Распад
Шрифт:
— Межзвездного? — с энтузиазмом переспросил Келлон.
Усталое лицо Тома Фарра засветилось.
— Рой полагает, что каждая звезда имеет свои планеты. Так что не так уж важно, что на Землю пришли темные времена. Потому что мы и наши дети будем выращивать зерна человеческой цивилизации среди многих звезд. — Его пристальный взгляд впился в Келлона. — Хотите записаться на полет?
Келлон тяжело глотнул, тщетно пытаясь произнести хоть слово. Это было больше, чем просто шанс избежать хаоса рушащегося мира. Спокойные, ясные слова Тома Фарра нарисовали новую перспективу, дали новую цель. Он молча кивнул.
— Тогда принимайтесь за работу.
Келлон направился к мужчине и девушке, которые пытались скатить валун с корабля. Было странно приятно осознавать, что его приняли в члены этой занятой делом, неотчаявшейся группы. Никогда до этого он не понимал, как одинок был Босс.
Шли часы, а он почти не ощущал усталости. Он не обращал особого внимания на кровь, которая уже начала сочиться из его нежных, ненатруженных ладоней. Время оставалось только на отдельные слова, но он начал чувствовать живой интерес к этим новым товарищам.
Любопытно подобранная группа. Сильные рабочие из доков, одетые в серое, несколько молодых курсантов, уцелевших после разрушения милитехнического колледжа. Дюжина ветеранов, которым удалось убежать с Внешней Станции прежде, чем ее взорвали. Инженеры, белые воротнички, прислуга, люди в сером.
Но их единая насущная цель объединила их в единое целое. Классовые различия исчезли. Келлон заметил хорошенькую девушку в низко вырезанном танцевальном наряде. Она была немного похожа на Селен дю Марс. Но она подавала суп очереди голодных рабочих в сером.
Слова Мелкарта снова зазвучали в его ушах. Санпорт умер, потому что утратил цель, которая его создала. Но эти отчаянные одетые в лохмотья люди все еще представляли собой какое-то живое сообщество. Потому что, как сказал бы старый историк, они делили судьбу.
Снова наступила ночь. Санпорт все еще горел. Дым закрывал звезды. Восточный горизонт представлял собой стену ужасного красного цвета. На ее фоне стояли темные башни, разбитые и покалеченные космической бомбардировкой, словно памятники, созданные какой-то вымершей расой гигантов.
Они продолжали работать не отдыхая. Время от времени автоматные очереди сообщали о том, что часовые сражаются с незваными гостями. Была ночь, когда они добрались до шлюзов «Новой». Рой Келлон вылез наверх, рука его была в повязке, чтобы осмотреть повреждения корпуса.
Келлон стоял в тени, слишком уставший чтобы произнести хоть слово. Его дыхание участилось, а горло болезненно сжалось. Рой был уверенным и сильным, такими же были его серые, похоже на материнские, глаза.
— Все на борт, — позвал он. — Думаю, она полетит. Я исправил повреждения в энергетическом отсеке. Мы сможем дотянуть до Венеры, там отремонтируемся, возьмем припасы и затем — к звездам!
Келлон последовал за качающейся цепочкой усталых мужчин и женщин через шлюз. Рой стоял внутри. Его худое лицо засветилось от изумления и удовольствия и он протянул свою неповрежденную руку.
— Отец! — прошептал он. — Я так рад!
— Как приятно видеть тебя, Рой, — Келлон заморгал и постарался не всхлипнуть. — Теперь я понимаю, что ты пытался мне когда-то сказать о важности этих других планет. — Он глотнул и заколебался. — Но… Я — старый человек, Рой. Если… если тебе необходимо место для более молодых мужчин и женщин, я останусь…
— Ерунда, Босс! — Рой схватил его за руку. — Главное быстрее. Только так мы сможем убраться отсюда до того, как придет Проповедник.
— Забудь Босса, — Келлон улыбнулся и снова заморгал. — Но мы будем грузиться на Венере. Увидишь, я буду чертовски хорошим грузчиком.
Отстреливающиеся часовые вошли в корабль. Люки задраили. Рой осторожно включил непроверенный привод «Новой». Она поднялась бесшумно, намного быстрее, чем какой-либо из унитронных кораблей. Горящий город скользнул под темное покрывало ее дыма. Впереди были звезды.