Р 4
Шрифт:
«Полностью с тобой согласна. По-другому и не скажешь».
Медленно побрел к Зоргу. Опираясь на Кента, к следопыту приковылял Алкос.
— А ты спрашивал, почему я напросился в отряд, — прокашлявшись, выговорил новичок. — Когда бы я живьем увидел модификанта, да еще атакующего человека? Причем, так и не сумевшего его одолеть.
— Не без твоей помощи, по правде говоря, — поправил я.
— Тем более, — усмехнулся Зорг.
— Выпей для бодрости, — протянул ему дозу «Норушки» и повернулся к Алкосу: — Ты как?
— Под впечатлением, — мотнув головой, словно пьяный, ответил он. — Никогда не видел, как боец несется на тварь в штыковую атаку. Без штыка.
— Я собирался гада прибить голосом, раз уж пулями не получалось. Тем более, как выяснилось, самое уязвимое место у монстра — уши.
— Откуда узнал? — удивился следопыт.
— Считай, угадал. — Не рассказывать же всем о собственной автономной системе, выдающей иногда на полезные подсказки.
— Полагаю, нам стоит побыстрее отсюда смотаться. Сейчас только пришельцев для полного комплекта не хватает, — устало пробурчал я.
Дальше мы двинулись парами. Зорг повис на мне, Алкос — на Кенте. Немного утешало лишь то, что поблизости от стаи гиен не бывает опасных хищников. Правда, и модификанты на людей вроде кидаться не должны… Ну и кто запомнит все правила Рубежья с их постоянно возникающими исключениями?
Снова по совету автономки отправил центральной системе «жалобу» о нападении модификанта с полным описанием его внешнего вида и особенностей. Ответ пришел далеко не сразу. Я уже даже ждать его перестал, выясняя в это время у автономки, что собой представляет пресловутый модификант.
Оказалось, что во всем Рубежье их не больше десятка. Водятся эти монстры в Лихолетье и выбираются оттуда лишь по особому указанию системы.
«Модификант — усиленное специальными наноботами животное, созданное для уничтожения особо крупных матерых пришельцев. Отличается повышенной маскировкой, живучестью и способностью наносить максимальный урон. Согласно протоколу??? допускается существование не более десяти модификантов. На людей нападают лишь в исключительных случаях, если те представляют серьезную угрозу для Рубежья» — выдала мне автономка короткую справку. В голову сразу полезли самые нерадостные мысли.
«Почему вместо номера протокола вопросительные знаки?»
«Он засекречен», — пояснила моя личная система.
«С каких пор я вдруг стал представлять угрозу для Рубежья?»
«Логичного объяснения этому инциденту не найдено. Наверняка очередной сбой, который направлен на десятника с позывным Дмилыч».
«А не слишком ли часто исключительно на мою голову стали сыпаться пресловутые сбои? Мог еще понять, когда „у власти“ была резервная система. Сейчас-то что происходит?»
«У меня нет полного доступа к базам данных. Нужно ждать ответа на отправленный запрос», — доложила автономка.
Мы по-прежнему двигались парами, миновав рощу белоствольных деревьев. Наши раненые под действием «Норушки» постепенно набирались сил, но для окончательного выздоровления им требовался хотя бы небольшой отдых.
Кент предложил заглянуть в охотничью сторожку, до которой, по его словам, оставалось около десяти минут хода. Однако нам пришлось немного отклониться от выбранного маршрута, но дело того стоило — мы слишком медленно передвигались, да и боевые способности пощипанного отряда оставляли желать лучшего.
Когда показалась бревенчатая избушка, пришел ответ:
«Запрос принят, анализу инцидента присвоен высший приоритет. Десятнику с позывным Дмилыч засчитано прохождение 33 ступени, открыта 34. Восстановлен разовый бонус „Последний шанс“, передаваемый через прикосновение. Все имеющиеся в наличии копилки полностью заполнены преференциями. На следующий уровень повышено умение Сенсор, на виртуальный счет начислено сто тысяч упсов».
Складывалось ощущение, что от меня сейчас втихую пытались откупиться. А чтобы загладить свой просчет, насыпали гору «плюшек». Просчет этот, вообще-то, был огромным.
Упоминание Лихолетья в справке о модификантах напомнило разговор с Семенычем. Еще одна область Рубежья, наполненная тайнами, которые, почему-то, ударили лично по мне.
Мы с Кентом уложили Алкоса и Зорга на лежанки и начали готовить обед. Дорога оказалась нелегкой, всем требовалось восполнить силы.
— Дмилыч, ты что-нибудь понимаешь? Какого осьминога эта белая тварь на тебя накинулась?! Да еще приперлась во главе стаи обычных гиен?! Модификант — всегда одиночка!
— Кент, как думаешь, может на твои вопросы ответить человек, который только сегодня услышал о существовании киборгов среди зверья? И хорошо, что не знал о ненападении на человека, а то бы стоял и ждал, пока мне откусят голову.
— Вокруг опять закручивается что-то непонятное. Знать бы, кому ты отдавил хвост?
— Именно это меня сильнее всего и бесит. Знал бы, кому набить морду лица, уже давно бы отвел душу. Правда теперь уже не уверен, что тот имеет это самое лицо.
— Опять игры в высших сферах, чтоб им утонуть в Марианской впадине!
— Очень может быть, — задумчиво произнес я. — Ты бы не мог обратиться к Рулсу за разъяснениями? А я пока Алкоса подергаю.
— Ты же вроде не собирался пользоваться сетью, когда мы из Рубанска выходили?
— Сам видишь, как изменились наши обстоятельства. Я сильно сомневаюсь, что нападения в городе и здешние разборки с тварями не имеют связи между собой.
— Согласен. Надо попытаться хоть что-то выяснить. О, гляди! Провидец сам объявился. Спрашивает, действительно ли мы столкнулись с модификантом? Телемост, что ли, смотрел?
Интерлюдия
Зорг предложил Нерону выбор: либо прострелить ему ногу, либо оставить без патронов в лесу. Худосочный боец выбрал второе. Вечером он спешно убрался подальше от холодильного пруда и до ночи успел добраться к закладке, которую делал как раз на такой случай.