Чтение онлайн

С той стороны опять стукнули, на этот раз сильнее, но результат оказался тем же. Потом еще и еще. Доски трещали, но пока держались. За дверью возились, но отступать не собирались.

— Ухты, как он забаррикадировался, — раздался сзади насмешливый девичий голос. — Умничка просто!

Мишка вздрогнул, обернулся, из темноты коридора насмешливо смотрела рыжая девчонка. Первое, что заметил парень — глаза: холодные и злые, а по их поверхности струился легки серебристый туман. А в остальном, обычная молоденькая красивая девчонка: чуть выше Насти, такая же тоненькая, в коротенькой леопардовой курточке, в джинсовой мини юбке и высоких сапожках. Мишка почти сразу узнал ее по рыжим кудрям — именно она стояла на берегу деревенской реки, глядя в след их уносящейся машине. Вот только, как она попала в дом? В окно влезла? Но на всех окнах решетки, из толстых прутьев. Пока он размышлял, девушка простучала каблучками мимо, совершенно игнорируя парня, и остановилась у забаррикадированной двери, в которую равномерно и сильно стучали с той стороны.

— Только теперь мои мальчики никак к нам попасть не могут, — хмуря красиво изогнутые брови, задумчиво проговорила девушка. — Прости, придется сломать твою игрушку.

На Мишку будто оцепенение напало, а Рыжая подняла руку с остро отточенными ноготками, взмахнула ей крест на крест, и парень обалдел. Стол перечертили глубокие полосы, точно у девушки выросли невидимые когти невероятной длинны и остроты, и она ими только что располосовала и стол, и дверь за ним. А потом деревяшки будто взорвался изнутри, разлетелись мелкой щепой, повисли пылью в воздухе. Одна щепка оцарапала щеку Мишке, и эта внезапная боль вывела его, наконец, из ступора. Он закричал и прыгнул на хрупкую девушку. Рыжая, похоже, тут главная, и если взять ее в заложники, можно поторговаться, хотя бы за жизнь и свободу Насти.

Но сколь бы стремительным не был его бросок, девушка оказалась быстрее, неуловимо переместилась в угол кухни, а на парня навалились качки, с трудом протиснувшиеся в развороченную дверь, скрутили, вжали в пол.

— Бестолочи, чего всей кучей на одного? — раздался совсем рядом голос Рыжей. — Второго ищите.

Тяжесть, вжимавшая Мишку в пол, уменьшилась, но совсем не исчезла. С усилием повернув голову, парень увидел, как трое из пяти вломившихся, скрылись в темноте коридора. Через несколько минут раздался страшный грохот, беспорядочные удары, ругань и проклятья Тимки, а потом все стихло.

— Похоже, все, — проговорила Рыжая. — Эй вы, пустоголовые, берите этого и пошли в комнату. А то здесь что-то дует, да и разговаривать там удобней.

Девушка скрылась в коридоре. А двое амбалов прижали руки Мишки, вытянутые вдоль тела, к его же бокам, приподняли над полом, точно он был пушинкой и не весил добрую сотню килограмм, и двинулись следом.

***

Кафе девушки нашли быстро, в этот час оно еще пустовало, и они без проблем расположились за столиком у окна. Настя, не смотря на свое же предложение поговорить, не издавала ни звука, и Станиславу это начинало серьезно напрягать, но сделав два глотка, будто вспомнила о чем-то, вскочила и, пробормотав, что вернется через мгновение, выбежала из кафе. Вернулась лишь минут через пятнадцать, когда в конец раздосадованная Стася подумывала, а не уйти ли ей, как говориться, "по-английски".

— Слушай, — проговорила она, раздраженно глядя на Настю, которая по пути к столику, прихватила еще кофе. — Ты либо говори, либо пошли обратно. Я не телепат, мысли читать не умею.

— Да-да! — грея чуть дрожащие руки и тонкий фарфор чашки, тихо сказала Настя, — С мыслями соберусь…

— Да ты уже полчаса собираешься, — Станислава зло стукнула кулаком по столу, чашки обиженно звякнули. — Не знаешь с чего начать? Тогда начни с середины.

— Нет! — Настя чуть мотнула головой, не отрывая взгляда от кофе в своей чашке. — Просто я не знаю, как выразить словами, что я хочу сказать, и так, что бы меня правильно поняли.

Станислава тяжело вздохнула, всем видом говоря: телись уже.

— Знаешь, почему нас с братом так долго не могли поймать? Каждый раз дышали в затылок, но мы успевали уйти, пусть и самый последний момент. Почему пока рядом был брат, это было легко, а когда я осталась одна, пришлось надежнее прятаться?

Станислава молчала, это был явно риторический вопрос, лишь крутила, мяла в пальцах зажигалку.

— Любое общение оставляет следы в нашей памяти, как отпечатки ног на снегу. И чем дольше общение длится, тем больше следов. Тени умеют считывать эти следы, связывать и находить нужного человека. А мой брат умеет эти следы заметать. У него дар с рождения — он может заставить любого забыть другого человека. И лучше всего у него получается проделывать это в отношении меня. Люди легко меня забывали. Чем меньше знали, тем легче забывали. И Тени их не трогали, Тени их не видели. И мы опять исчезали.

Станислава, не особо понимая к чему эти речи, мерно мешала ложкой почти остывший кофе, слушала через слово, и мечтала забраться под теплое одеяло в мягкую постельку. Сейчас, по пришествию времени, начинало казаться вся эта история не особо правдоподобной, точно она читала хорошую книгу, интересную по началу, но слишком растянутую к концу, да и с однообразным сюжетом.

— Сейчас вы рядом. Я не хочу подвергать вас опасности, — продолжала меж тем Настя. — Поэтому, когда приедет брат…

— Он и нам память сотрет? — сонливость Стаси слетела, точно сбитая метким щелчком.

— Ну, в принципе…

— Да не возможно такое! — убежденно воскликнула Станислава, чувствуя, как в груди закипает гнев. — Вот так забыть, кого-то по чужой прихоти.

— Станислава, ты можешь не верить, — от улыбки Насти у девушки по позвоночнику проскакало стадо мурашек, столько в обреченности в ней было, — но меня с легкостью забыли те, с кем я рядом жила четырнадцать лет. Что уж говорить о знакомстве длинной меньше месяца.

— Да причем тут время, — Станислава щелкнула зажигалкой, затянулась, вспомнила, где находится, зло раздавила окурок о блюдце. — Тимур относится к тебе теплее, чем любой девушке, не пытается соблазнить, заботиться, как о младшей сестренке. А Мишка… Мне кажется, он и к предыдущей девушке такого не испытывал. Я уверена, как только утрясутся все проблемы, он тебя замуж позовет, не смотря на прошлый неудачный опыт. Да и я… Нет! Глупости это! Не возможно такое забыть!

Настя промолчала, но было понятно, что осталась при своем.

— Ладно, я о другом хотела попросить, — Настя достала из сумки три маленьких коробочки. — Здесь подарки для тебя и мальчиков. Отдай при случае, лучше в день рождения. Можешь сказать, что от тебя.

— Настя, ну что еще за глупость? Сама отдашь.

— Возьми, — Настя придвинула коробочки ближе. — Пусть у тебя пока побудут.

— А ладно, — Станислава сгребла, не глядя, коробочки в сумку. — Но отдавать сама будешь.

Настя опять промолчала, помешала ложечкой в чашке, сделала пару глотков.

— Кстати, — проговорила Станислава, которая ни как не могла понять, что ее больше раздражает Настино молчание или тот бред, который она начинает нести, — почему ты мне это рассказываешь, если все равно памяти нас лишать собираешься? И почему только мне? Парни тоже имеют право знать…

— Потому что на твои воспоминания мой брат повлиять не сможет.

— Да ладно! Чем я такая особенная?

Настя лишь пожала плечами: