Чтение онлайн

Никто не проронил ни звука, когда Рамона повернулась, вышла из класса и села на скамейку. Сквозь ограду на нее уставились маленькие дети, живущие в соседнем доме. Рабочие со стройки удивленно на нее посмотрели. Рамона судорожно вздохнула, но справилась со слезами. Никто не увидит Рамону плачущей, как младенец.

– Эта девочка опять плохо себя вела, - сказала четырехлетняя соседская малышка своей младшей сестре.

Когда прозвенел звонок, мисс Бинни открыла дверь, выпуская детей на улицу, и сказала Рамоне: "Я надеюсь, ты уже решила перестать дергать Сьюзен за волосы, и можешь вернуться в класс".

Рамона не ответила. Больше не окрыленная радостью, она медленно двинулась по направлению к дому. Она никогда больше не сможет ходить в школу, потому что мисс Бинни больше не любит ее. Она никогда больше не попадет на урок "Покажи и расскажи" и не будет играть в "серую утку". Ей не придется трудиться над бумажной индейкой, которую мисс Бинни обещала научить делать класс ко Дню Благодарения(*). Рамона всхлипнула и вытерла глаза рукавом своего свитера. Она так любила подготовительную школу, но теперь с этим покончено. Вычеркнуть Рамону.
– --------------------------------------------------------------------(*) День Благодарения - американский праздник, отмечается в четвертый четверг ноября в память о хорошем урожае, собранном первыми поселенцами в 1621 году. В День Благодарения традиционным блюдом на праздничном столе считается индейка.
– --------------------------------------------------------------------

Лишь на полпути к дому Рамона вспомнила, что оставила в столе у мисс Бинни свой драгоценный зуб.

Глава 8

ВЫЛЕТЕЛА ИЗ ПОДГОТОВИТЕЛЬНОЙ ШКОЛЫ

– Что случилось, Рамона? В чем дело?
– удивилась миссис Квимби, когда Рамона открыла дверь.

– Э-э... ничего.

Рамоне не составило труда скрыть дырку от зуба. Улыбаться ей совсем не хотелось, а то, что у нее не было зуба, чтобы дать Зубной Фее, по сравнению с прочими неприятностями было ерундой.

Миссис Квимби потрогала рукой Рамонин лоб.

Ты хорошо себя чувствуешь?
– спросила она.

– Да, со мной всё в порядке, - ответила Рамона, имея в виду, что у нее нет ни сломанной ноги, ни ободранной коленки, ни больного горла.

– Но что-то не так, - настаивала миссис Квимби.
– Я же вижу по твоему лицу.

Рамона вздохнула.

– Мисс Бинни меня больше не любит, - призналась она.

– Ну что ты, конечно же мисс Бинни тебя любит, - сказала миссис Квимби.
– Может быть, ей не всегда нравится, что ты делаешь, но тебя она любит,

– Нет, не любит, - возразила Рамона.
– Она больше не хочет, чтобы я туда ходила.

Рамона почувствовала себя несчастной, подумав о переменах и новых занятиях, которые ей придется пропустить.

– Как же так, почему ты так думаешь?
– миссис Квимби была озадачена.
– Конечно же мисс Бинни хочет, чтобы ты ходила в школу.

– Нет, не хочет, - настаивала на своем Рамона.
– Она сказала мне, чтобы я больше туда не приходила.

– Но почему?

– Она меня не любит, - ответила Рамона.

Миссис Квимби рассердилась.

– Тогда что-то произошло. Остается только одно: пойти в школу и все выяснить. Обедай, и мы пойдем туда до того, как начнется вторая смена, и во всем разберемся.

Спустя некоторое время миссис Квимби решительно сказала Рамоне, ковырявшей вилкой в тарелке:

– Надевай свитер, Рамона, и пошли!

– Нет, - сказала Рамона.
– Я никуда не пойду.

– Нет уж, ты пойдешь, юная леди, - сказала мама и взяла дочь за руку.

Рамона знала, что, когда мама начинает называть ее "юная леди", деваться уже некуда. По дороге в школу она волочила ноги и двигалась так медленно, как только могла. Вторая смена вела себя так же, как и первая. Половина класса выстроилась у двери, поджидая мисс Бинни, в то время как вторая половина носилась по площадке. Рамона уставилась в землю, потому что ей не хотелось, чтобы кто-нибудь ее видел. Когда мисс Бинни появилась, миссис Квимби попросила разрешения побеседовать с ней минуту.

Рамона не подняла глаз. Мама отвела ее к скамейке у школьной двери.

– Сиди здесь и не двигайся с места, пока я не поговорю с мисс Бинни, - сказала она Рамоне.

Рамона сидела на скамейке, болтала ногами и думала о своем зубе в ящике стола мисс Бинни и о том, что о ней говорят ее учительница и мама. В конце концов неизвестность стала невыносима. Ей было необходимо подвигаться, поэтому она подкралась к двери так близко, как это только можно было сделать незаметно, и прислушалась. Вторая смена и рабочие на противоположной стороне улицы так шумели, что она смогла разобрать только несколько обрывков фраз: "развитая и с богатым воображением", "способность наладить отношения с ровесниками" и "негативное стремление привлекать внимание". Рамона испытывала странное чувство благоговения и страха оттого, что ее обсуждают такими странными длинными словами. Должно быть, это значит, что мисс Бинни действительно думает, что она плохая. Она отскочила назад к скамейке, услышав, что ее мама наконец направляется к двери.

– Что она сказала?
– любопытство Районы было выше ее сил. Вид у миссис Квимби был строгий.

– Она сказала, что будет рада тебя видеть, когда ты будешь готова вернуться.

– Тогда я не вернусь, - объявила Рамона. Она вообще больше никогда не пойдет в школу, раз ее учительница ее не любит. Никогда!

– О нет, вернешься, - устало отозвалась миссис Квимби.

Но Рамона знала лучше.

Так в доме Квимби началось трудное время.

– Но, Рамона, ты должна ходить в школу, - убеждала ее Бизус, вернувшись днем из школы.
– Все ходят в школу.

– Я не хожу, - ответила Рамона.
– Ходила, а теперь не хожу.

Когда мистер Квимби пришел с работы, миссис Квимби отвела его в сторону и стала с ним о чем-то тихо говорить. Она точно знала, о чем они шепчутся.

– Ну, Рамона, может быть, ты мне расскажешь все, что было сегодня в школе?
– сказал мистер Квимби с той фальшивой веселостью, с которой взрослые пытаются убедить детей рассказать то, что те рассказывать не хотят.

Рамона, которой страшно хотелось побежать к папе и показать ему то место, где у нее раньше был зуб, немного подумала и сказала:

– Мы угадывали, что лежит у мисс Бинни в бумажном пакете и начинается на З, и Дэви сказал: "Зелтопузик".

– А еще что было?
– спросил мистер Квимби, собравшись быть терпеливым.

Рамона не могла сказать папе про свой зуб и не собиралась рассказывать про то, как она дергала кудряшки Сьюзен. Больше говорить было особенно не о чем.

– Мы проходили З, - сказала она наконец.

Мистер Квимби пристально посмотрел на свою дочь, но ничего не сказал.

После обеда Бизус разговаривала по телефону с Мэри Джейн, и Рамона слышала, как она сказала: "Представляешь, Рамону выставили из подготовительной школы!" По тому, как она захихикала в трубку, можно было подумать, будто она считает, что сказала что-то очень смешное. Рамоне так не казалось.