Чтение онлайн

Она ничего не знала о их отношениях. Надя с ней о своих интимных делах никогда не говорила. Во время приездов в Москву они держались по отношению друг к другу без особой нежности, но корректно.

– Ладно, конечно, приезжай, что за вопрос? Часов в восемь я буду дома. Только не ешь нигде – покормлю тебя ужином. И не забудь бутылку коньяка, – полушутя добавила она, – для теплоты встречи и откровенной беседы.

«Что-то у них не так, – поняла Лидия Сергеевна, прислушиваясь к тому, что подсказывало ее материнское сердце. – Чую – положение серьезное. Знаю я Олега. Он добрый парень и если говорит со мной таким тоном, значит, его припекло».

Весь день она думала только об этом, с нетерпением ожидая встречи. Когда он пришел и сердечно, но как-то грустно с ней поздоровался, Лидия Сергеевна поняла, что недалека от истины.

– Садись, зятек! Отдыхай, пока я на стол накрою. Только дай-ка я на тебя посмотрю – давненько не видела. Что-то выглядишь ты неважно…

«Неважно» – это, пожалуй, мягко сказано. Вид у Олега был просто ужасный. Вот уж кому блестящая карьера не пошла впрок! Уезжал он всего несколько лет назад статным красавцем, златокудрым былинным богатырем. А сейчас – совсем другой человек. Раньше Лидия Сергеевна глаз от него не могла оторвать, так он ей нравился; теперь его внешность вызывала у нее лишь жалость и недоумение.

Голова у Олега совершенно облысела – голая, как колено. Зато аппетит был отменный, всегда он любил вкусно и много поесть. Поэтому, бросив занятия тяжелой атлетикой и ничем не заменив привычные нагрузки, ужасно раздулся и располнел. В толстых щеках буквально утонули глаза, а в двойном подбородке – шея. Но самой досадной метаморфозе подверглась молодецкая фигура: превратилась в бесформенную тушу, а огромный зад едва помещался в кресле. Был такой представительный, а теперь громоздкий и неповоротливый; но сам, кажется, всех этих перемен не замечает.

«Наденьку можно понять, что охладела к нему», – чисто по-женски рассудила Лидия Сергеевна, хлопотливо накрывая на стол. Настроение у нее упало; предчувствие подсказывало, что ничего хорошего от этого визита ждать не приходится.

В этот вечер Лидия Сергеевна постаралась привести себя в порядок и выглядела неплохо. Приняла душ, тщательно причесалась, подкрасилась, оделась; особенно много потрудилась, гримируя синяк под глазом. Усевшись напротив Олега и стараясь не показывать, как ее шокирует его изменившаяся внешность, предложила:

– Давай сначала выпьем за встречу по одной-другой, а потом и поговорим по-свойски, откровенно. Чувствую, есть о чем.

– Что верно, то верно. – Олег напугал ее своей серьезностью. – Сколько я ни старался избежать этого разговора, но придется. Никуда не денешься! – И наполнил рюмки.

Чокнулись, выпили, закусили. Олег вытер губы салфеткой и, тяжело вздохнув, расстегнул ворот рубашки – он душил его.

– Так вот, дорогая моя теща! Похоже, не избежать нам развода. Хотя для меня это – зарез! – прямо заявил он, сурово глядя на нее заплывшими глазками. – Я и приехал к вам, чтобы использовать последний шанс. Может, повлияете на дочь? Раньше вы это могли.

– Сначала расскажи, что между вами происходит и почему не заводите детей. Надя против? – спросила не церемонясь Лидия Сергеевна. – А может, со здоровьем что?

– Надя говорит, что у нее все в порядке, обвиняет меня, – уткнувшись глазами в скатерть и стесняясь, признался Олег, – но врачи говорят, что я могу – при определенных условиях. В общем, не в этом дело, – объяснил он более решительно, – видно, самолюбие взяло верх над объективностью. – Не любит меня жена, у нас почти нет близости. Откуда же детям взяться?

«Ну вот, пошла по моим стопам», – тоскливо подумала Лидия Сергеевна. Правда, у меня-то все наоборот было.

– А что, Надя… на женские болезни ссылается?

– Если бы! – процедил Олег, не скрывая обиды и злости. – Прямо заявляет, что не хочет и что я ей противен. Зачем замуж тогда шла?

«Это катастрофа! – мысленно ужаснулась Лидия Сергеевна. – Я свою дочь знаю: теперь жизни у них не будет». Но все же попробовала сделать, что могла:

– А не зря паникуешь? У женщин такое бывает. И у нее пройдет. Будь с ней поласковее, потерпеливее… – И умолкла, сознавая бесполезность слов; потом удивленно подняла брови. – А как же вы с ней столько лет – вроде бы ладили?

Олег потемнел лицом, и на глазах у этого гиганта навернулись слезы.

– У нее все это время любовник был… военный атташе… – прерывающимся голосом объяснил он. – Недавно раскрылось. Скандальная история… Она от него аборт делала – тайком, конечно. Его уже выслали. – И не стесняясь заплакал, уронив голову на руки, сопя и всхлипывая.

«Вот что жизнь с человеком делает… – грустно размышляла Лидия Сергеевна, вспоминая прежнего Олега – веселого, самоуверенного богатыря. – Разве это мужчина? Слизняк! Я бы тоже разлюбила». Но вслух довольно сухо сказала:

– Возьми-ка себя в руки, Олег! Ты же не баба. Не думала, что Надя так сглупит. Чего раскис? Другую найдешь!

– Нельзя мне другую и не нужно! – Он взглянул на нее с мрачной решимостью. Уже овладел собой, выпрямился, отдуваясь и вытирая лицо носовым платком. – Я дипломат, а это крест на моей карьере. Отец сообщил, что меня должны назначить первым секретарем в Венгрию. Все полетит кувырком. – Отдышался и добавил: – И потом… люблю я Надю и не хочу с ней расставаться.

Видя, что теща растерянно молчит, не зная, как его утешить, Олег поднялся и, стараясь казаться спокойным и уверенным в себе, заявил:

– Надя привыкла к красивой жизни и к своему положению. Детей у нас не будет, я это точно выяснил. Ей уже за тридцать. Какого еще рожна ей надо? – Потупил глаза и как бы нехотя, сквозь зубы проговорил: – Я здоровый мужчина. А если ей меня мало, то я готов многое не замечать, но только чтобы не видели и другие. Пусть сколько хочет отдыхает и путешествует, лишь бы считалась со мной и нашим положением! Так ей и передайте, – добавил он уже в дверях и, пригнувшись, чтобы не стукнуться о притолоку, вышел в прихожую.