Расплата

Александр Васильевич СТРЫГИН

Расплата

Роман

ОГЛАВЛЕНИЕ:

Книга первая. ПРОБУЖДЕНИЕ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ГЛАВА ПЕРВАЯ. ( 1 2 3 4 )

ГЛАВА ВТОРАЯ. ( 1 2 3 4 5 )

ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ( 1 2 3 4 )

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. ( 1 2 3 4 )

ГЛАВА ПЯТАЯ. ( 1 2 3 4 )

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ГЛАВА ПЕРВАЯ. ( 1 2 )

ГЛАВА ВТОРАЯ. ( 1 2 3 4 )

ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ( 1 2 3 4 5 )

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. ( 1 2 3 )

ГЛАВА ПЯТАЯ. ( 1 2 3 4 5 6 )

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ПЕРВАЯ. ( 1 2 3 )

ГЛАВА ВТОРАЯ. ( 1 2 3 )

ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ( 1 2 3 4 )

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. ( 1 2 )

ГЛАВА ПЯТАЯ. ( 1 2 3 4 5 6 )

ГЛАВА ШЕСТАЯ. ( 1 2 3 4 )

ГЛАВА СЕДЬМАЯ. ( 1 2 3 )

ГЛАВА ВОСЬМАЯ.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. ( 1 2 )

Книга вторая. ИСПЫТАНИЕ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ГЛАВА ПЕРВАЯ. ( 1 2 )

ГЛАВА ВТОРАЯ. ( 1 2 3 4 )

ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ( 1 2 )

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. ( 1 2 )

ГЛАВА ПЯТАЯ. ( 1 2 3 4 )

ГЛАВА ШЕСТАЯ. ( 1 2 3 4 )

ГЛАВА СЕДЬМАЯ. ( 1 2 )

ГЛАВА ВОСЬМАЯ. ( 1 2 3 )

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. ( 1 2 3 4 )

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ГЛАВА ПЕРВАЯ. ( 1 2 )

ГЛАВА ВТОРАЯ. ( 1 2 3 )

ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ( 1 2 3 4 )

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. ( 1 2 3 4 )

ГЛАВА ПЯТАЯ. ( 1 2 )

ГЛАВА ШЕСТАЯ. ( 1 2 )

ГЛАВА СЕДЬМАЯ. ( 1 2 )

ГЛАВА ВОСЬМАЯ. ( 1 2 )

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ПЕРВАЯ. ( 1 2 3 )

ГЛАВА ВТОРАЯ. ( 1 2 3 4 )

ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ( 1 2 3 4 5 )

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. ( 1 2 3 4 )

ГЛАВА ПЯТАЯ. ( 1 2 3 )

ГЛАВА ШЕСТАЯ. ( 1 2 3 )

ГЛАВА СЕДЬМАЯ. ( 1 2 3 4 )

ГЛАВА ВОСЬМАЯ. ( 1 2 3 )

================================================================

Годы гражданской войны.

В стране разруха и голод. Хлеб есть лишь в отдельных

губерниях, в том числе в Тамбовской. В этом глухом, но хлебном

краю свила себе гнездо эсеровская контрреволюция, известная под

названием "антоновщины". На борьбу за хлеб партия мобилизует

лучших своих сынов - деревенских коммунистов, рабочих-питерцев.

Среди них - видные деятели партии Антонов-Овсеенко и

Подбельский.

Автор вводит нас в самую гущу событий. На убедительном

историческом материале А. Стрыгин показывает всю беспочвенность

и обреченность авантюры Антонова.

Мятеж заканчивается гибелью его главарей. Обманутые

Антоновым крестьяне сами теперь помогают советской власти

ликвидировать кулацкие банды.

================================================================

Светлой памяти жены

и друга Зои Ивановны

Как солнце каждому предмету

дает тень, так мудрость жизни

каждому поступку людей готовит

возмездие.

М. Г о р ь к и й

Книга первая

ПРОБУЖДЕНИЕ

Ч А С Т Ь П Е Р В А Я

ГЛАВА ПЕРВАЯ

1

Коротка июньская ночь, да не для всех.

Василиса Терентьевна лежала на полатях и нетерпеливо поглядывала на окно, за которым едва синел рассвет. За всю ночь не сомкнула глаз. Слушала, как рядом, за спиной, сладко посапывает Мишатка, а в углу, на скрипучей деревянной кровати, беспокойно ворочается и вздыхает сноха, видно, горячи стали пуховые подушки для молодой бабы, натосковавшейся по мужу. А тут еще сверчок надоедливый трещит, трещит...

– Не спишь, Маша?
– тихо позвала Терентьевна.

В углу скрипнула кровать.

– Аль пора?

– Скоро рассвет, дочка, вставай.

Терентьевна села, свесив худые длинные ноги. Перекрестилась, влезла в широченную юбку и стала медленно спускаться с полатей.

– Ты, Маша, прибирайся, а я схожу отца разбужу. Ему луга делить с мужиками.

Тоненько скрипнула дверь. Вошел хозяин.

– Никак, сам встал?

– А я поспехал вас упредить.
– Захар пригладил пышную всклокоченную бороду, присел на лавку.
– Ты, Маша, скажи Васятке... так, мол, и так... лошадь посылать в такую заваруху ни в коем разе нельзя. Отберут останемся без коняки. А коль что тяжелое припас, пусть в Тамбове у Парашки оставит. Утихомирится малость - съездию сам. Ты, Маша, веревочку возьми на случай... Может, связать что да через плечо. Двоим-то на палке быка унести можно.

Маша подошла к лохани умыться. Захар вскочил с лавки и угодливо зачерпнул в медную кружку воды.

– Мойся, я полью.

Сноха торопливо умывалась. Свекор искоса поглядывал на ее ладную фигуру и, сливая воду, напутствовал:

– А коли денег соблюл, на пустяки не тратьте. Деньги вынимать из кармана - время знать надоть.

– Ну уж будя, будя. Кубыть она глупая.
– Терентьевна с укором посмотрела на мужа и открыла ящик стола. Вытащила полкаравая, пучок лука, завернула в тряпицу десяток яиц.

Захар поставил кружку на место, сел на лавку:

– Самогоночки бы Васятке шкалик с устатку, да Серафима, анчутка, не дала. Кум, грит, все вылакал вчера. Врет небось.

– От радости пьян будет и без самогонки. Клади, Маша, все в сумку да кваску не забудь, в бутылке вон. День-то жаркий, видать, устоится.

Маша расчесалась, скрутила косу в клубок на затылке и накинула легкий белый платок. Потянулась к оконцу, заглянула в осколок зеркала, поправила завиток у виска и кинулась собирать дорожную сумку.

На улице - светлее. Маша почти бегом поднялась на бугор и боязливо оглянулась: страшно уходить из дому в дальнюю дорогу.

Издали изба показалась чужой и убогой, а свекровь такой немощной, что жалостью сдавило сердце.

Терентьевна осенила Машу крестным знамением и, подняв фартук к глазам, скрылась за дверью.

Маша рывком поправила на плече мешок, перекинула связанные шнурком ботинки и быстро зашагала босыми ногами по прохладной пыльной дороге.

2

Иногда пройдешь версту, а мыслями в десяти местах побываешь, все горести и радости припомнишь...