Шрифт:
Глава I. Историк
Объяснения по поводу Q-терриан я готов дать в Комитете общественного доверия (КОД) и Управлении межсвязей. Конечно, я виновен и не отрицаю этого. Вина моя в том, что случайно я предотвратил войну. Произошло ли это в результате простого нажатия клавиш, или было одним из звеньев цепочки событий, которую я запустил; вследствие изменения реала из-за разрывов континуума, или постоянных изменений моих личных пресетов, не знаю. Факт остается фактом: все было готово, все организовано, все настроено, но в последний момент война не началась.
Как историк я могу найти оправдание своим действиям. Ни одна война не приносила пользы всему человечеству, а лишь отдельным народам и их вождям. Однако наш Высший Военный Совет (BBC) считает по-другому. Будь я на их месте, назвал бы себя государственным преступником номер один и определил бы себе высшую меру наказания. Кто знает, какие дивиденды принесла бы нам война с Q-террой? Насколько возрос бы наш авторитет и какой поток инвестиций обрушился бы на нашу маленькую планету? Увы, я запустил другой сценарий. Вину мою смягчает явка с повинной и публичное раскаяние.
Находясь под арестом в ожидании приговора – в моем случае это полная или частичная аннигиляция – я хотел бы рассказать правдивую историю о Q-террианах, а заодно предостеречь от повторения моих ошибок. Не рискуйте, дамы и господа! Нет доброго дела, которое не осталось бы безнаказанным. Нет благородных целей, ради достижения которых не надо было бы предавать самого себя. Нет истины, которую не сочли бы ложью, и лжи, которой не поклонялись бы как высшей правде. Мы живем в мире, где не отличают одно от другого, и так было всегда. Никто не хотел гореть на кострах инквизиции, и сейчас не хочет. Так не все ли равно, вертится Земля вокруг Солнца или наоборот? Происходила эволюция по Дарвину или творение мира есть одномоментное чудо, существует это чудо только здесь и сейчас, и только в пределах наших заблуждений?
Не пытайтесь переступать границу неведения. Не обращайтесь к прошлому. Прошлое вы можете истолковать по-своему и сделать неправильные выводы. Не поддавайтесь сентиментальным чувствам. Любовь, дружба, совесть, верность и прочая бла-бла-бла – это рудименты нашего сознания. Платить за них людям приходится дорого. Разум, расчет и воля – вот что должно руководить поступками современного землянина. Если вы отступите от этих простых правил, шаг в сторону не останется без внимания соответствующих структур.
Я историк, как уже говорил выше. Последние девять лет проработал в Институте исследований прошлого (НИИП) и занимался проблемой тоталитарных обществ ХХ века. Защитил диссертацию Первой степени. Могу констатировать, что эти общества были далеки от совершенства, и лишь нам удалось создать настоящую демократию. Государство в любой момент может отследить действия каждого гражданина и оптимизировать его существование, а граждане со своей стороны доверили государству право распоряжаться Системой и вносить изменения в кодексы и уставы, когда возникает необходимость. Люди избавлены от необходимости решать задачи и выбирать. Надо лишь следовать правилам игры. Это честная сделка, это более чем просто.
Но мне, страшно признаться, нравились люди прошлого с их наивными идеалами. Они не умели просчитывать будущее и слепо доверяли ему. Как и мы, они вели войны. Делали революции. Резали мир на части. Ковали большие деньги. Теряли всё и не учились на ошибках. Написали много лирической чуши. Кричали о своем несчастье. Набивали свои дома нефункциональным хламом.
Я иногда им завидую. Знаете, почему? Нельзя разочароваться, никогда не очаровываясь. Нельзя испытать гнев, если у вас нет святынь, которые попрали; нельзя потерять веру, если ни во что не веришь. Почувствовать себя несчастным, если никогда не знал счастья. Мы не очаровываемся и не верим. Нам все по барабану.
Возможно, мои взгляды на общественный уклад вам неинтересны, поэтому перехожу к сюжету. Осенью, когда мы не собирались ни с кем воевать, наш НИИП посетила делегация Q-терриан. Накануне начальство в лице господина Шимбуки изображало бурную деятельность: суетилось, мешая всем работать, рассылало напоминалочки со служебными инструкциями и одновременно отдавало приказы по двум смартам. Приказы были бестолковыми, и мы их саботировали. Босс не пользовался авторитетом.
Вместо обеда всех сотрудников собрали в конференц-зале, где лекторы из УМС и КОД разъяснили, что и как надо отвечать высоким гостям.
– Если они будут задавать провокационные вопросы, а они непременно будут задавать такие вопросы, – инструктировал нас пожилой майор, то и дело промакивавший лысину носовым платком. – Сделайте вид, что не понимаете, о чем речь, в крайнем случае, притворитесь глухонемыми. Если вы станете свидетелем того, как ваши коллеги поддаются на провокации, настоятельно прошу сообщать о таких фактах по нашему телефону доверия.
Затем к всеобщему неудовольствию объявили внеплановый субботник, и мы до позднего вечера облагораживали рабочие места: стирали пыль с компьютеров, мыли лестничные пролеты, расставляли на подоконниках вазоны с растениями. Натуральные растения НИИП одолжил под расписку в Институте селекции при Ботаническом саде.
Настал день икс. Они прибыли, хотя немного позднее, чем намечалось. Мне уже надоело пялиться в окно, и я занялся каталогом. Девочки-скаутки топлесс, которые должны были встречать гостей на улице, успели замерзнуть и шмыгали носом. Господин Шимбуки, сегодня элегантный донельзя, дважды забегал внутрь погреться. Гора использованных стаканчиков у кофе-автомата в холле росла.
Q-терриан было девять: пятеро мужчин и четыре женщины. Пока гости высаживались из вэнибуса и поднимались на крыльцо института, коллеги из моего отдела Мари и Уна уcпели обсудить, что их мужчины выше ростом, а женщины одеты в странные и очень неудобные пальто (тем не менее Уна быстро срисовала модель и спрятала бумажку в карман брюк).
Вскоре гостей привели к нам. Шимбуки представил сотрудников и рассказал, у кого какая специализация. Члены делегации приветливо кивали, улыбались и спрашивали о разных пустяках. Когда очередь дошла до меня, одна молодая Q-террианка – меня сразу привлекли ее выразительные светло-зеленые глаза – сказала:
– Я тоже немного изучала двадцатый век, даже мечтала там пожить. Только недолго. По-моему, эти люди не знали, чего хотят. Трудно жить среди недовольных людей: чувствуешь себя виноватой. Как будто все вокруг болеют, а ты почему-то нет, и тебе, здоровому, должно быть стыдно. А как вы думаете?