгал ей. Мальчику удавалось выполнить свою клятву матери. Илия не увидел ни слезинки на его лице. «Что я делаю?» — подумал Илия. Из ноги у него сочилась кровь, и он решил не думать ни о чем, кроме боли. Боль заставит его забыть об отчаянии. Илия осмотрел рану, нанесенную ему мечом ассирийца. Она была не столь глубокой, как он думал. Вместе с мальчиком он спустился к тому месту, где еще недавно стоял со связанными руками и где его спас лазутчик. Он заметил, что люди перестали метаться. Словно живые трупы, они медленно бродили среди дыма, пыли, развалин. Они походили на забытые Богом души, обреченные вечно бродить по земле. Жизнь не имела больше смысла.