Чтение онлайн

Я вздрогнул, уловив в его тоне едва уловимые мечтательные нотки. Выходит, свирепый финексиец на самом деле вынашивал какие-то грандиозные замыслы, связанные с побегом из Пирамиды? Увлеченный этой мыслью, я не сразу заметил, что лифт достиг своей цели и остановился.

Массивные двери кабины раздвинулись, открыв перед нами внушительное подземное пространство. Разар уверенно ступил в открывшийся проход, и я поспешил следом за ним, тяжело было привыкнуть к его темпу движения, было настоящем испытанием за ним поспеть, кого-то он мне напомнил из прошлого, кого-то из друзей, но не могу вспомнить кого именно.

Воспользовавшись моментом, я решил задать Разару вопрос, который не давал мне покоя после его недавних загадочных слов в лифте:

– Разар, я хотел уточнить... Ты правда всерьез вынашиваешь планы о побеге из Пирамиды? Или это были просто красивые слова?

Финексиец остановился и внимательно посмотрел на меня своим непроницаемым взглядом:

– Пока что это всего лишь отдаленная мечта, новичок, и по крайней мере я этого ещё хочу, а то чувствую скоро уже не захочу искать отсюда выход, и решу строить свою империю, с моей продолжительностью жизни это вполне себе возможно. Я давно ношусь с подобными идеями, но на данный момент у меня нет ни малейшего понятия о том, где может находиться выход отсюда.

Он сделал короткую паузу, а затем продолжил:

– Уж точно мы не найдем его на нулевом этаже, они давно застроены поселениями, там больше всего людей, но выход из этого адского места так там и не нашли. Что же касается более высоких уровней Пирамиды, то они становятся всё опаснее и труднодоступнее. В то время как эти нижние этажи считаются самыми крупными и относительно безопасными, как ты знаешь.

Разар окинул внимательным взглядом открывшееся перед нами огромное подземное пространство.

– Даже общее количество этажей в Пирамиде остается для нас загадкой. Одни утверждают, что их порядка тысячи, другие говорят о полутора тысячах уровней. Но реальная цифра может оказаться и больше, куда больше, возможно их число бесконечно.

Он снова перевел взгляд на меня:

– К примеру, есть старые слухи и легенды, что где-то на уровне 600-700 этажей когда-то существовали целые поселения обитателей. Однако никаких подтверждений этому пока не найдено, никто с тех этажей не спускался к нам с радостной вестью, хотя возможно им это и ненужно, может быть у них там всё идеально, если они конечно существуют.

Разар нахмурился, будто вспомнив что-то:

– А пару месяцев назад одна из группировок даже организовала целую экспедицию для исследования верхних этажей, начиная примерно с 600-го уровня. Они воспользовались грузовыми лифтами для подъема - весьма опасный, но позволяющий перевозить много людей и снаряжения способ.

Финексиец покачал головой:

– По некоторым данным, в той экспедиции участвовало порядка 400 хорошо вооруженных бойцов, плюс они захватили с собой танк и несколько грузовиков для перевозки снаряжения и припасов. Однако уже через неделю от них перестали поступать какие-либо сообщения. Более того, по неизвестной причине в их направлении прекратили посылать подкрепления. В общем, вся та затея по исследованию верхних уровней Пирамиды благополучно захлебнулась, скорее всего в собственной крови.

Разар окинул меня очередным задумчивым взглядом:

– Вот видишь, даже таким мощным экспедиционным силам не удалось продвинуться далеко на верхних этажах. А значит, обитающие там твари и опасности должны быть поистине чудовищными. Так что наши шансы на успех при попытке побега пока ничтожно малы, новичок. Но я не оставляю эту затею, будь уверен. Просто нужно тщательно все подготовить и скопить достаточно ресурсов. А для начала - нужно исхитриться и раздобыть больше сведений о верхних уровнях. С другой стороны группировки могут себе позволить более жирные экспедиции.

С этими словами Разар решительно зашагал вперед, и мне оставалось только последовать за ним вглубь этого мертвого города, погребенного под тоннами бетона Пирамиды. Разговор с финексийцем и впрямь пролил новый свет на масштабы и устройство этого безграничного подземного царства.

Я кивнул, обдумывая слова Разара о танке и военной технике в Пирамиде.

– Откуда же взялся тот танк для экспедиции?
– поинтересовался я.

Финексиец бросил на меня понимающий взгляд:

– На некоторых этажах Пирамиды раньше появятся военные базы. Там до сих пор можно найти склады с боевой техникой - танками, бронетранспортерами, даже боевыми роботами. Правда, львиная доля этой техники уже не функционирует, но кое-что еще работоспособно.

Разар ухмыльнулся:

– Например, группировка, организовавшая ту верхнюю экспедицию, сумела отремонтировать один исправный танк, укомплектовать его из нескольких разбитых машин с разных складов. Это потребовало немалых усилий их механиков, но они справились.

Он выжидающе посмотрел на меня:

– К тому же многие группировки Пирамиды наладили кустарное производство разного рода оружия и техники в своих мастерских. Конечно, это скорее ремесленные образцы в сравнении с выпускавшимися на настоящих заводах. Но даже такая самодельная техника способна стать огромным преимуществом во время вылазок и конфликтов в наших условиях, не у каждого под рукой есть гранатомёт.

Я удивленно кивнул, представляя себе хорошо вооруженные группировки выживших где-то в глубинах Пирамиды, и сражающиеся танки, сделанные их собственными руками.

Продолжая следовать за Разаром через руины заброшенного подземного города, я внимательно слушал его слова об устройстве Пирамиды и ее обитателях.

– Кстати, заметил ли ты один интересный факт, новичок?
– произнес вдруг финексиец, бросив на меня внимательный взгляд.
– В Пирамиде практически все вокруг носит следы человеческого происхождения.

Я озадаченно нахмурился, не сразу уловив его мысль. Разар пояснил:

– То самодельное вооружение и техника, боевые машины на древних военных складах - все это создано руками людей. Даже большая часть артефактов, встречающихся тут, тоже людской работы. В целом культура и технологии, присутствующие в Пирамиде, имеют земное, человеческое происхождение.

Финексиец сделал небольшую паузу, давая мне возможность осознать его слова. Действительно, припомнив все увиденное, я не мог не признать его правоту.