Расплата
Шрифт:
Не помня себя от страха, он проскочил поворот и увидел, что коридор расширяется, образуя что-то вроде площадки, одна из стен которой состоит из французских окон*. За которыми угадывается балкон или терраса.
И на этом балконе явно кто-то находится. Судя по теням – двое.
Левин медленно двинулся к двери и остановился, как вкопанный, потому что до него донеслись голоса.
– Как ты могла?! Я всё для тебя, а ты? – мужской голос.
– Отстань, я же сказала – между нами всё кончено! – голос Карины. – Как ты вообще здесь оказался? Впрочем, не хочу этого знать. Просто уходи, не мешай мне! Скройся из глаз и не смей меня преследовать!
Олег рвано вздохнул и замер, не зная, как поступить дальше: ворваться на балкон и прогнать незнакомца. Или постоять…
Где? Прямо посреди эркера? Но стоит собеседникам повернуть голову, и они его увидят.
Взгляд Левина уткнулся в стоящие у стен большие кадки с растениями.
«Если встать за этой бадьёй, то меня с балкона будет не видно. И я не только смогу услышать всё до слова, но и успею вмешаться, если навязчивый поклонник посмеет Кари угрожать».
Левин скользнул за ближайший куст.
– Хочешь, мы с тобой распишемся?! – скулил неизвестный мужчина. – Да, дети против мачехи, но они уже взрослые, они должны меня понять!
– Долго же ты собирался, - фыркнула Карина. – Но нет – поезд ушёл!
– У тебя другой? – взвыл мужчина. – Так быстро нашла мне замену? А говорила, что любишь, что я твой не только первый, но и навсегда единственный!
«Что?
– Олег подумал, что у него слуховые галлюцинации. – Что этот самоубийца несёт?!»
– Ты и был – первым и единственным, - ответила девушка. – Долгое время я слепо верила и ждала, что ты вот-вот сделаешь мне предложение. Но нет – «мальчики против, мальчики не поймут»! А кто поймёт меня?
– Кариночка, ты бесконечно мне дорога, - залепетал мужчина. – Но я не мог пойти против сыновей! Тогда не мог – они только-только похоронили мать, и не поняли бы, если бы я сразу же привёл в дом мачеху. Тем более что мы с женой являлись совладельцами бизнеса, и после её смерти мальчикам достались доли и в магазине, и в мойках с заправками! Я должен был считаться с их мнением! И просил тебя подождать пару лет, а потом…
– Ещё ждать?! Я и так свои лучшие годы провела в роли твоей любовницы. А через несколько лет мне стукнет тридцать – и до сих пор ни мужа, ни ребёнка!
– Но Кариночка, чтобы мальчики обо мне подумали, если бы узнали, что я не один год изменял с тобой их матери? И что её инфаркт – прямое следствие нашей связи? Если бы Лидия тогда не явилась домой в неурочное время, то… Знаешь, сколько мне пришлось заплатить врачам и любопытным соседям, чтобы наша с тобой тайна не стала достоянием гласности?
– Ладно, это уже меня не интересует, - холодно произнесла Карина. – Мы расстались – смирись!
– Но почему? Ещё два месяца назад между нами горели искры! Вспомни, какая сладкая была у нас ночь! Карина, вернись! – взвыл мужчина и, судя по сместившемуся силуэту, упал перед девушкой на колени. – Я всё осознал и больше не держусь за бизнес! Зачем мне он, если не будет тебя? Я отдам сыновьям все заправки и мойки, и дети перестанут нам мешать!
– Ты с ума сошёл? – взвизгнула та. – Всё отдашь, а жить на что собираешься? Ещё и с женой? И вообще – в зеркало давно смотрел? Ты же старый, плешивый и толстый! Единственно, почему я была с тобой – твои деньги. Понял? Я никогда тебя не любила, придурок! Найди себе какую-нибудь клушу, под стать твоей дуре-жене, а я девушка дорогая. Штучная! Не для такого как ты, мама ягодку растила. Отстань и исчезни!
Хлопнула дверь, Олег прилип спиной к стене. Карина разъярённой фурией пролетела мимо и скрылась за поворотом коридора.
С балкона донеслись сдержанные мужские всхлипы. А Левин, как стоял, опершись о стену, так и стёк по ней вниз, сев прямо на пол.
И со стоном накрыл руками лицо.
Кари… Его Кари…
«Боже, какой же я идиот!»
От потрясения Левин несколько минут не мог вернуть способность к аналитическому мышлению**.
Просто сидел, бездумно глядя в пустоту, не понимая, во что верить. И как жить дальше.
В голове не укладывалось – Кариша, его нежная Кари… любовница со стажем?!
Причём, не его любовница. Вернее, не только его.
Если бы он не стал свидетелем разговора, то никогда бы не поверил, что Карина могла так поступить! Он ведь рассмотрел этого Казанову, когда тот, горестно вздыхая и что-то бормоча себе под нос, прошёл мимо кадки в сторону коридора.
Мужику явно больше пятидесяти! При этом он хоть и одет дорого, но одежда сидит на нём, как на корове седло. То есть, во-первых, смокинг явно взят напрокат или приобретён по случаю, а не пошит у хорошего портного по меркам заказчика. И, во-вторых, мужик явно привык к другой одежде – попроще и поудобнее в носке. А тут – запонки, кушак, бабочка и наверняка новые, неразношенные туфли.
Ему, Олегу, понятно, чем пожилого сластолюбца привлекла юная и красивая девушка, но что девушка могла найти в столь потрепанном жизнью мужчине? Внешность у этого повелителя автомоек, равно как и его физическая форма оставляют желать.
На такое точно ни одна юная прелестница не клюнет! А вот деньги… Да, по его, Олега, меркам не самые большие, но для какой-нибудь провинциалки и они покажутся целым состоянием.
Но ведь Карина не такая?
Или…
Левин мучительно застонал.
«Как он сюда вообще попал? – пронеслось в его голове. – Этот потёртый ловелас нечто среднее арифметическое, а не серьёзный бизнесмен! Да и родственником кого-то из сильных мира сего он тоже быть не может. Надо сначала выяснить, как его зовут, а потом – где он взял пригласительный», - решил Олег, отлипая от стены.
Чувствовал он себя преотвратно: в виски долбились дятлы, перед глазами, стоило резко выпрямиться, проносились стайки чёрных мушек, во рту, как в пустыне.
Он постоял, ожидая, когда боль хоть немного утихнет и вернётся зрение без помех. Потом побрёл в сторону зала, пытаясь сообразить, что делать дальше.