Расплата
Шрифт:
«Неужели стукнули мой Лексус? Въехали в него? Ну не угнали же – парковка охраняемая!» - сегодня четвёртый день, как она сама за рулём.
– Что-то случилось? – повторила она, потому что охранник и главбух молчали.
– Ваша матушка случилась, - отмерла Галина Николаевна. – Она рвалась в здание, но по вашему распоряжению её не пропустили. Теперь она скандалит на парковке. Будний день, кругом полно народу.
– Понятно, - вздохнула Лиза и потянулась за сотовым.
Так и есть – добрый десяток пропущенных. С недавних пор, точнее, сразу после губернаторского приёма, она кинула номер матери в «Спам». И гаджет звонок не пропускал, но прилежно учитывал, сколько раз этот абонент пытался связаться.
– Галина Николаевна, я отлучусь минут на десять?
– ответила она, поднимаясь из-за стола.
– Хоть на полчаса!
– кивнула ей главбух. – Главное, уведите её с парковки – нам не нужны скандалы. Елизавета Сергеевна, что я подумала… Уже почти пять пополудни, разберётесь с мамой и поезжайте домой
– Но я не успела рассчитать…
– За день цифры не изменятся, доделаете завтра. И ещё – я давно хотела поставить вопрос ребром о работе в субботу и воскресенье, но всё откладывала. Но сегодня, прямо сейчас! – поднимусь к Олегу Дмитриевичу и поставлю его перед фактом: по выходным мы больше не работаем! Разве что приключится какой-либо форс-мажор.
– Но…
– Елизавета Сергеевна, этак вы себя совсем загоните.
И, понизив голос, добавила:
– И заодно всех нас.
Лиза почувствовала, как краснеет: недавно дома ей напомнили, что вместе с хозяйкой прислуга вынуждена трудиться сверхурочно. И вот снова та же тема, только на этот раз речь о сотрудниках холдинга. В частности, отделов бухгалтерии и аналитики.
– Хорошо.
Она свернула окна, отключила компьютер, потом отнесла в сейф документы, с которыми работала. И как на Голгофу,* отправилась к парковке.
– Наконец-то! – мама была в своём репертуаре.
Елизавета мысленно простонала, но вслух произнесла другое:
– Здравствуй! Что за шум, а драки нет?
– Ещё и издевается! – фыркнула Рузанова-старшая. – Вот это вот что такое?
И она ткнула пальцем прямо в красный Лизин Лексус.
– Машина, - пожала плечами дочь.
– Значит, ты покупаешь себе новый автомобиль премиум-класса, хоть у тебя хороших машин полный гараж, а мать вынуждена ездить на старом отечественном ведре? Кариночка, ну хоть ты ей скажи!
И Лиза увидела, как из-за Лексуса появилась любимая женщина Левина.
«Ну, правильно, как же без неё!»
– Здравствуй, подруга! – поздоровалась та.
И Лиза еле удержалась от гримаски – подруга… Ага, два раза.
– Екатерина Георгиевна, я бы с радостью возила вас на Мерседесе или Тойоте, но увы! – и Мамаева развела руками. – У меня нет ни богатых родственников, ни состоятельного супруга. Поэтому на какую машину сама накопила, ту и приобрела.
– Знаю, Кариночка – ты очень отзывчивая и добросердечная девочка, - проворковала Екатерина. – Ты бы в первую очередь обеспечила мать всем необходимым, и только потом подумала о себе.
– Эта машина – подарок дедушки, - буркнула Елизавета.
– Тем более, тебе даже не пришлось на неё тратиться! – всплеснула руками матушка. – Могла бы поделиться деньгами с родной матерью. Я уж не говорю, что ты давно должна была подарить мне хороший автомобиль!
– У тебя нет прав!
– И водителя к машине, - добавила родительница.
– Подарить водителя? Мам, у нас нет крепостного права и строй точно не рабовладельческий!
– Не придирайся к словам! – взвизгнула Рузанова-старшая. – Я имела в виду – предоставить мне шофёра. Нанять его и оплачивать, так понятно?
– Понятно.
– Если бы не доброта Кариночки, мне пришлось бы ездить на такси. А это такой риск! Даже в бизнес-такси можно встретить настоящего преступника! Скорее всего именно в дорогом сегменте они и промышляют, потому что в эконом ездят домохозяйки и слесари. Что с них взять – поношенные туфли или сумку из молодого дерматина?
– Екатерина Георгиевна, мне не трудно помогать вам, - вставила своё слово Мамаева. – Но вы правы – моё авто сильно не дотягивает до вашего уровня. Представляю, что за спиной говорят все эти выскочки, когда видят, на чём вы приехали… А завтра вы приглашены к госпоже Волошиной, и они опять будут зубоскалить.
– Лиза!
– взвилась Екатерина. – У тебя ведь несколько машин, имей совесть, отдай мне эту!
И ткнула пальцем в Лексус.
– Это подарок, - напомнила дочь. – Но раз тебе настолько невыносима сама мысль о такси, а машина Карины не соответствует твоему статусу, я попрошу Дмитрия подобрать из парка холдинга автомобиль престижнее Лады. Но уход за машиной, бензин, ремонт, равно как и услуги водителя будешь оплачивать из своих средств.
– Крохоборка!
– Я буду возить вас бесплатно!
– поспешила заверить Рузанову Карина.
– Лиза, ты не поняла? У меня завтра важное мероприятие, и я должна там появиться на нормальной машине. Я хочу эту, - палец снова ткнул в подарок дедушки. – Дай на пару дней, пока твои подчинённые подбирают мне автомобиль!
– А домой я на чём поеду? – делиться именно Лексусом не хотелось, и Лиза пыталась найти компромисс. – Может быть, в качестве временной меры тебя устроит Мерседес, на котором меня возит Валерий?
– Нет! Только эта! После такого позора мне нужна эффектная реабилитация.
Лиза понимала – так или иначе, но мать своего добьётся. Или добьёт дочь.
Когда ей было что-то нужно, Екатерина Рузанова могла быть удивительно настойчива и упряма.
«Проест мне мозг», - с тоской думала девушка, краем глаза отмечая, что число зрителей всё увеличивается.
Рабочий день закончился, на парковку потянулись сотрудники…
«Журналистам только дай зацепиться, им плевать, правда или ложь, главное создать сенсацию. А тут просто подарок: богатая дочь держит мать в чёрном теле и бла-бла-бла! Лучше уступить…»