Шрифт:
Глава первая
Отель «Эгремон» стоял на углу тупиковой улочки, всем своим массивным представительным фасадом выходя на зеленые просторы парка. Однако вход в него находился за углом, в тупике, как будто отель пытался спрятать свою уязвимость от нежелательных гостей. Это определенно один из тех отелей, которые способны отпугнуть человека, внушив ему ощущение собственной незначительности, — подумала Лора, решительно двинувшись к нему через оживленную улицу и лавируя между автомобилями. Она взошла по невысоким ступеням, улыбнулась швейцару в ливрее, который любезно приоткрыл маятниковые двери, и вступила в мир зеленых ковров и шведских деревянных панелей.
На мгновение остановившись у дверей, Лора изучающим взглядом окинула приемный холл с низкой элегантной конторкой и регистраторшу, которая посмотрела на нее с выражением некоторого сомнения. Затем, словно приняв решение, девушка пересекла ковер, подошла к конторке и сказала:
— Меня зовут Лора Флеминг. Я должна встретиться с сеньорой Мадраленой.
Регистраторша сложила губы в легкую улыбку и заглянула в книгу записей, лежавшую перед ней.
— О да, мисс, э, Флеминг. — Она подняла глаза. — Вам назначено на три часа, правильно?
— Совершенно верно, — подтвердила Лора, подумав: «Неужели я опоздала».
Однако регистраторша лишь посмотрела на свои наручные часы и продолжала:
— А поскольку сейчас только без пяти три, мисс Флеминг, не будете ли вы любезны подождать здесь в кресле. Сеньора Мадралена, полагаю, отдыхает после ленча, и, мне кажется, ее компаньонке не хотелось бы, чтобы сеньору потревожили раньше назначенного срока.
Лора наклонила голову.
— Хорошо, — согласилась она и, отступив от конторки, опустилась в глубокое кресло. В душе она была рада возможности расслабиться, потому что явно начинала нервничать.
— Я сообщу компаньонке сеньоры Мадралены, что вы уже пришли, — пробормотала регистраторша, и Лора кивнула в ответ.
— Спасибо, — поблагодарила она, достала сигареты и не слишком уверенно закурила, косясь на других посетителей. Их было немного, и все они выглядели намного старше нее, из чего она сделала заключение, что богатство и влиятельность приходят обычно в зрелом возрасте.
Однако нервное возбуждение не позволяло ей сидеть неподвижно, и через минуту она встала, подошла к акварели, висевшей возле дверей, и принялась разглядывать ее с усердием, не имевшим никакого отношения к композиции картины. Она чувствовала себя последней дурочкой, явившись сюда, особенно потому, что не намеревалась принимать предложение, о котором прочитала в отделе объявлений «Таймса». У нее уже была отличная работа, но если сеньора Мадралена именно та, кого она ожидает увидеть, то почему бы и нет? К тому же любопытство — и еще что-то, не позволявшее ей успокоиться на достигнутом, — подтолкнуло ее, она позвонила и договорилась о встрече.
Она выпрямилась, оторвав взгляд от акварели. Что сказать, если сеньора Мадралена предложит ей работу? Какую найти отговорку? В конце концов, вполне возможно, что Рафаэль упоминал в разговоре с женой ее имя, и в такой ситуации счастье легко может оказаться не на ее стороне.
Она сжала ладони. Еще есть время. Она еще может уйти — выйти из отеля и никогда больше не вернуться! Сеньора Мадралена знает только ее имя, но не адрес. Она с тоской посмотрела на улицу, залитую солнечными лучами. Почему она не уходит? Какое глупое, унизительное упрямство принуждает ее остаться?
Но уже было поздно.
— Мисс Флеминг!
Лора обернулась. Голос был женский, с легким иностранным акцентом, и принадлежал он стройной молодой особе. Ростом ниже Лоры, она была одета в неброский темный костюм, а волосы ее были уложены в скромный пучок. В темных глазах девушки Лора заметила явное удивление и решила, что причиной этого неодобрительного взгляда послужил яркий цвет ее собственных волос.
— Да, я — Лора Флеминг, — ответила Лора, протягивая руку, которой девушка лишь едва коснулась. — А кто вы?
— Э, я — Розетта Бургос, — медленно произнесла молодая женщина, — компаньонка сеньоры. Я пришла, чтобы проводить вас в ее люкс. Сеньора отдыхает после ленча. Сиеста, понимаете. — Она говорила холодным тоном, и ей явно не хотелось сопровождать Лору на встречу с хозяйкой. Опасения, что придется отказываться от работы, очевидно, были излишни. Если Розетта Бургос имела хоть какое-то влияние на сеньору Мадралену, у Лоры не было никаких шансов.
Пока они ехали в лифте наверх, в апартаменты сеньоры Мадралены, Лора не переставала удивляться, почему жена Рафаэля нуждается в компаньонке. Конечно, компании Рафаэля ей хватало. До тех пор… Мысль пришла непрошено. До тех пор, пока они не разошлись.
Но нет. Это казалось вовсе невероятным. Рафаэль не тот мужчина, чтобы жить в вакууме. Ситуацию непременно следовало прояснить. Разве она, Лора, не испытала всю его железную силу воли, с которой он отказывался отвернуться от той, которая, как он клялся, ему отвратительна?
Люкс сеньоры Мадралены находился на третьем этаже, и дверь лифта, распахнувшись, открыла перед ними выстеленный ковром коридор, освещенный искусственными источниками так, будто свет шел из длинного створчатого окна. Розетта Бургос знаком показала, что Лора должна следовать за ней. Лора так и поступила, молясь, чтобы ее нетвердые ноги выдержали это испытание. Белая дверь вела в удобную гостиную. Розетта оставила ее там и пошла доложить хозяйке о ее прибытии.
Сидя в кресле эпохи Регентства с высокой спинкой, Лора чувствовала себя неудобно среди всех этих свидетельств минувшего века. Розетта Бургос тоже в какой-то степени принадлежала к ним. Ее стиль поведения и манера одеваться были определенно слегка викторианскими, и Лора могла только надеяться, что образ жизни в Испании окажется не столь консервативным.
В дальнем конце комнаты отворилась дверь, и Лора поспешно поднялась, когда в гостиную вошла пожилая женщина, тяжело опираясь на трость черного дерева. Несмотря на миниатюрность и очевидную болезненность, в ее осанке было нечто величественное, и Лора вопросительно посмотрела на Розетту Бургос, которая сопровождала женщину. Розетта бросила холодный взгляд в сторону Лоры и, сочтя свою задачу выполненной, застыла, словно часовой, рядом с кушеткой.
Лора нахмурилась. Она начинала чувствовать себя не в своей тарелке. Тут явно произошла ошибка. Это не была Рафаэля. Очевидно, фамилия ее была не такой редкой, как подумала Лора. И теперь ей надо было выпутываться из этой истории, пока она не попала в безвыходную ситуацию.
Пожилая женщина изучала ее с таким же напряженным вниманием, и если ее глаза не выражали одобрения, то, по крайней мере, в них не было той неприязни, которая ощущалась во взгляде Розетты Бургос.
— Мисс Флеминг? — спросила женщина с сильным акцентом. — Мисс Лора Флеминг?